Дело в ридикюле - Анна Лерн

— Отец… — тихо произнесла я, осторожно опускаясь на край кровати и беря его слабую руку. — Это я, Адель. Ты слышишь меня? Совсем скоро мы вместе отправимся в Кессфорд-Холл. Тебе там будет лучше.

Виконт очень слабо, но ощутимо сжал мою руку. Возможно, это был жест согласия, а возможно, проявление нежности. Я не чувствовала обиды на него. Сейчас всё, что происходило в прошлом, казалось каким-то далёким и незначительным.

* * *

Перед тем как отбыть обратно в Кессфорд-Холл, я заглянула в редакцию журнала «Мир Моды». Здание редакции было расположено в оживлённом квартале с рядами магазинов и модных ателье. Внутри царила атмосфера творческого хаоса: шуршание бумаги, стук пишущих машинок, голоса, обсуждающие последние тренды и сплетни. В кабинет редактора меня провёл невысокий юноша с весёлыми глазами.

— Миссис Стоун, к вам леди Флетчер!

Из-за груды эскизов показалась женская голова с ярко-рыжими волосами. Живые, проницательные, яркие глаза цвета молодой травы с интересом уставились на меня.

— Как неожиданно! — женщина вышла из-за стола и направилась ко мне. — Вы такая молоденькая! Честно, я ожидала увидеть старую деву с претензией на исключительность! Но даже в этом случае мне бы пришлось сотрудничать с вами. У вас талант!

— Благодарю, — улыбнулась я. Мне импонировала непосредственность редактора солидного издания. — Я представляла вас примерно так же.

— Присаживайтесь, дорогая, — засмеялась Эвелин, указывая мне на кресло. После чего она выглянула за дверь и крикнула: — Хилари, сделай нам кофе, пожалуйста!

Вернувшись на своё место, дама сдвинула в сторону эскизы и сказала:

— Давайте я расскажу вам свою идею, леди Флетчер. Вы ведь сами видите, как меняется мир моды. Женщины хотят не только красивые платья, но и стильные, практичные аксессуары. А ваши сумки — это же настоящие произведения искусства! Они идеальны! Я хочу сделать серию статей, где мы будем представлять их в сочетании с нашими модными ансамблями.

— Как это будет выглядеть? Небольшая статья с изображением моих сумок? — полюбопытствовала я, устраиваясь удобнее. Как же мне нравилось всё происходящее!

— Нет-нет, леди Флетчер! Гораздо больше! — Эвелин резко поднялась и начала энергично жестикулировать. — Я думаю о полноценной ежемесячной рубрике! «Акцент от Адель» или что-то в этом духе! Мы будем показывать одну-две ваши новые модели каждый месяц. С описанием, почему она актуальна именно сейчас, с какими нарядами ее носить. Например, для летнего выпуска — лёгкие сумки для пикников, для осеннего — более строгие модели для деловых встреч. Это будет взаимовыгодное сотрудничество. Вы станете известной на всю страну, а наш журнал получит эксклюзивный материал, который привлечёт еще больше читательниц!

Это была серьёзная заявка. Ежемесячная рубрика означала широкое признание. Я представила себе, как моё имя и работы появятся на страницах такого влиятельного журнала. Это было именно то, о чем я мечтала.

— А может, назовём рубрику “Дело в ридикюле”? — предложила я. — Мне кажется, очень подходит к предложенной вами концепции.

— Отлично! Мне нравится! — воскликнула Эвелин. — Утверждено!

После этого мы обсудили детали: сроки предоставления эскизов, формат статей. Редактор предложила начать с двух моделей для ближайшего выпуска, который должен был выйти через месяц.

— Я пришлю вам наш контракт на рассмотрение, — сказала Эвелин, провожая меня к выходу. — Ваша история будет вдохновлять многих молодых женщин, леди Флетчер. Особенно после того как мы организуем развёрнутое интервью.

От всего происходящего голова шла кругом. Но я была счастлива как никогда.

Глава 93

Под чутким руководством доктора Хэмфри отец был бережно перевезён из поместья Флетчеров в Кессфорд-Холл. Выделенные для него просторные светлые покои были расположены так, чтобы доктор мог быть рядом круглосуточно, обеспечивая постоянный уход и наблюдение. Я несколько раз в день навещала отца, чувствуя облегчение оттого, что он в безопасности и окружён заботой. Доктор Хэмфри попросил Эммануила заказать кресло-коляску для виконта, чтобы его можно было вывозить в сад. Долгие прогулки способствовали выздоровлению.

Тем временем в Кессфорд-Холле шли приготовления к предстоящему венчанию. Все были заняты предсвадебными хлопотами, от которых голова шла кругом. Стояла тёплая осень. Деревья постепенно меняли свой изумрудный наряд на золотисто-жёлтые и багряные расцветки. Небо становилось прозрачнее. Всё чаще шли тихие затяжные дожди.

— Как ты думаешь, Адель, что лучше, — Эммануил задумчиво смотрел в окно, как дети бегают по парковой лужайке, — провести торжество здесь, в Большом зале, или всё же рискнуть и установить шатры в парке? Октябрьская погода так переменчива.

— Да, в зале будет безопаснее, но в парке, среди поздних роз и старых дубов было бы лучше. Может, мы можем поставить шатры, но продумать запасной план на случай дождя? Например, быстро перенести всё в зал?

Маркиз засмеялся.

— Моя дорогая, ты недооцениваешь количество гостей, которые непременно прибудут. Если начнётся сильный дождь, то переносить торжество в Большой зал слуги будут до самого утра.

— Зачем нам столько гостей? — я бы прекрасно обошлась самыми близкими людьми.

— Тётушка уже пригласила всё светское общество Лоундона, — маркиз склонился ко мне и, подражая интонации леди Лэйкер,

шутливо произнёс: — Эммануил, ты хочешь, чтобы пошли слухи, что мы экономим на торжестве? Нет, мой дорогой племянник! Это же не просто свадьба, это событие, которое будут обсуждать весь сезон!

Я засмеялась. У моего будущего мужа очень хорошо получалось копировать графиню. В этот момент в комнату вошел дворецкий, держа в руках серебряный поднос с корреспонденцией.

— Почта, ваша милость, — поклонился он, передавая письма Кессфорду.

Эммануил перебрал конверты и с любопытством вскрыл один из них. Пробежав глазами по письму, он удивлённо приподнял бровь.

— Это от Эдварда.

— Что он пишет? — после моего похищения Ланкастер не появлялся в Логреде, и мы ничего не знали о его местонахождении.

Маркиз присел в кресло рядом со мной и стал читать вслух послание Эдварда:

«Дорогой кузен. Я пишу, чтобы ещё раз со всей искренностью попросить прощения за своё недостойное поведение, которое причинило Вам с леди Флетчер столько неудобств. Я знаю, что мои слова едва ли могут искупить содеянное, но поверь, я провёл много бессонных ночей, размышляя о своих ошибках. После всего, что произошло, я принял решение покинуть Англию и начать новую жизнь. Я отправился в Тиссабон, решив заняться торговлей кофе. Это рискованное предприятие, но я вложил в него последние свои средства. Я надеюсь, что вдали от прежних соблазнов и под новым солнцем смогу обрести себя и стать тем человеком, которым всегда должен был быть. Мне стыдно за прошлое. Я искренне желаю тебе счастья и благополучия в твоей новой жизни.

С наилучшими пожеланиями,