Охотник за приданым - Диана Фарр

— Скажи, Айви, насколько хорошо ты знаешь леди Оливию? — прошептал он.

— Ч-что?

Их щеки соприкоснулись.

— Леди Оливию, — нежно повторил он. От звука его голоса по телу пробежала дрожь. — Ты действительно ее знаешь?

Его шепот был манящим, словно он произносил слова любви.

— Да, — едва слышно ответила она, с трудом понимая, о чем идет речь.

— Айви, ты не разыгрываешь меня?

Она не ответила, потому что плохо соображала, и, не в силах больше терпеть, повернула голову так, что он губами накрыл ее губы.

Именно об этом она мечтала всю жизнь. Реакция лорда Райвала превзошла все ее ожидания. Его поцелуй был полон страсти, о таком она даже не смела мечтать и, забыв обо всем на свете, прильнула к нему. Затем, усилием воли взяв себя в руки, отпрянула.

— Хватит, — задыхаясь произнесла она, отталкивая его. Он коснулся лбом ее волос.

— Ты на такое не рассчитывала, радость моя? — с насмешкой спросил он, хотя голос его звучал напряженно.

Он отошел на шаг и посмотрел на нее. Его глаза потемнели от желания, однако она не могла не заметить легкого замешательства, что весьма ее удивило.

— Я, честно говоря, тоже поражен, — хрипло проговорил он и отошел.

Ну вот, она все же сделала это. Поцеловала повесу Райвала. Оливия попыталась дрожащей рукой оправить чепец и . успокоиться. «Он угадал», — печально подумала Оливия. Ничего подобного она не ожидала. Хотела лишь поучаствовать в приключении, чтобы было что вспомнить на старости лет. Но случившееся она вряд ли скоро забудет. Воспоминание об этом поцелуе будет преследовать ее и днем, и ночью.

Воздух дрожал от напряжения. Оливия, собравшись с силами, преувеличенно бодро проговорила:

— Что ж, сэр, поднимите меня лучше к окну. В ответ раздался удивленный смешок:

— Резко же ты сменила тему. Мне обидеться? Улыбка притаилась в его глазах. Напряжение немного ослабло. Оливия с облегчением улыбнулась:

— Вам представится отличная возможность отомстить мне, если я не пролезу в окошко.

— Благодарю. Но, как истинный джентльмен, я первый должен попытаться совершить этот подвиг.

— Не стоит утруждать себя вежливостью, — добродушно отпарировала Оливия. — Горбатого могила исправит.

Его глаза засверкали.

— Заноза. Она хихикнула:

— Не смогла удержаться! Но, сэр, вы действительно туда не пролезете. Особенно ваши плечи.

Он оглядел ее и еще шире улыбнулся:

— Я лучше промолчу.

Оливия покраснела. Нахал! Но она сама виновата — нечего было говорить о его плечах. Это не к лицу настоящей леди. Так что она не вправе обвинять его в отсутствии деликатности.

С большим трудом она протиснулась в окошко. Сначала пыталась пролезть головой вперед, потом — ногами. С третьей попытки Оливия в отчаянии проскочила то место, где остановилась в прошлый раз. На несколько ужасных секунд ей показалось, что она намертво застряла. Представив, что придется разрушить весь дом, чтобы извлечь ее, она рванулась и умудрилась выбраться наружу. Окно располагалось лишь на пару дюймов выше уровня мостовой. Она вскочила на ноги, благодаря судьбу за то, что на улице ни души. Оливия бегом устремилась к входной двери, открыла ее своим ключом и бросилась вниз освобождать лорда Райвала.

Когда она распахнула дверь подвала, он стоял, прислонившись к косяку, и злорадно ухмылялся.

— Попробуем еще разок? — предложил он. — Мне особенно понравилось, когда ты…

— Ради Бога, сэр, быстрее! — воскликнула Оливия, отчаянно дергая его за рукав. — Уходите немедленно!

— Уйти? Да я давно так замечательно не проводил утро. Оливия не знала, плакать ей или смеяться.

— Сэр, умоляю вас, поторопитесь. В доме полно людей. Вас сразу же обнаружат.

— Ну и что? — запротестовал он, когда она потащила его вверх по лестнице. — Скажешь, что я пришел осмотреть дом, поскольку собираюсь его приобрести. А ты любезно показывала мне винный погреб…

— Никто не поверит. Ведь мы бог знает на кого похожи!

— Ох, неужели я такой же грязный, как ты?

— Разумеется.

— Какая неприятность. Тем не менее никто не догадается, что мы катались по полу в подвале. С чего бы нам так развлекаться?

— Они, может, и не догадаются, что мы были в подвале, но то, что мы где-то валялись, совершенно очевидно. Не будете ли вы так любезны удалиться?

Тащить его оказалось бесполезно, она встала позади него и начала толкать.

Смеясь и протестуя, он позволил ей довести себя до середины лестницы и остановился. Ухватившись обеими руками за шаткие перила, он загородил ей путь:

— Уйду, но с одним условием.

— Все, что угодно, если вы уйдете немедленно.

— Договорились, — пообещал он. — Уйду, но дай мне слово, что мы снова встретимся.

Она во все глаза уставилась на него, не зная, что ответить.

— Господи, у вас только одно на уме! — посетовала она. — Вы же интересовались леди Оливией!

— Сгодится любая наследница, — бросил он. — Я лелею надежду, что ты — бесследно пропавшая внучка Биба, и он оставил тебе все свое состояние.

— Вы прогадаете, — радостно сообщила она. — Он почти все оставил на благотворительность.

— Так мы увидимся?

Она холодно взглянула на него:

— Сделайте одолжение, покиньте этот дом. Он поднес руку к груди и подмигнул:

— Готов всю жизнь делать тебе одолжения.

К ее огромному облегчению, Райвал поднялся наконец по лестнице. Он взял со столика свои вещи, торжественно водрузил сияющую чистотой шляпу на взъерошенные пыльные волосы и позволил ей открыть дверь. Но на пороге остановился и ухватил ее запястье.

— Отпустите меня!

Он пристально посмотрел ей в глаза, поддразнивая, но его взгляд был настойчив.

— Сначала дай слово, что мы увидимся.

— Ладно, — раздраженно произнесла она. — Даю слово.

— Прекрасно.

Он сразу же отпустил ее руку и шагнул за порог, расплывшись в улыбке.

— Посмотрели? Больше не увидите, — дерзко добавила она, со стуком захлопнув дверь.

Весь день Оливия занималась тысячей хозяйственных мелочей, ловя себя на том, что улыбается. В памяти всплывало то лицо лорда Райвала, то его забавные реплики, словом, настроение у нее было приподнятое. Она нисколько не жалела о встрече с этим повесой. В его обществе она чувствовала себя совсем неплохо. Он оказался интересным собеседником.

О поцелуе Оливия старалась не думать.

Глава 5

На следующий день Джордж извлек Гримсби из его берлоги и засыпал вопросами. Его попытки описать внешность Айви натолкнулись на возведенную угрюмым дворецким стену непонимания. Гримсби заявил, что женщины — существа чрезвычайно неприятные, и признался, что не в состоянии отличить одну от другой. Да, огромная толпа женщин нагрянула вчера в дом, они устроили жуткую суматоху. Нет, он не обратил ни на одну из них особого внимания. Не заметил, какая из них пришла первой. Единственное, чего смог добиться от него Джордж, так это утверждения, что все они из школы для сирот.