Спуск к ядру - Максим Балашов

— Как, как? — Нагх развёл руками с театральным вздохом. — Насколько я понял, меня просто продали. Или обменяли. Или взяли в аренду, как дешёвую табуретку. Если честно, до конца так и не разобрался. Видишь ли, из-за моих… э-э-э… скромных долгов Марику, он вдруг заявил, что передал мои обязательства какому-то старикашке, и теперь я работаю на него. Оставил мне свои потрёпанные кинжалы «на время» — видимо, для моральной поддержки — и свалил в закат, как настоящий джентльмен. Вот так я и проторчал почти два года в этой проклятой шахте, добывая для Гирохи дикарт. Хотя, если честно, не жалуюсь — попутно накопал кучу других полезных ископаемых, которые теперь аккуратненько лежат в банке Ха-а-аля. Твой покорный слуга не только покрыл долги, но и сколотил кругленькую сумму. Теперь могу позволить себе долгий-долгий отпуск где-нибудь на курорте… если, конечно, мы когда-нибудь выберемся из этого ада. А потом появился ты, и понеслось — путешествия, короли, скальные черви, а теперь вот направляемся к самому ядру. Говорят, это место просто обязан увидеть каждый уважающий себя холпекинец — типа, виды там такие, что дух захватывает и челюсть падает.

Лиро внимательно ловил каждое слово, и по его оживлённой мимике было ясно — история Нагха проглочена без остатка, как свежая булочка с маслом. Ни тени сомнения, ни повода для волнений… Хотя где-то на задворках сознания Краса настойчиво шептала, что этот мелкий пройдоха явно что-то недоговаривает. Что ж, принц, конечно, довезёт его до места — но вот что будет потом? Как избавиться от слишком наблюдательного спутника и спокойно провернуть своё дельце? Этот вопрос висел в воздухе, пока они молча скользили во тьме.

Путешествие в утробе скального червя заняло около полутора часов — ровно столько, сколько нужно, чтобы сто раз пожалеть о своём любопытстве. Наконец они выбрались на «стоянку», которая ничем не отличалась от той, что была в Само-а-але: те же серые стены, тот же затхлый воздух и полное отсутствие указателей «выход». Лиро, однако, не растерялся — ловко поймал проходящий самоходный экипаж, и вскоре компания уже мчалась к главной достопримечательности — смотровой площадке ядра.

Как только пара вылезла из повозки, Лиро бегло объяснил, что сейчас он отлучится купить билеты на лифт, а Красу следует его подождать в комнате ожидания. Пробравшись через шумную толпу кобольдов (среди которых, кстати, довольно часто мелькали и люди), принц привёл героя в удивительно комфортабельное помещение, напоминающее премиальные жилые капсулы аэропортов.

Красу сразу понравилось это место: кондиционированный воздух приятно холодил кожу, а температура поддерживалась на идеально комфортном уровне. Развалившись на мягкий кожаный диван, он стал терпеливо ждать возвращения спутника. Его переполняло волнение — совсем скоро он увидит настоящее чудо Холпека, то самое легендарное ядро, где был запечатан великий Крох. Мысли об этом заставляли сердце биться чаще.

Лиро не заставил себя долго ждать, появившись буквально через пятнадцать минут. В его лапках поблёскивали два странных браслета. «Это пропуска,» — пояснил кобольд, — «и на лифт, и на смотровую площадку». Он протянул их Красу, велев надеть на запястья. Герой мельком заметил, что у самого принца уже были надеты аналогичные аксессуары, но не придал этому особого значения. Послушно приложив браслеты к рукам, он захлопнул замки… Это оказалось роковой ошибкой.

— Парни, готово, заходите — он ваш! — прокричал Лиро, и в тот же миг дверь распахнулась с грохотом.

В комнату ворвалась четвёрка плечистых громил — настоящие горы мышц в потрёпанных доспехах. Они сбили Краса с ног одним точным ударом, прижав его лицом к холодному полу. Герой попытался вырваться, но его мышцы вдруг предательски ослабели. Когда сознание нырнуло во внутренний мир, страшная догадка осенила его — браслеты! Эти проклятые браслеты из легурита, особо метала, которые он так доверчиво защёлкнул на своих запястьях, теперь жёстко блокировали связь между ядром и энергокаркасом. От былой мощи осталась лишь котомка за спиной — жалкое утешение в такой ситуации.

Первой вспышкой ярости мелькнула мысль — выхватить кинжалы и изрубить этих ублюдков вместе с предателем Лиро. Но холодный расчёт моментально взял верх. Без своих способностей он был просто человеком — сильным, но не сверхъестественным. Четверо против одного — плохие шансы. Видимо, этот подлый кобольд готовил ловушку давно… Возможно, с самого момента их встречи в пещере. А если за этим стоят прихвостни коменданта, ищущие Сергея Кравцова… Но почему тогда прислали всего четырёх головорезов? Значит, доказательств нет — лишь подозрения.

Крас сделал глубокий вдох и включил актёра.

— Лиро, это что, шутки такие? — его голос дрожал от наигранного испуга. — Чем я тебя обидел? Эти браслеты… я чувствую себя разбитой куклой! Что я тебе сделал?

Кобольд цинично рассмеялся, его глазёнки блеснули торжеством:

— Брось, Нагх… или тебе больше нравится «Хан»? А может, Сергей Кравцов? — Он выдал всё разом, даже не пытаясь сохранить интригу, чем полностью подтвердил догадки Краса.

— Я… я правда не понимаю, о чём ты! — голос Краса дрожал от наигранного испуга, хотя внутри всё сжалось в ледяной ком. — Какой ещё Кравцов? Единственный Хан, которого я знаю — это тот парень из экспедиции Марика к Трекийской горе. Но я его не видел два года, клянусь! Отпустите меня, я… я пожалюсь твоему отцу! И Гирохе тоже! — он намеренно сделал голос более визгливым, играя роль напуганного простака.

Лиро фыркнул, и его морщинистая мордочка исказилась в ухмылке.

— Думаешь, теперь кто-то поверит твоим сказкам? Отец… — он презрительно скривился, — он ослеп. Совсем. Не видит, как Гироха сжимает свою власть над Холпеком. А этот выскочка Марик вообще подбивает его на бунт! Глупость, которая погубит всех. Но тебя… — кобольд сделал паузу, многозначительно щёлкая когтями, — тебя называют ключом ко всей этой заварухе. И когда я передам тебя Рейтлу, меня ждёт награда, о которой даже мой отец, не мог бы и мечтать. Так что прости… но твоя дорога заканчивается здесь. Рейтл разберётся, что с тобой делать. Ребята, упакуйте его.

Крас хотел что-то крикнуть, привести последний аргумент — но мир внезапно погрузился во тьму. Грубая ткань мешка впилась в лицо, перекрывая дыхание. Он дёрнулся, пытаясь сопротивляться, но в следующий момент чья-то тяжёлая рука со всего размаху врезала ему по голове.

Вспышка боли — и сознание растворилось в пустоте.

Глава 19

— Твою мать… Голова будто раскалывается, —