Я с тебя худею (СИ) - Донченко Татьяна

К концу моего рассказа на тарелке остаются только нарезанные кусочки батона. Вся колбаса с бутербродов во мне.

Мне нужен психотерапевт.

Глава 8. Ламантин

Тимур Хасанов — обладатель самых широченных плеч, которые я когда-либо видела, и самой широченной улыбки. Он смотрит на меня «я-про-тебя-кое-что-знаю» глазами, радостный от предвкушения помучить жертву эклеров и вареной колбасы.

— Сокол сказал, чтобы я заставил тебя прыгать берпи, если опоздаешь, — гогочет он, потирая ладони.

Я с ужасом смотрю на часы и понимаю, что уже три минуты четвертого.

— Не может быть! — возмущаюсь я, помня, что по часам в раздевалке успевала с запасом. На моем телефоне еще пара минут до трех. — Часы в зале спешат!

Тимур пожимает плечами с пофигистичной миной.

— Тогда и ты поспеши, — скалится он, — а то будешь прыгать двенадцать раз вместо девяти.

— Жулики! — ворчу я. Теперь понимаю почему Соколов дружит с этим типом. У обоих садистские наклонности.

Я прыгаю, постанывая от боли. Мышцы вообще меня не слушаются. А сделать хлопок над головой, чтобы завершить элемент, руки даже не поднимаются.

— Терпи, боец, — подбадривает Тимур, тряся шейкером. — Разминка еще даже не начиналась.

Я никак не комментирую его слова. Дыхалка ни к черту!

Я замечаю Соколова в конце зала. Он сидит у окна на полу, погруженный в планшет, а в руке стилус. Рисует. И что же это за предложение, от которого он не смог отказаться?

К нему подходит девушка в обтягивающих лосинах телесного цвета, делающих ее визуально голой. И такого же голого цвета топ. Она высокая, стройная, подтянутая и очень привлекательная. Подходит к Соколову, тот встречает ее с улыбкой и откладывает планшет в сторону. «Предложение, от которого не смог отказаться. Все ясно!»Они вместе идут к беговому тренажеру и о чем-то весело болтают, будто знают друг друга не один год.

Я гляжу на часы и хмурюсь:

— Восемь минут! Она опоздала на восемь минут! Где ЕЕ берпи?!

Тимур смотрит на своего друга и его красотку-подопечную с загадочной ухмылкой и выдает:

— У него с Марьяшей свои отношения…

«Она не такая жирная как ты, ей берпи не нужны» — перевожу я.

Я злюсь, но не понимаю почему. Выплескиваю эмоции в последние три прыжка.

— Теперь разминочка. Полтора километра легким бегом, — он кивает на пустую дорожку.

Я не хочу бегать рядом с идеальной Марьяшей. Она не бежит, а летает. Движения плавные, легкие, как у косули. На кого буду похожа я рядом с ней? На выброшенного на берег ламантина.

Вслух не говорю ничего и обреченно волоку ноги к тренажеру.

— Привет, — со скучающим видом бросает мне Соколов и продолжает ненавязчивую беседу с косулей.

— Привет, — отзываюсь я и вздергиваю брови.

Он стыдиться, что знает меня или продолжает дуться? Совершенно не понимаю этого парня!

Тимур нажимает кнопки на моем тренажере, приводя его в движение.

— Через триста метров увеличь скорость с шести до восьми, — говорит он и облокачивается на край тренажера. Смотрит, как я разбегаюсь, неуклюже переставляя ноги. Ну точно, ламантин!

— Так что, рассказывай, — с вызовом во взгляде говорит качок и допивает содержимое шейкера, от которого вкусно пахнет карамелью. — Решила, что вышла из берегов и за неделю хочешь влезть в выпускное платье?

— Проще пришить к нему второе! — отвечаю я, вздернув руки.

Качок разражается смехом и слегка касается моего плеча кулаком.

— Классная шутка!

— Как и та, что можно сбросить вес за неделю, — улыбаюсь я.

Косуля изящно замедляет бег и соскакивает с дорожки. Они с Соколовым уходят в другой конец зала, где девушка ложится на тренажер для прокачки ягодиц.

— Не отвлекайся, — замечает мой сегодняшний тренер и сам увеличивает мне скорость. Я бегу быстрее. — Старайся переносить бег на носки.

Через пару минут он снова увеличивает скорость и я едва успеваю. Пот течет рекой, икры горят. А на экране всего лишь шестьсот метров. Я умру. Я сегодня точно умру!

