Охотник за приданым - Диана Фарр

— Это ее сводный брат? Я его немного знаю.

— Они удивительно похожи.

— Чем именно? — осторожно спросил он. Бадсворт вечно хмурился и был необычайно уродлив. Невозможно представить себе женщину со столь грубыми и некрасивыми чертами лица.

В раздумье она запрокинула голову и стала разглядывать потолок.

— По-моему, у них одинаковые носы, — сказала она и, помолчав, добавила: — И цвет лица.

Не удержавшись, Джордж воскликнул:

— Провалиться мне на этом самом месте! Я-то думал, нос у него красный из-за выпивки.

Она решительно покачала головой:

— Ничего подобного. Это у них семейное. В его годы у нее появятся такие же шишки. Бородавки уже появились, хотя пока они мало заметны.

— Боже мой!

— Они обычно бросаются в глаза, когда на них вырастают волоски.

— Но… Черт побери, ей всего двадцать шесть! Девушка широко раскрыла глаза:

— Не может быть! Я думала, ей самое малое сорок. — Она помолчала и добавила: — Наверное, плешь ее старит.

Джордж прищурился:

— Ты, кажется, заливаешь! Огромный нос, бородавки, красное лицо, да еще и плешь? Быть не может!

Она звонко рассмеялась:

— Ну, она не совсем лысая. Немного волос еще осталось. Местами.

— Только не говори, что на подбородке!

— Нет! Только на бородавке. А вот на голове есть, но не очень много. Красавицей ее, конечно, не назовешь…

— Это уж точно!

— Но мне она нравится. Что бы там о ней ни говорили. Она достала из ящика глиняную вещицу и поднесла к свету:

— Как называется эта глиняная безделушка?

— Понятия не имею, — отрезал он. — А что говорят о леди Оливии?

Девушка приняла чопорный вид и покачала головой.

— Не хочу передавать сплетни, — сдержанно сказала она и потянулась за записной книжкой.

Джордж вдруг подумал, что она имеет в виду школу. Он выяснил, что леди Оливия Фэрфакс организовала школу для девочек-сирот. Неужели эта молодая женщина связана со школой? Может, она там слышала нелестные отзывы о леди Оливии?

Пока она писала, он внимательно изучил ее одежду. Платье старое, хотя сшито из дорогого материала, скромное и практичное, с закрытым воротом и длинными рукавами. Эта женщина вполне могла получить образование в благотворительной школе, там же ей дали и это платье. Он все больше склонялся к мысли о том, что она гувернантка. Или же преподает в благотворительной школе! В таком случае она, разумеется, знакома с неуловимой наследницей.

Джордж ужаснулся. Неужели ее описание леди Фэрфакс хотя бы наполовину соответствует истине? Если да, то неудивительно, что даже при такой родословной и баснословном состоянии она умудрилась остаться старой девой. Да и зачем незнакомке с ним так глупо шутить?

Если только… нет. Нужно критически отнестись к ее рассказу. У нее может быть множество причин ввести его в заблуждение. Возможно, в благотворительной школе строго-настрого приказали хранить в тайне личную жизнь леди Оливии. К тому же он не терял надежды на то, что молодая женщина сама может оказаться…

Да кем бы она ни была, какого черта она здесь делает? Он нахмурился и отошел от ящиков.

— Давай сменим тему, — сказал он. — Зачем ты описываешь собственность Биба?

— Такова его последняя воля. Об этом сказано в завещании.

Она поднялась с колен и отряхнула передник.

— Да, но почему ты этим занимаешься? Кто ты такая? Она подняла книжку и перо.

— В высшей степени неделикатно с вашей стороны задавать каверзные вопросы и мешать мне работать. Будьте добры, откройте следующую коробку.

— С огромным удовольствием, — ответил он, поднимая лом. — Как только ты назовешь мне свое имя.

Она прищурилась:

— А если не назову?

Джордж решил, что она вполне способна отобрать у него лом, и сменил тактику.

— Послушай, — произнес он с обезоруживающей улыбкой, — должен же я как-то к тебе обращаться.

— Называйте меня мадам. Он издал ехидный смешок.

— Ну какая из тебя мадам? Ведь ты всего-навсего служанка, не так ли?

Ага. Она в полном замешательстве. Уже позабыла свою роль. Нужно ловить момент, пока она не пришла в себя. Этот шанс он не упустит. Джордж поставил лом, потянулся к ней и схватил за плечи в надежде на то, что от испуга она скажет правду. Он собирался поцеловать ее быстро и грубо, как надменный поместный лорд целует скромную горничную, но что-то остановило его.

Какой приятный сюрприз. Она, оказывается, красавица. Интересно, почему он раньше этого не заметил?

Он замер буквально на секунду, наслаждаясь близостью ее удивительных глаз. Широко распахнутые, в полумраке они казались серебряными. Очаровательно. Он вдохнул исходивший от нее легкий .аромат. От девушки пахло розами.

Пока Джордж разглядывал ее, наверху хлопнула входная дверь. Наверное, в планировке дома была какая-то особенность, потому что в ту же секунду дверь в подвал закрылась с приглушенным звуком. Но он стоял, словно зачарованный, и глядел в глаза таинственной незнакомки. Она вырвалась и с воплем бросилась к захлопнувшейся двери в тщетной попытке отворить ее.

— Блюдешь свои моральные устои? По-моему, поздновато, — заявил Джордж, поспешив ей на помощь. — Позволь-ка мне.

Оливия отступила.

— Гримсби сказал, когда дверь захлопывается, то срабатывает замок.

Зловещее предсказание. Он покрутил ручку — та не поддалась. Потянул изо всех сил — снова никакого результата.

— Уму непостижимо! Подвальная дверь автоматически закрывается с внутренней стороны! Какой идиот это придумал? — воскликнул он.

Оливия наградила его сочувствующим взглядом.

— Отойди, — приказал он. Девушка послушалась. Он налег плечом на дверь и изо всех сил толкнул. Но массивная дверь из английского дуба даже не шелохнулась. Тяжело дыша, он отошел и внимательно ее изучил.

— Лом.

— Боже, — еле слышно вздохнула она. — Может, не стоит выбивать дверь?

— Вряд ли это удастся сделать. Скорее лом погнется. Он думал, что пошутил. Однако пятью минутами позже оба, глазам своим не веря, смотрели на погнутый и бесполезный лом. Джордж швырнул его на пол. На двери образовалось несколько царапин, но замок не пострадал.

— Интересно, во сколько этот лом обошелся Бибу? — кисло проворчал Джордж. — Из чего он сделан? Из бумаги?

— Ящики им открывать получалось, — произнесла Оливия.

Джордж фыркнул и огляделся вокруг:

— Посмотрим, не завалялась ли в этом хламе пушка.

Он различил смешок и удивленно обернулся. Несмотря на отчаянное положение, стоящая рядом незнакомка едва сдерживала смех.

— Вряд ли, — произнесла она извиняющимся тоном, ее голос все еще звенел от смеха. — Это своего рода египетский зал.

Его губы растянулись в улыбке.

— Так, а где средневековое собрание? Не отказался бы от тарана.