Трикси Трейдер - Хелен Данн

— Трикси. Знаю, что ты мне не поверишь, но я никогда в жизни не испытывал тяги к такого рода увеселениям. Я не знаю, откуда брать проституток. — Его голос срывается на фальцет. Хм, может, я права в своем предположении?.. — С чего ты взяла? Что ты ко мне пристала? — Он делает кислую мину. — Неужели твоя мама ничему тебя не научила?

— Не впутывай в это мою маму. Она умрет со стыда, если узнает, как низко я пала. Ее подруги из «Женского института» могут исключить ее из своих рядов. Она вообще ужасно наивная. Однажды ночью она увидела девушку на Коммершл-роуд и решила, что она заблудилась. Мамочка вызвала ей такси, усадила туда и дала денег на дорогу. Не знаю, кто был больше смущен. — Я хихикаю, вспоминая эту историю.

— Да, далеко же забралась твоя матушка.

— Ты это о чем?

— Я думал, она живет в Глостершире.

— А ты откуда знаешь, черт возьми? Читал мое досье? — Впрочем, я тут же сбавляю тон. — Ладно, извини, что я считала тебя таким великим знатоком проституток. Я просто предположила. Ты все-таки мужчина. В каком-то смысле. — Бладхаунд смотрит на меня мрачно. — И вы с Сэмом хорошие друзья. Понимаешь, это для доктора Норико, — добавляю я.

— Да? — говорит Бладхаунд. — А «Желтые страницы» ты смотрела?

— Не желаю об этом слышать. Там предлагают только садисток.

— Да, не думаю, что доктор Норико большой любитель таких вещей. Может, все же попробовать позвонить по какому-нибудь объявлению? Там даже кое-где есть фотографии на случай, если ты захочешь обозреть их прелести.

— Я не желаю обозревать ничьи прелести! — восклицаю я, возмущенная до глубины души его грязными намеками. — Я просто хочу, чтобы клиент был доволен.

— Полагаю, это скорее их девиз! — Он смеется. Омерзительный человек. — Серьезно, в телефонной книге полно таких объявлений. Правда, я думаю, ты найдешь девочек самого высокого класса, если просто позвонишь из любого телефона-автомата в Сити. Может, всякие там Клариссы-Мелиссы окажутся получше, чем Бетти из Бутла с вот этакими сиськами.

— Гляди-ка! Ты все-таки в этом сечешь.

— Иногда этого не избежать, — признает он. — Ты видела телефонные книги на Мургейт? Мне пришлось принести словарь, чтобы понять, что написано в некоторых объявлениях.

— Может, ты еще раз съездишь и поищешь что-нибудь для меня? — Я придаю своему лицу выражение, обозначающее примерно: «пожалуйста-пожалуйста, помоги мне, ведь я всего лишь слабая женщина». Но, кажется, Бладхаунд не попался. — Может, позвонишь кому-нибудь… сделаешь заказ… проверишь, ну, как они вообще?..

— Нет!!! (Несколько голов поворачиваются в нашу сторону, но в лихорадочной активности офисного пространства для большинства подобные вопли проходят незамеченными.) Ни за что. А если кто-нибудь узнает? Как я стану это объяснять? «О, прости меня, Джим. Трикси задумала нанять проститутку, но постеснялась сделать это сама, так что я предложил ей свои услуги». Ты так себе это представляешь? (Я легкой улыбкой даю понять, что оценила шутку.) Это твоя идея. Это тебе позарез нужно впечатлить доктора Норико. И полагаю, ты знаешь банковские правила относительно подобных вещей. Это вопрос этики, и вряд ли тебе удастся включить их в графу расходов.

Поверить не могу. Бладхаунд показал свое истинное лицо. Он говорит строго и предостерегающе.

— Да знаю я, знаю. Но проблемы надо решать по мере их поступления.

Бладхаунду нет нужды напоминать мне, что я могу потерять работу. Черт, черт и черт! Я могу с тем же успехом потерять работу, если не сделаю этого… Наш банк занимает до ужаса пуританскую позицию в отношении секса и — как следствие — не станет оплачивать проституток. То есть такой статьи расходов у нас не предусмотрено. Еда, выпивка, путешествия — это да, но ни слова насчет развлечений клиентов.

— Слушай, доктор Норико вряд ли станет рассказывать об этом Джиму, верно? И я тебе гарантирую, что Джим останется доволен конечным результатом. Ты точно знаешь, что он приезжает в среду?

Я не имею права на ошибку. Доктор Норико может спасти мою карьеру — и только тогда в моем гардеробе появится весенняя коллекция и прочие приятные вещицы.

— Да, так мне сказали. Это твой шанс, Трикси. Его компания вкладывает миллиарды каждый год, так что он едва успевает поворачиваться. Ион славится тем, что умеет отблагодарить банкиров, которые блюдут его интересы. — Бладхаунд выразительно смотрит на меня.

