Альсара - Андрей Карелин

Девочка не помнила, как туда добралась и когда легла в мягкую прохладную пуховую постель. Ей было так лень снимать босоножки, это хоть она запомнила.

А потом она открыла глаза, и уже не смогла уснуть, всё думала о том, что происходит в зале заседаний.

"Мне сейчас нужно быть там". Ей было так интересно. Она ещё думала про Омикрон. Что сейчас там, тихий вечер или ночь, или тоже революция? От этой мысли она оживлённо закуталась в одеяло и снова уснула. Это был сон без сновидений, наконец-то.

Спать Азии удалось недолго. Было ещё темно, как она услышала странный шорох и проснулась, но не открыла глаза, прислушиваясь. Потом приоткрыла и увидела стоящих над собой две чёрных фигуры. Девочка испугалась и попыталась спрятаться под одеяло. Ей было страшно, она была одна — одинёшенька в тёмной комнате, и её окружала тьма. Азия скоро почувствовала, что она чем-то привязана к кровати, и не может пошевелиться. Девочка в ужасе открыла глаза и начала всматриваться в фигуры. В комнате было темно и за окном тоже.

— Моя девочка, вы покинули нас лишком рано, — обратился к ней голос откуда-то, куда она не могла повернуть голову. — Но ты так сладко спала, что мы не решились тебя разбудить, проволока, которой ты связана — это лишь предмет предосторожности. Итак, тебя зовут Азия Биара, и ты представляешь Ксива и Матру.

— Да! — дрожащим мягким голоском проговорила Азия.

— Вот уже первая тайна, а что такое Ксива и Матра? Тебе придется многое, очень многое нам объяснить, не смотри так испуганно, тебя очень хорошо видно даже в темноте, так ты с нами или против нас?

Азии помогли одеться и даже дали умыться и привести себя в порядок. Её одежду забрали, а ей сказали одеть джинсы, кепку и плащ, для маскировки. Но на всякий случай её приковал к себе наручниками один из них. Азии так хотелось спать и не хотелось куда-либо выходить, что он её почти нёс. И вообще такой одежды она уже давно не одевала и соскучилась по ней.

Они шли по предутренней прохладе, шли по улицам и площадям, потом вышли за город и там, в утренней серости сели на борт какого-то странного летательного аппарата, летящего на воздушной подушке невысоко над землёй, похожего на гравитон. Азию усадили впереди, приковав наручниками к чему-то. Хоть сидеть было неудобно, но утренняя прохлада и сырость проходили, серое небо начинало светлеть, Азия чувствовала, что намочила босоножки в росе. Но так как все относились к ней дружелюбно, она не чувствовала себя в опасности, ей хотелось спать и она удобно умостилась в кресле и уснула.

"Ах, если бы мне кто-нибудь ещё рассказал сказку, как обычно".

С этого момента начиналась её новая жизнь. Азию разбудили утром. Яркое солнце светило в лобовое стекло и в глаза, как только она их открыла. Уже было позднее утро. Азия не очень выспалась, так было неудобно в этом кресле.

— Ну, сколько можно тебя ждать. — Голос раздавался снаружи и девочка не видела говорящего. Вокруг не было никого.

— Ах да, извини, забыл — молодой человек нырнул в кабину и отцепил наручники, которыми она была пристегнута к чему-то, — пошли, — и он почти силой выволок её оттуда.

С Азией ещё кто-то поздоровался и она, инстинктивно улыбнувшись, ответила ему. В этом месте она чувствовала себя слегка потерянно.

Кепка была очень даже кстати, ей было жарко и солнце беспощадно жарило. Кипучая зелень и зной сживались вместе в этих широтах. Но Азия не могла забыть о наручниках, которые оставались на её руке, даже когда она не была ими ни к чему прицеплена, но они действовали как напоминание, что она пленница.

— Ты не хочешь есть?

Азия сверкнула глазами:

— Я как раз об этом думала.

Её усадили за наспех сервированный стол под солнцезащитным зонтом.

— Здесь нельзя долго находиться на солнце, оно здесь очень активное, радиация, ну, ты знаешь…

К ней подсел величественный с седой бородой мужчина. Он свысока оценивающе посмотрел на девочку, от чего она засмущалась и с трудом сглотнула.

— Значит, Азия — это вот эта девочка, что ж сейчас ты не выглядишь столь ярко и эффектно, как вчера вечером, — игнорируя нормы приличия, проговорил он. А потом приподнял её голову за подбородок и принялся рассматривать, — но следы аристократизма здесь есть.

Азия могла догадываться, для чего используют "таких" девочек как она. Её просто кому-то захотелось и вот она уже в плену и от её воли ничего не зависит. Она могла защищаться электрошоком, но не против стольких вооружённых противников. Самым разумным девочка считала сейчас уладить все вопросы на словах. Это она умела лучше всего.

— Теперь ты можешь спросить у меня то, что захочешь.

Азия наивно хлопала ресницами:

— Как вчера закончилось голосование? — Ведь её должно было интересовать совсем другое, но в голову пришёл только этот вопрос. Она даже не знала, по какому поводу они там голосуют.

— Интересно… ну если тебе интересно — то мы почти выиграли… нет, мы проиграли. Не без твоей помощи. Не без твоей помощи почти выиграли, а не проиграли. Это тебя интересовало?! — Он сделал резкое движение, — Интересно, ты хоть чуть-чуть понимаешь, о чем идёт речь или ты понимаешь это куда лучше меня? — он всмотрелся прямо в её глаза. Азия не выглядела понимающе, и поэтому он на всякий случай рассказал ей о том, что съезд баронов Альсары создан много десятилетий назад для войны против Астрайдеров, но до сих пор, ни на шаг не приблизился к этому, подытожил он. Но так близко как они приблизились сейчас к началу войны, не было никогда.

Азия с удивлением слушала, при этом пытаясь как можно тише и эстетичнее есть птичьи отбивные с цитрусами из морозильника, растопленные на палящем солнце. Девочка не могла поверить, что вчера она чуть не поддержала начало новой войны, но вспомнив про светлые идеалы, за которые она выступала, расслабилась.

— Неужели тебя больше всего интересовал именно этот вопрос? — Кстати, меня называют Борода. Это всё мои владения, это поля, на которых всё начнётся, — он обвёл рукой просторы освещенные солнцем. — Теперь ты с нами.

Азия как раз доела. Борода словно и не замолкал:

— А теперь моя очередь задавать вопросы. Кто ты?

— Меня зовут Азия Биара, я из Ксива и Матры.

— Так, это я уже слышал, что такое Ксива и Матра!? — Он накричал на Азию, испугав её.

— Я, я не знаю, — Азия почувствовала, что не может сформулировать мысль, — мы изучаем способности человека. Я могу продемонстрировать, но у меня сейчас может ничего не получится.

— А! Значит, вы изучаете манипуляции сознанием, всякие там электрические и огненные штучки.

Азия обрадовалась, что ей не придётся самой всё рассказывать: