Засланец - Константин Хвостополосатов

– Ладно, сиди тут, быстро гляну, что там, – согласился я и пошлепал по освещенному коридору.

Идти просто так – занятие скучное, я стал постепенно забирать в сторону овальной стены, пытаясь понять, когда появятся проявления гравитации. Но загадочная местная гравитация, похоже, находилась в отгуле. Я спокойно прошлепал сначала на «стену», потом на «потолок» и, сделав полный виток, снова вернулся на «пол». Подумав о том, что в чужом монастыре действуют и чужие порядки, Ваш покорный слуга продолжил путь. Ангар оказался если не девственно, то уж точно целомудренно пуст и чист. Ни тебе экзотической обслуживающей техники, ни тебе поражающих воображение заморских кораблей. Но отрицательный результат – это шаг к положительному. Луара по-прежнему сидела на краю тоннеля, подобрав ноги под себя, ее хвост слегка подергивался.

– Ничего, – покачал я головой на ее невысказанный вопрос. – Пустой чистый ангар. Зря ходил.

– Следующий будем проверять? – спросила девушка.

– Обязательно и всенепременно, – сказал я, выпрыгивая из тоннеля на поверхность рядом с Луарой.

Пока мы шли к следующему проходу, вернулся Енот и доложил, что в пределах сороковой части предполагаемой окружности, обследованной им, обнаружено четыре аналогичных нашему прохода, исследование которых им не проводились.

– Енот, а как ты это делаешь, ну отступления от правил? – спросил я. – Я так смогу?

– Подмена некоторых значений в матрице заданных величин на допустимо возможные в зависимости от необходимости получения прогнозируемого результата, – ответил МИ. – Решение задачи возможно при задействовании семидесяти шести сотых моих мощностей.

– Ага, ответ из разряда «яснее не бывает», – согласился я. – Ну что, красивая, жди тут, а мы с Енотей, пожалуй, двинем в этот тоннельчик.

– Нет уж, я с вами, – ответила Луара, дернув хвостом, – мне тут одной было как-то неуютно.

Уже с первых шагов по тоннелю я понял, что в нем что-то не так. Подошвы голых ног кололи какие-то осколки, здесь же появилась спутница любого запустения – пыль. Вместо того, чтобы зажечься сразу во всем тоннеле свет «шел» впереди нас метров на пять, видимо, зажигались какие-то смежные панели. Непривычные к такому надругательству ноги взывали к справедливости. Мне в этот момент очень захотелось сделать как Енот, то есть просто пойти по воздуху. Знать бы еще как он это делает. Потом мне болезненно захотелось, как в компьютерной игре, скакнуть через тоннель, презирая все законы природы. Свободные от подобных проблем мои попутчики тем временем довольно сильно опередили меня.

Очередной острый осколок заставил меня разразиться шипением, приправленным крепкими словцами. Закрыв глаза, я представил контурную сетку тоннеля в зеленых тонах, выбрал точку в другом конце тоннеля, соединил ее широкой дорожкой и мысленно прошел по ней. И прогнозируемое «ничего» стало результатом моих дохлых потуг. То же место, тот же острый осколок в ноге, тот же слегка подсвеченный проход с фигурами моих попутчиков впереди. Интерес толкал меня вперед, но идти, как по битому стеклу мне сильно не хотелось. Злость на ситуацию поднялась откуда-то из глубин, передо моими открытыми глазами снова на миг мелькнула контурная сетка тоннеля, зеленая плотная дорожка и неожиданно палуба качнулась у меня под ногами. Я не удержался, сделал шаг и снова зашипел от боли. Только спустя пару секунд я понял, что вижу прямо перед собой свою временную попутчицу, и висящий рядом шар Енота.

– Как у тебя получилось? – донесся голос Луары. – Ты телепортировался!

– Сам вот думаю, – ответил я, на миг забыв о порезанной ноге. – Как в компьютерной игре…

Я попробовал перескочить снова. Получилось раза с пятого, когда я, расслабившись, наступил на очередной осколок, ругнувшись от боли. Я снова скакнул, только назад, где Луара и Енот находились в момент моего первого прыжка. На ногах я не удержался, и к ноющим ступням добавились еще и ладони. Плюнув на все, я оторвал от набедренной тряпки добрую половину и с горем пополам соорудил себе матерчатые повязки для ступней. Жидкое зеркальце двери в конце тоннеля отсутствовало, а сама стена оказалась испещрена выемками, как будто по ней прошлись из крупнокалиберного пулемета. Тем не менее, свет в ангаре зажегся, прояснив ситуацию. Стена ангара оказалась проломлена, края разрушенных конструкций, видимо, потекли и застыли, намертво «вклеив» в стену ангара какой-то предмет, похожий на огромный серебристый бутон тюльпана.

