Волки скалятся в тенях - Рената Вотинова

оставалось терпеливо наблюдать за задумчивым выражением лица, осознавая их с Другом беспомощность в сложившейся ситуации.

— Второй раз мы здесь, — Друг не так много слов оборонил минувшей ночью. Слишком о многом ему пришлось размышлять в то время, как его собственное сознание то и дело отцеплялось от якоря, уносилось в неизвестные дали. — И снова причина меня не радует.

Если бы Алиса могла что-нибудь произнести вслух, то согласилась бы с ним. Первая их встреча закончилась почти смертью Лайлы, а сейчас она готовилась отчитывать Алису, словно маленькую воспитанницу интерната.

Ладони сами сжались в кулаки. Алиса пыталась удержать усталость, которая вот-вот, казалось, свалит их с Другом с ног, в узде, а боль в плече, распространяющаяся на всю руку, все усугубляла. Сбежать из больницы было не так сложно, но ночь прошла без сна. Алиса и Друг ждали, что Джонатан придет за ними, и не сомкнули глаз.

— Это первый раз, когда ты подвела меня, — Лайла насупилась и откинулась в кожаном кресле. — Кто вообще допустил заказ на Джонатана Вильцгейма? — Она облокотилась локтями об заваленный всяким хламом дубовый стол и уместила острый подбородок на сложенные ладони в замок.

— Технически он не был целью, — она уже обсуждала этот момент с Другом, и подготовилась к такому повороту в разговоре. — Заказ просто случайно оказался в его доме.

— Хорошо, что ты не сбежала молча, Стервятник, — Лайла потянулась к золотому бокалу с серебристыми вкраплениями и пригубила из него, как Алиса полагала, вино. — Но ты должна понять, что я не могу тебя отпустить.

— Что?

— Что? — Вырвалось у Алисы одновременно с Другом. Они были наслышаны об опасности работы на Лайлу, но она сидела здесь живая и невредимая, благодаря их милосердию. Хотя, скорее, глупости.

— Твоя голова, видимо, настолько пуста, что ты не понимаешь очевидные вещи, девчонка. Ты ввязалась в опасную игру. За плевое дело не платят такие суммы.

— Мы все равно через час отправимся в Мекролв, — Друг предпринял попытку успокоить свою подругу. — Справимся с теми грошами в кармане.

— Ты испугалась королевского щенка? — Алиса пошевелила больной рукой и сжала револьвер за поясом. Как бы ей хотелось увидеть его страдающее по пистолету лицо.

— Дело не в короле. Монарх мне не угроза, — Лайла пробежалась пальчиками свободной руки по подлокотнику, приняв оскорбленный вид.

— Ты задела ее за живое. Дави дальше.

— А я и не про короля веду речь. О его придворном, если так будет угодно, — Алиса присела в шутливом и самом нелепом реверансе, усмехнувшись под маской. Лайла вперила в нее недовольный взгляд.

— Лучше бы ты держала свой длинный язык за зубами, как и с Горошком.

«— Ага, — Алиса сложила два и два. — Ей уже доложили».

— Ко мне приходил заказчик. Он оказался братом Вильцгейма по линии матери. Я не хочу связываться с двумя акулами, чьи зубы заточены на пожирание других.

— Блеф, — подсказал ей Друг. — Даже если и брат, какая нам разница?

— Заказчик нарушил кодекс. Я могу отказаться от дела.

— Он предложил поднять цену на заказ в два раза и заплатить точно такую же сумму лично мне сразу, — хитрая улыбка, расцветшая на женских устах, холодком пробежалась по позвоночнику Алисы.

— Весьма соблазнительное предложение.

— На которое мы не можем согласиться. Джонатан видел твое лицо.

Друг был прав. Им нельзя более оставаться в Бьюттерирайте… И все же эти деньги могли купить им свободу. Алиса была сыта по горло нищетой и тем, что ей и Другу всегда приходилось ходить, склонив голову вниз.

— Да, мне тоже так показалось. И я согласилась, — после этих слов Лайла осушила бокал до дна и со звоном опустила его на деревянную поверхность, что у Алисы зазвенело в ушах.

— Выстрели в ее башку прямо сейчас! — Зарычал Друг.

— Лайла, ты, кажется, забыла, что ты у меня в долгу. Я не стану заканчивать это дело, — Лайла решила за Алису, решила за Друга, будто они были ее собачками. Нет, однажды они подарили ей жизнь, и она не должна забывать, что они с такой же легкостью могут забрать свой дар назад.

— У тебя нет выбора. Закончи начатое и уйди с достоинством. Я не думала, что Стервятник может сбежать, трусливо поджав хвост.

— Алиса кивнула и поторопилась уйти из безвкусно увешанного картинами кабинета.

В коридоре Алисе стало нестерпимо душно, и она расстегнула первые две пуговицы черной шелковой рубашки.

— Через минут сорок наш корабль отплывает, — напомнила Алиса Другу, немного приподняв маску, дабы сделать несколько рванных глотков воздуха.

— Надо заскочить домой за вещами.

— Это больше не наш дом, — укорила Алиса его. В целом это место никогда не было их домом.

— Решила сдаться и сбежать?

Алиса одним резким движением накинула маску назад и обернулась на голос. Передо ней стоял уже знакомый бармен, хранитель Притона Гончих, в сером пальто. Он облокотился плечом об красную стену, не отрывая от нее безразличного взгляда.

— Уже нет смысла молчать.

— Тебя это не касается, — огрызнулась Алиса, вновь проверив оружие, которое ей преподнес Джонатан в знак доверия. Доверия, которое она не оправдала.

— О тебе разговоров больше, чем о предстоящем бале сезона листопадов в главном дворце. Некоторые тобой и в самом деле восхищаются, особенно Мэди. — Только сейчас Алисе удалось разглядеть почти зажившие ссадины на мужском лице. Несколько из них уже успели обратиться в шрамы. Один глубокий над губой и еле заметный над бровью. Алиса не знала, кем он был до прихода в Притон Гончих, но и выяснить особым желанием не горела.

— Мэди стоит не о Стервятнике думать, а о себе, — Алиса и сама поразилась собственной честности. Мэди была хорошей девушкой. Если бы не долги ее отца, то она вела совсем иную жизнь. Поступила бы в королевский институт, вышла замуж, а не чахла в трущобах.

— Если ты внезапно пропадешь, то мысли о тебе совсем ее поглотят. Ты ей как сын… Ну если бы она знала, то как дочь, — он продолжал придирчиво изучать Алису, чуть наклонив голову вбок. Его пристальное внимание неприятно липло к коже. Алиса бы с превеликим удовольствием врезала ему, чтобы больше не вздумал так на нее пялится.

— Пора заканчивать эту бессмысленную болтовню, — теперь уже Друг решил напомнить своей подруге об их насущных проблемах. — Мы опаздываем.

— Да, — обратилась Алиса к Другу, а бармен, как и все до него, подумал, что она согласилась с ним. В этом нет никаких сомнений. — Было очень приятно поболтать, — протянула Алиса второе слово. — И все же мне пора идти.

— Она тебя обманула, — и