Я с тебя худею (СИ) - Донченко Татьяна

— Я пригласил вас, Олеся, не просто так, — начал Аксенов, вальяжно располагаясь в своем кресле напротив всех нас. — Вчера мы с «Цензорами» кое-что обсудили и большинством голосов приняли решение, которое теперь хотим обсудить с вами.

Он впивается в меня серо-голубыми глазами, как будто приковывает к месту, а я шумно сглатываю, нарушая повисшую тишину.

— С тех пор, как я начал курировать вашу дипломную работу, я начал присматриваться к вам, Ермакова. Я изучил ваше личное дело и просмотрел работы, которыми вы занимались в рамках университета и должен сказать, что впечатлен. — Аксенов задумчиво чешет подбородок и рассматривает меня взглядом от которого у меня мурашки бегут по спине. Какой же он красивый! — У нас уже сформированный и отлично слаженный коллектив, но я не могу упустить такой ценный кадр, как вы, Ермакова, и предлагаю вам подумать над тем, чтобы вступить к нам в «Цензоры».

Я замираю. Боюсь даже дышать. На меня смотрят с еще большим пристрастием и ждут. Я должна что-то сказать? Стараюсь не показать волнения, хотя меня трясет неконтролируемой мелкой дрожью. В животе все узлом связывается. Только бы не повторилось вчерашнего!

Тут еще и сообщение приходит, и я кошусь на экран телефона.

Мастер вселенной: У меня появилось окно в два. Придешь?

Я мысленно прикидываю сколько времени займет вернуться домой и взять сумку. Успеваю. Хотя все зависит от того, насколько затянется это голосование и встреча. Не могу написать ответное сообщение. Не потому что не знаю, что сказать, а потому что тринадцать человек пялятся на меня не отрывая взгляда. Переворачиваю телефон экраном вниз и судорожно проговариваю «извините».

— Соглашайся, — шепчет кто-то из «Цензоров» и я, все еще не соображая, поворачиваю голову. Кажется, его зовут Давид. Он говорит уже громче: — Олеся работала с моим приятелем, который пишет мангу. Он ее хвалил.

— Давай, вступай к нам, и нас, наконец, будет чертова дюжина, — Маша подначивает и с добродушной улыбкой предлагает мне печенье в вазе.

Сначала я тяну руку к угощению, но потом сдержанно мотаю головой. Соколов меня убьет! Никакого печенья.

Но потом понимаю, что мое отрицательное мотание головой могут неправильно понять и начинаю кивать.

— Да, я конечно же согласна! — голос охрип от волнения, я прокашливаюсь. — Что тут думать, я говорю «да».

— В таком случае, добро пожаловать в «Цензоры», — говорит преподаватель и у меня резко подскакивает пульс.

Аудитория наполняется веселыми аплодисментами. Я незаметно щипаю себя, хочу убедиться, что все это не сон. Боль настоящая, а значит и то, что я теперь в элитном клубе «Цензоров» — тоже взаправду.

От грохочущего сердцебиения в ушах, не сразу слышу, когда преподаватель обращается ко мне. Я перевожу рассеянный взгляд на Аксенова и моргаю. Он берет в руки «Коучинг для чайников» и переводит внимание с меня на книгу.

— У нас есть прекрасная возможность еще раз убедиться в способностях Ермаковой. Она в списке редакторов книги, которую нам с вами предстоит внимательно изучить и на днях дать обзор. Олеся будет отвечать за качество наших текстов и за поиск новых авторов вместе с Мишиной. Кстати, один из кандидатов у нее уже есть!

Аксенов косится на мою сумку с ноутбуком.

— Олеся рассказывала о комиксе про супергероев и об очень талантливом авторе. Комиксов у нас еще никогда не было, так что мы все во внимании.

Под разговоры «Цензоров» я вынимаю из сумки ноутбук, подключаю его к проектору и запускаю с кнопки. Экран загорается, показывая всем картинку с тортом на рабочем столе. Я становлюсь пунцовой от стыда. Сейчас я была бы не против съесть его весь. С утра во рту и маковой росинки не было.

Около двух часов я рассказываю о комиксе Соколова. Ребята отмечают его художественный талант и интересный сюжет. Все до единого голосуют за то, чтобы взяться за раскрутку комикса, когда он будет доработан. А я стану представителем автора и его работы на форуме в Анталии. Я не помню себя от счастья, но есть маленькая ложка дегтя, которая мешает сполна насладиться этим сладким мгновением. Стоит ли им говорить, что автор еще не дал согласия на участие в этом форуме? Точнее, дал, но с его выдвинутым условиям нужно что-то делать.