– Это спасательная капсула Союзников, – удивленно сказала Луара. – Я видела такие на занятиях, правда, я ни разу не ремонтировала такие устройства. Но она должна была автоматически открыться при посадке.

– Это не посадка, а столкновение, – ответил я. – Что-то могло не сработать. К своему стыду должен признаться, что никогда не видел спасательных капсул. На нашем разведчике их просто не предусмотрено.

– А я знаю, как ее открыть аварийно, – прошептала девушка, медленно обходя образовавшуюся скульптуру. – Тот, кто внутри, мог остаться жив.

– Мог, – согласился я, – смотря, сколько времени прошло с момента аварии.

С доступом к пульту резервного управления аварийной капсулы проблем не возникло. По счастливой случайности он не был залит расплавленным материалом стены. Но вот люк капсулы находился почти полностью под этой сплавленной массой, внешне сильно походящей на толстое стекло.

– Как ты думаешь, он сможет открыться? – спросила меня Луара, указывая на люк.

– Я о нем знаю еще меньше твоего, – почесал я нос. – Думаю, что у капсулы должны быть предусмотрены какие-то механизмы на этот случай. Техника Содружества имеет очень большой запас прочности.

– А если что-то пойдет не так? – немного испуганно отдернула девушка руку от открытой панели управления. – Что если мы своими действиями повредим тому, кто находится внутри капсулы?

– Рыженькая, да вся наша экскурсия по этой чертовой штуковине может смело называться одним большим словом «НЕ ТАК», – успокоил я Луару. – Давай уже открывай. Может так случиться, что ему или ей как раз и нужна наша помощь.

– А ты уверен, что сможешь ее оказать? – уточнила Луара без нотки уверенности в голосе.

– Я таки вообще дико сомневаюсь за эту квази-реальность, – проворчал я тоном уставшего одессита еврейской национальности. – У меня даже нет уверенности, что это действительно то, что мы видим. Ну сама подумай, откуда тут взяться спасательной капсуле Содружества? Судя по куче пыли на поверхности, штуковина эта большущая болтается тут чуть ли не с момента образования самого метеоритного пояса.

– Ладно, – как-то совсем по-человечески вздохнула Луара, активируя ловкими пальцами что-то на панели пульта.

Мне такое проявление эмоций Лу показалось очень странным, я как-то не замечал за ласьенами подобных жестов. В голову пришла мысль, что мы, возможно, невольно потихоньку перенимаем какие-то черты друг друга, находясь в одном теле. Несколько озадаченно я выловил пробегавшую рядом мысль, что будет уже совсем ужасно, если я однажды до глубины души огорчусь, не обнаружив по утру хвоста или же мне вдруг захочется родить какого-нибудь замечательного ребеночка. Скептически хмыкнув, я продолжил наблюдать за работой техника подхвата.

Луара после крошечной паузы нажала несколько сенсорных кнопок и резко отстранилась от пульта. Над пультом возникла небольшая голограмма, в которой схематически показывались какие-то протекающие внутри капсулы процессы. Подумав, я аккуратно прихватил мою подругу под миниатюрный локоток и поковылял с ней подальше от капсулы. Как оказалось, предусмотрительность моя не стала лишней. Автоматика, видимо, попыталась открыть залитый «стеклом» люк, но не преуспела в этом. После чего вдоль периметра люка раздалось несколько негромких хлопков, закончившихся довольно знатным «БУМ». Выработанные с некоторых пор привычки заставили мое тело быстро повернуться к звуку спиной и присесть, прикрыв Луару. В облаке брызнувших в разные стороны кусков и кусочков «стекла» люк спасательной капсулы пролетел метров пятнадцать и забренчал, как брошенная крышка от кастрюли, по неосвещенному тоннелю.

– Демоны пустоты, – тихо пропищала Луара где-то в районе моего живота. – Это же была блестящая идея, своевременно убраться от этой штуки.

– Прости, – поднялся я и подал стоящей на коленях девушке руку. – Так получилось.

– Спасибо, Сеергеей, – неожиданно серьезно произнесла Луара, – я тебе благодарна. Я не знаю почему, но странным образом чувствую, как у тебя болит спина и ноют порезы на ногах.

– Ну это, в общем-то, объяснимо, – рассудил я, – У нас на двоих все же одно тело. А вот как ты узнала мое имя? Неужели у нас скоро и сознание одним станет?

– Это просто, – отмахнулась боевая подруга, – в виртуальной реальности «Енота» ты часто употреблял это имя, косвенно связывая с собой. Вот я и подумала, что это какое-то личное имя для близких друзей или интима. Ты прости, что я его употребила, я не знала.