— Хм. Не уверена, что хочу заслужить его благодарность. Ладно. Оставим это пока. Может, в другой раз.

Я встаю, беру сумочку и поворачиваюсь, намереваясь уйти. Но Сэм перегораживает мне путь.

— Трикси, дорогая, не выпьешь ли со мной сегодня вечером? — Он великолепно выглядит, как, впрочем, и всегда. Разница только в том, что теперь я знаю, что скрывается за привлекательной внешностью. — Новый костюм? Отлично смотрится. — Он переводит взгляд в район моего бюста. Я скрещиваю руки на груди, что вызывает у него взрыв смеха.

— Я лучше посмотрю «Звездный путь», Сэм. Герои там более реалистичны.

Я поворачиваюсь на каблуках и шагаю к лифтам. Образ: «деловая женщина». Я помню те дни, когда Сэмовы приглашения заставляли мое сердце бешено колотиться. Еще до того, как мы начали встречаться. Когда я испытывала неземной восторг, просто сидя рядом с ним в баре. Ну а потом пришлось спуститься с небес на землю…

Сэм тогда раскаивался. Может быть, он ив самом деле хотел сохранить наши отношения, но я была непреклонна. Такие вещи женщин действительно глубоко ранят. Ив любом случае, он был обручен со своей гонконгской возлюбленной. Я не собиралась оставаться на вторых ролях. Четыре недели он пытался вымолить мое прощение. Заваливал меня букетами красных роз, приглашениями в Париж и прочая, и прочая… Ко мне ходили делегации его коллег из валютного отдела, в один голос твердившие, какой он замечательный. Даже его мама звонила мне и пыталась убедить, что это было всего лишь «ужасное недоразумение». Сэм наплел ей, что доставал соринку из глаза своей коллеги в Гонконге. Очень забавно. Никогда бы не подумала, что разница в анатомическом строении людей в Европе и в Азии столь огромна.

Впрочем, Сэм сразу прекратил домогательства, как только я установила на всех компьютерах банковской сети заставку с надписью: «У Сэма не стоит». Просто поразительно, что может сделать холодная погода с некоторыми частями тела…

Вдобавок он был не слишком-то счастлив, когда я вернула ему вечерний костюм, который он оставил в моем шкафу. Портной великолепно выполнил заказ, отрезав по три дюйма от рукавов и штанин. «Невидимый шов», как он это назвал: ничего не заметишь, пока не наденешь. Сэм был очень благодарен, что я вернула его костюм в целости и сохранности. Во всяком случае, до того вечера, когда переоделся в офисе, собираясь на ужин с клиентом.

С тех пор наши с Сэмом отношения перешли в фазу «холодной войны». Он спал со всем, что движется, чтобы развеять слухи. Ну а я… я спала в обнимку с плюшевым медвежонком. Хотя в одну прекрасную ночь мне приснился волнующий сон с участием Киарана и стиральной машины. Пришлось вспомнить о «Боевой стратегии». Никаких безумств, даже если они кажутся такими привлекательными.

Похоже, охранники вычислили, что я задумала нечто преступное. Когда я прохожу через металлоискатели, они глаз с меня не сводят. Спокойно, спокойно. Они ничего не могут знать. Выхожу на улицу. Ни в коем случае не оглядываться. Идти прямо к телефонной будке. Медленно. Без резких движений. Очень естественно. М-да, видимо, к лучшему, что Бладхаунд мне отказал. Осталось всего несколько метров… О, боже мой, здесь очередь. Что, они все за девочками?..

— Трикси? Что ты здесь делаешь? (Я вздрагиваю: это голос Джима. Он стоит в очереди прямо передо мной. Интересно, а он какой тип предпочитает?) Собираешься звонить в кадровое агентство? Так у тебя еще пять недель. — И он разражается смехом.

— Что? Это ты об ультиматуме? — Я одаряю его обаятельнейшей своей улыбкой. — Не беспокойся. Все под контролем. Скоро сообщу о результатах. Нет, Джим, я просто шла мимо и заметила тебя в очереди. Решила спросить, не одолжить ли тебе мобильник? Последняя модель. Впервые увидела ее на прошлой неделе, ну и решила купить…

Среда, 11 октября

(до «Дня X» 34 дня — не всякий сюрприз порадует жену)

Три часа пополудни. Я стою в зале ожидания аэропорта Хитроу. В руках у меня плакатик с именем доктора Норико. Мне пришлось сказать Джиму, что я не явлюсь нынче в офис по причине женских проблем. К счастью, он уже отошел и бушевал не сильно. У нас не очень-то приветствуется практика встречать клиентов в аэропорту — особенно если они еще не изъявили согласия заключить сделку. Иные старые бюрократы из отдела контроля торговли, пожалуй, сочтут такой шаг своего рода взяткой. Ну, а если принять во внимание заказанное мною сопровождение… да… мою карьеру можно считать конченой, если Джим или кто другой узнает. Верните назад старые добрые деньки коричневых конвертов с наличностью! Вот о чем я думаю…