***

Выхожу из аудитории, прощаясь со всеми «Цензорами» и с Аксеновым. Не могу никак прийти в себя от эмоций. Не знаю кому звонить сначала: Маруське или Соколову?

Пока иду к остановке, приходит еще одно сообщение.

Мастер вселенной: Ты что меня игнорируешь?

Не успеваю написать ответ, приходит еще одно вдогонку.

Мастер вселенной: Поступило предложение, от которого я не смог отказаться. Так что шанс упущен. Но у Тимы есть время сегодня на три. Приходи. Он тебя классно погоняет.

Мастер вселенной: Надеюсь, у тебя болит ВСЕ!

Смотрю на время. Еще только двенадцать. Я успеваю сгонять за формой домой и обратно. И даже есть время заглянуть к Маруське. Она живет совсем недалеко от универа.

Набираю Соколова, чтобы сообщить, что приду, но он не отвечает. Или занят или мстит мне за игнор. Я пишу ему сообщение по пути к дому подруги:

Клюковка22: Я не игнорирую тебя. Да, я приду к трем. Спасибо

Я понимаю, что нам нужно поговорить и пишу еще одно сообщение:

Клюковка22: Когда мы начнем работать над комиксом? Нужно кое-что обсудить.

Мастер вселенной: Полагаю, не только комикс

Тяжело выдыхаю и пишу, уже стоя у палатки с фруктами. Есть хочется смертельно!

Клюковка22:Ты прав, не только комикс.

Пока мне взвешивают яблоки, пишу снова в чат.

Клюковка22: Пожалуйста, хватит просить стать твоей девушкой! Я думала, ты перерос эти шутки.

Мастер вселенной: Я думал ты выросла, чтобы больше не считать это шуткой.

И вдогонку куча подмигивающих смайликов. Я раздражаюсь.

Клюковка22: Соколов! Еще хоть слово на эту тему — будешь искать другого редактора!

Мастер вселенной: Замолкаю.

Мастер вселенной: Я и забыл, что теперь девушки сами предлагают парням отношения. Что ж, я подожду.

Клюковка22: Все, бесишь!

Ну вот, две минуты. Всего две минуты общения с этим парнем и эйфории как ни бывало. Я больше не чувствую удовлетворения от того, что моя сокровенная мечта стать «Цензором» сбылась. Бывший одноклассник довел до точки кипения. Как в «старые добрые времена».

Несу в пакете яблоки и виноград и забегаю на второй этаж старенькой панельки. Квартира у подруги небольшая, всего двадцать квадратов. Для однушки неплохо, но планировка отстой! Одни коридоры. Из-за них двадцать квадратов визуально превращаются в десять.

Мы теснимся в прихожей, пока я разуваюсь и прохожу на кухню. За столом сидит Стас и уплетает бутерброды с колбасой.

— Привет, Леська! — с полным ртом его приветствие звучит забавно, и я отвечаю, передразнивая его.

Стас — Маруськин сосед. Живет в квартире напротив, но такое ощущение, что с ней в однушке. Слишком часто вижу его у нее дома.

— Мы что-то отмечаем? — подруга забирает у меня виноград из рук. — Лучше бы ты притащила его в жидком и забродившем виде, конечно… но и так сойдет!

Я падаю на стул напротив Стаса и тянусь к бутерброду, но потом одергиваю руку. Прилагаю неимоверные усилия, чтобы не сорваться. Колбаса пахнет соблазнительно!

— Сегодня меня приняли в «Цензоры»! — сходу говорю я и выдыхаю. Вслух это звучит еще невероятней.

Маруська открывает рот и смотрит на меня широко распахнув глаза.

— Гонишь!

Мотаю головой и улыбаюсь.

Я не сдерживаюсь и подрываюсь с места. Как будто сговорившись, мы резко взвизгиваем и обнимаем друг друга. Стас вздрагивает от нашего внезапного крика и разливает на себя горячий чай. Мы продолжаем визжать, а он чертыхается и промакивает полотенцем пятно на футболке и тоже скачет. Старушка, живущая снизу, стучит по батарее. Слишком шумно мы себя ведем. Да, мы это умеем!

Я делюсь впечатлениями и в подробностях рассказываю о сегодняшнем утре, Маруська внимательно слушает, комментирует и подрезает еще бутербродов. Я снимаю с одного из них колбасу и кидаю в рот. Ммм, вкуснятина!