Прыжок барса - Майя Малиновская

- А ты видела свою судьбу.

- Я наивно полагала, что могу ее изменить. Я так стремилась изменить свою жизнь и жизнь моих близких. Я упорствовала несколько лет. Я пыталась родить в другие дни, зачать третьего ребенка, я хотела дочь. Хотела, чтобы женился старший сын и у меня были внуки. Я пробовала увидеть иное будущее, едва не умерла от отравления. Поэтому муж запретил мне прорицать. Он сказал, что с богами не договариваются, над каждым свершиться их воля. И ни что не сбылось. Я знала, что однажды у меня получиться. Все зависит от одной единственной встречи. Я видела ее лицо. Если бы я знала, что мне поможет Эфроим. Я прихожу в его дом и вижу ту, над кем воля богов не властна, которая была в моих видениях. И тебя, чья судьба пересечена с ее судьбой. Вы зависите от иных сил, чем довлеют здесь. И я среди вас двоих. Теперь ты понимаешь?

- Ты веришь, что все предрешено?

- В том-то и смысл нашей встречи. Нет. Твоя Елена - удивительное создание, - она с завистью посмотрела на него. - То, что она увидела не является для нее приговором. Важно не то, что она видела, а как это восприняла. Как смело она возражала моим попыткам. Так будто ее воля решать, как это будет. Никто из тех, кому я прорицала, не видел в предсказании только один из шансов, все безропотно верили в то, что через меня говорят боги и их воля - закон. С ней все было иначе. Она видела сама и побудила меня. Я перенеслась в пространство не похожее на все, что знаю. Это вдохновляет.

- То, что ты сказала мне...

- Сбудется. На этот раз хочу, чтобы сбылось. Ты живешь так, как велит твоя душа. Ты всегда был таким, таким останешься. Ты стал мужчиной, пережив маленькую смерть.

Она опять сделала то же жест, что утром, вытянула руку.

- "Эта битва будет страшнее реального боя, в котором ты преуспел. Прежде, чем ты станешь таким черствым типом, как я, мысль о самоубийстве не однажды будет ласкать твой ум. Никакое чувство долга тебя не спасет", - ее интонации напоминали Эл, даже голос стал моложе и тоньше.

Дмитрий вздрогнул. Она повторила фразу Эл, сказанную в Вене.

- Не нужно об этом.

- Ты уже мечтал о смерти. С такой обостренной чуткостью жить нельзя, ты сойдешь с ума. Нельзя жить среди людей и вникать во все, что происходит.

Было ли что-нибудь, что она не может узнать.

- Тогда ты знаешь, что мне нужно разрешение Елены, чтобы приходить сюда.

- Она тебя отпустит.

- Ты можешь поклясться самым священным для тебя, что о нас не будут знать другие?

- Жизнью могу поклясться. Ты можешь убить меня, если я открою вашу тайну, - сначала она говорила серьезно, но сказав о тайне снова улыбнулась. - Едва кто-то из смертных поверит, что сюда явились люди из другой эпохи.

Дмитрий вытаращил глаза. А она опять улыбнулась своей улыбкой.

Глава 17

Эл обходила дом. Она заметила, как Дмитрий возник во дворе. Его не было сутки. Он воспользовался другим ходом, чтобы возвратиться. Она решила понаблюдать за ним. Дмитрий не пошел в общие комнаты дома, уединился в тихом хозяйственном дворике. Осмотрелся. Эл показалось, что он растерян.

Поискав глазами, где присесть, он устроился на лавке у глиняной стены сарая. Упереться затылком в стену ему мешали волосы, убранные в хвостик. Он развязал шнур, растрепал свою шевелюру, прислонился к стене спиной и замер. Эл показалось, что он улыбается. Она прошлась по всему периметру дома, слышала, как Ольга, Алик и Игорь спорят о чем-то внизу. Она не спустилась на первый этаж, где пахло дымом от очага. Эл замкнула круг и опять вышла в галерею второго яруса со стороны хозяйственных построек. Дмитрий сидел там же. Эл спустилась во дворик. Ее распирало любопытство. С ним что-то не так.

Она остановилась напротив него. Дмитрий словно дремал. Эл осмотрела его бородатое лицо, обрамленное прядями волос.

- Изучаешь? - спросил он, не открыв глаз.

- Угу.

Он протянул ей руку. Эл взяла ее. Он сжал и потянул ее на себя. Она подошла ближе. Он посмотрел на нее, щурясь от света.

- Ну, как визит в гости? Как она?

- Она... Нечто..., - он сказал это с восхищением в голосе. - Описанию не поддается. Волшебство какое-то. Она все знает, Эл. Все.

Он все еще держал ее кисть, потом приложил к своей щеке и потерся о ее ладонь. Эл привыкла лишний раз не прикасаться к нему, зная, что это доставляет ему неудобства. Он поцеловал ее ладонь.

- Спасибо, что была со мной все это время. Позволь мне ходить к ней. Она предложила мне пожить у нее несколько дней. У меня есть шанс избавиться от этого безумного состояния. Я хочу.

Он снова закрыл глаза и вздохнул. Это был вздох облегчения.

- Да. Конечно, - согласилась она.

- Ты не против?

- Нет.

Эл решилась взять его лицо в руки. Он не вздрогнул, не остановил ее, не напрягся, как прежде.

- У тебя руки молоком пахнут, - сказал он. - Она сказала, что тебя лучше быть жрицей.

Эл не могла не улыбаться глядя на него.

- Я как раз работаю над этим. Ночью отправлюсь на борт изучать местные культы. Она подала мне идею.

- Почему сразу не ушла на борт? Зачем терпела отравление?

Он потянул ее и усадил рядом с собой.

- Этот случай для меня - неожиданность. Не окажись ты рядом, не знаю, что бы со мной было. Я зацепилась за твое присутствие. Ты был реальным. Странно звучит? Такая восприимчивость меня не радует. К счастью, теперь я знаю эту свою слабость. Я дала телу возможность приспособиться, оно лучше моего ума знает, как себя вести. А Геликс по горячим следам поможет мне с научной стороной этого вопроса. Я хочу навестить твою новую покровительницу. Попросишь для меня разрешения?

- Она сказала, что ты придешь.

- Даже так. Приду.

- Алик сильно бушевал?

- Он и сейчас бушует. Слышал бы ты как он с ребятами разговаривает. Но у меня сейчас мало эмоциональных сил, чтобы тряхнуть его. Я на Щите-14 и правда была такой же?

Он задумался.

- Я уже плохо помню, как я относился к тому, что было. По-моему, меня интересовали только полеты и их результат. Помню, что ты периодически грозилась кого-нибудь взорвать по настоящему. Тогда мне не казалось таким уж критичным, что ты это сделаешь. На фоне того, чтобыло потом. Кое-кто потом выжил. Мне теперь кажется, что мы ничего не могли изменить, сейчас так не кажется в отношении Алика. Он боится тебя потерять, ничего неизменилось кроме того, что он недавно стал понимать, что это неизбежно. Вся причина его рефлексии только в этом, к делу это не относится. Если бы у тебя случился насморк, он закатил бы такую же истерику.

- Как хорошо, что есть человек, которому ничего не надо объяснять, - Эл с блаженным вздохом положила голову ему на плечо.

- Это точно, - он тоже вздохнул. - Он увидит нас.