Охотник за приданым - Диана Фарр

— Ваши соображения мне ясны. Пойдемте, — решительно сказала она, направившись по ступенькам в подвал. Десять минут в пыльной душной комнате — и от странного намерения лорда Райвала сопровождать ее не останется и следа.

Глава 3

Джордж понял, что девушка оскорблена, и это рассмешило его. Он охотно последовал за ней. Теперь он был твердо уверен, что эта таинственная женщина вовсе не служанка. Тем сильнее было его удивление, когда она распахнула дверь в конце коридора и направилась в подвал. Со все возрастающим любопытством он спустился за ней.

Помещение у подножия лестницы оказалось темным и тесным. Оно, безусловно; использовалось как винный погреб, но Гримсби явно не терял времени даром и с огромной скоростью истреблял запасы покойного хозяина. Винные полки были практически пусты. Женщина, не обернувшись и не сказав ни слова, открыла дверь в противоположном конце погреба и вошла. Вслед за ней он попал в огромную кладовую, где, судя по ее виду, в последний раз делали уборку еще в прошлом веке. Пыльные окна под потолком едва пропускали солнечный свет.

Повсюду валялись экспонаты, не поместившиеся в отведенные им ящики. Казалось, их привезли и свалили в кучу. Некоторые предметы представляли определенную ценность. В большинстве же своем в комнате преобладали старая домашняя утварь и разнообразный хлам, среди которого нет-нет да и попадались ценные вещи. Несколько египетских штучек. Большой саркофаг с мумией бесстрастно взирал на свалку разнообразной сломанной мебели. В помятом металлическом ведерке для угля непонятно зачем была сложена разбитая посуда. Внушительные напольные часы стояли рядом.

Комната сверху донизу была забита коробками и ящиками, грозившими обвалиться в любую минуту. Некоторые уже были взломаны, из них высыпались опилки и скомканная бумага, которые устлали весь пол. Лом, перо и записная книжка лежали на крышке дожидавшегося своей очереди ящика. Аккуратные пронумерованные строчки заполняли первый лист записной книжки. Вокруг стояли распакованные предметы больших габаритов, вещи помельче были аккуратно разложены. Джордж оторвал молодую женщину от составления описи.

— Боже мой, — в ужасе прошептал он. — Неужели ты и вправду собралась описать весь этот мусор? Подвиги Геракла меркнут в сравнении с твоими.

Она рассмеялась. Ее смех оказался низким, горловым и очень приятным.

— Теперь вы легко можете себе представить мое разочарование, когда я увидела на пороге вас вместо целой бригады помощниц.

— Ужасное разочарование! Я прощаю тебе твою неучтивость.

Она прикусила губу.

— Я нагрубила вам, да? Прошу меня простить.

— Не нужно. Твое поведение вполне объяснимо. — Он с отвращением оглядел комнату. — Мой тебе совет — возвращайся наверх и дождись там своих помощниц.

— Ерунда. — Не обращая внимания на грязный пол, она опустилась на колени у открытой коробки. — Я с удовольствием что-нибудь поделаю, пока жду. Основная трудность здесь в том, что упаковано все беспорядочно, свалено как попало.

Теперь она стояла на коленях, засунув голову в ящик. Он поднял записную книжку и приподнял бровь.

— Ты, кажется, искренне веришь в то, что можешь исправить положение, — произнес он насмешливым тоном.

— Разумеется, могу. — Она вынырнула из ящика, лукаво посмотрела на него и добавила: — К тому же без особых усилий.

— Одному не под силу описать весь этот хлам. В ее глазах запрыгали чертики.

— Двоим.

Джордж бросил записную книжку и в притворном ужасе вскинул руки.

— Радость моя, неужели ты думаешь, что я стану ползать по полу и копаться в опилках?

Она бросила взгляд на его одежду и уже мягче сказала:

— Думаю, что не станете. Вы ведь одеты для… как там его? — Губы ее дрогнули в усмешке. — Для криббиджа.

— Правильно, — решительно заявил Джордж. — Для криббиджа. Но будь даже я одет по-другому, физический труд все равно не для меня.

Она изучающе посмотрела на него. Мускулистый, подтянутый — явно увлекается верховой ездой и фехтованием. Она уже открыла свой очаровательный ротик, чтобы высказаться по этому поводу, но тут же закрыла его и снова нырнула в ящик.

Эта леди, кем бы она ни была, производила двойственное впечатление. Для экономки слишком молода, для служанки чересчур властна. Ее высокое положение в обществе не вызывало сомнений, так же как и аристократическое происхождение. Она бы могла сойти за гувернантку, но зачем гувернантка в доме, где нет детей? Ну кто, черт побери, она такая?

Быть может, она… Невероятно, но в этом нет ничего невозможного. Облокотившись на груду ящиков, он наблюдал, с какой грацией и уверенностью она движется. На нее вполне можно положиться. Такая способна свернуть горы.

— Можно задать вопрос?

Она чуть заметно напряглась и оторвала взгляд от ящика:

— Смотря какой.

— Ничего личного. Не о тебе. Ее плечи заметно расслабились.

— Хорошо. Задавайте.

Он обворожительно улыбнулся:

— Расскажи мне о леди Оливии Фэрфакс. Знаешь ли, я никогда ее не встречал.

Тревога ли мелькнула в ее больших серых глазах? Или просто удивление? Он так и не понял, а она вновь скрылась в огромном ящике.

— А что именно вам бы хотелось о ней узнать? Зачем?

— Ну, ее считают загадочной, — спокойно ответил он. — Как человеку того же круга, мне любопытно. Говорят, она сказочно богата, но никогда не появляется в свете. О таких людях ходят легенды. Общество не прощает невнимания к себе.

— Невнимания? Как это? Он усмехнулся:

— Богатенькая графская дочка должна провести один или два сезона в Лондоне и свести с ума охотников за приданым. Но леди Оливия нарушила этот обычай и прослыла эксцентричной. Кстати, это правда?

Девушка пожала плечами:

— Ой, даже не знаю. Слышала, что она вспыльчивая. И несомненно, очень своевольная. Поэтому предпочла не участвовать в ярмарке невест.

Джордж весь обратился в слух. Уже несколько недель он по крупицам собирал .информацию у Алоиза Биба, а сейчас выяснил намного больше, чем за все это время. Свой интерес он скрыл за очередной ласковой улыбкой.

— Она, наверное, живет отшельницей. Кроме Алоиза Биба, ты — первый человек, кто может похвастаться знакомством с ней. — Он помолчал, вновь улыбнулся и произнес: — Даже не представляю себе, как она выглядит.

— Вот об этом я могу вам рассказать, — оживилась девушка.

Когда она вынырнула из ящика, ее щеку украшало большое грязное пятно. Оливия едва заметно улыбнулась одними уголками губ.

— Вы знакомы с лордом Бадсвортом?

— Это ее сводный брат? Я его немного знаю.

— Они удивительно похожи.

— Чем именно? — осторожно спросил он. Бадсворт вечно хмурился и был необычайно уродлив. Невозможно представить себе женщину со столь грубыми и некрасивыми чертами лица.