***

К концу тренировки не чувствую боли. Она сменилась жжением во всем теле. Я мокрая почти насквозь и мне стыдно. В зале полно девчонок, но одна я генерирую столько пота! Косуля вообще словно не тренировалась. Выглядит так же безупречно, как и в начале тренировки.

Соколов помогает ей с растяжкой, давит на спину, пока та складывается и тянется к носкам.

Я никогда не жаловалась на природную гибкость. Эта способность, досталась от мамы. Она до сих пор с легкостью касается руками пола, хотя никогда не занималась спортом. Я повторяю упражнения на растяжку за Тимуром хотя бы в этом не чувствую себя ущербной.

Косуля неподалеку растягивает мышцы бедра, лежа на спине. Она подтягивает к себе согнутую ногу и сладко пропевает:

— Леш, поможешь?

Соколов с ехидной ухмылкой ложиться не ее ногу сверху, придавливая весом. А она стонет «от боли». Со стороны выглядит недвусмысленно.

Я фыркаю и отворачиваюсь, не желая быть свидетелем чужой прелюдии. Тимур ловит мой взгляд и подмигивает:

— Что это ты? Ревнуешь?

— Кого? — поднимаюсь на ноги и повторяю упражнение за Тимуром. Он показывает как растянуть мышцы икр, чтобы завтра не болели.

— Ну не Марьяшу же! Сокола.

— Пф!

Я не сдерживаю усмешку, а качок продолжает смотреть на меня изучающим взглядом и ничего не говорит. Думает, я сломаюсь под его темно-карими чарующими глазами. Он конечно, красавчик и прекрасно это знает!

— Спасибо, что согласился провести для меня тренировку, — искренне благодарю я, когда Тимур дает мне пять и хвалит за отличную работу. Хотя сама я так не думаю, но мне все равно приятно.

— Нет проблем, друзья Сокола — мои друзья!

Я смущаюсь.

— Как примешь душ и соберешься, жду тебя в «Цитрусе», надо кое-что передать.

— Что?

— Твой дневной рацион, — он щелкает меня по носу и удаляется в тренерскую. Соколова и его секси-подопечной уже и след простыл.

***

В «Цитрусе» Тимур ест из огромной миски что-то, похожее на салат из мяса. Он работает вилкой с проворностью которой можно только позавидовать. Завидев меня, он тут же подзывает к себе и приглашает сесть.

— Присоединяйся, — говорит он и обращается к барной стойке, — Прихлоп, подай-ка пакет!

В качка летит большой пакет из крафтовой бумаги и тот ловит его с ловкостью баскетболиста.

— Придурок, там же контейнеры с едой! — орет он на парня за баром.

Я сажусь на стул напротив Тимура, чувствуя странную легкость во всем теле. Как же ее не хватало первую половину дня! Мышцы, разогретые интенсивной нагрузкой, больше не болят. Почему я раньше никогда не занималась в зале?

На пакете нарисован логотип — силуэт женской талии, опоясанной метром, и надпись: «Худеем вкусно». Интересно, чья это идея?

— Сокол передал, что завтра не сможет тебя взять, у него нет свободных окон и попросил меня отдать тебе рацион на сегодня и завтра.

Я обвожу кафе взглядом и задерживаюсь на двери. Неужели он сам не придет? С неприязнью догадываюсь, чем он сейчас занят. Или кем.

— Так что, когда у тебя выпускной? — Тимур возвращает меня из мыслей обратно в кафе.

Я начинаю разглядывать содержимое пакета, чтобы как-то отвлечься от главного вопроса: почему меня волнует, что делает или не делает Соколов с этой Марьяшей?

— В субботу, — я достаю контейнер с рыбой, приготовленной на пару. На нем написано сколько белков, жиров и углеводов в порции и сколько в ней калорий. А также витамины и даже рекомендованное время, когда принимать еду из этого контейнера.

— Воу, круто! — я просматриваю остальные контейнеры и они все подписаны. — Это очень удобно! Вы — молодцы!

Я продолжаю восторженно рассматривать содержимое пакета, живот умоляюще побулькивает.

— А почему ты спросил про выпускной?

— У моей девушки он тоже в субботу. Она мне с ним мозг ложкой выела! А ты, вроде как, ее ровесница…

— Не волнуйся, я твой мозг сжирать не буду, — комментирую я с улыбкой, обвожу жестом свою талию. Точнее то, что должно быть на ее месте. — Я, знаешь ли, больше по части эклеров.