Семь моих смертей - Ефимия Летова

задумчиво произнёс учёный, начисто игнорируя гневное бормотание дочери. – Если даже предположить, что человек проглотит шарик гидраргиума… скорее всего, он покинет организм, не успев причинить особенного вреда. Если только…

- Если только что?

- В морской воде иногда оказываются очень хитрые соединения этого вещества, – пробормотал сье, будто начисто позабыв о своём участии в заговоре. – Соединения, куда более опасные, чем чистый металл. Сначала их поглощают мельчайшие живые существа, потом, вверх по пищевой цепочке – более крупные. Если этих соединений в воде много, если это длительный процесс… концентрация вредных соединений гидраргиума в рыбе может достигать критических отметок.

- И если есть эту рыбу… регулярно её есть…

- Тогда последствия могут быть тяжелыми. Привести к отравлениям и множествам заболеваний самого разного толка.

Картинка сложилась у меня моментально. Цельная картинка, хотя нескольких кусочков в ней всё ещё не хватало.

- Вода, которую брали и берут для королевского аквариума – морская вода, – говорю я. – Его Величество любил и ел рыбу… а его преданный слуга, помощник садовничьего, по доброте душевной закрывал глаза на кошек, таскающих эту рыбу, да и сам угощал, что кошек, что собаку. В результате кошки стали вести себя странно, Канцлер заболел, а Его Величество, страдавший желудком, умер – и никто не смог распознать, в чём же была причина, лекарям такая болезнь не знакома. Неудивительно – это было очень хитрое отравление малоизвестным большинству металлом… Мышьяк действительно проще использовать, но и его следы в организме отыщутся без труда. Я думаю, всё было именно так, сье Кармай? Ваша дочь имела доступ к аквариуму и могла добавлять ядовитые вещества в воду по вашей указке, она же во всём вас слушается, сье. Или, как вы сами привыкли, ллер Кармай? Ллер Ка… Ка-ллер. Но зачем вам понадобилось травить короля? Я даже не буду спрашивать, как вы это провернули технически, в смысле химически, что именно добавляли в воду, но не могу понять – зачем? Я-то думала, вы все обвиняли в убийстве Персона Ривейна. Ладно, Брук, он действительно любил брата и завидовал Ривейну, ненавидел его и ревновал. Я думаю, Брук хотел бы подвизаться во флоте, я видела модели и изображения кораблей в его комнате, но из-за болезни ему это не позволили. Но вы?! Я правильно понимаю, что Брука вы просто использовали, именно вы были главой заговорщиков. Персон хотел жениться на Маране, неужели вы этого не хотели?! Персон любил вашу дочь. Он не стал бы проверять наличие крови Цеешей, ему это было без надобности…

Гидраргиум в воде. Высокая концентрация. Вот почему мне так плохо здесь.

И какое же счастье, что у Ривейна аллергия на рыбу.

***

Я облизнула пересохшие губы, набухшие и словно начинающие кровоточить дёсны. Возможно, не следовало предъявлять все эти обвинения вот так, один на один, но страшно мне не было. Во всяком случае, не после убийства – будем называть вещи своими именами – Брука.

Мне хотелось получить как можно больше ответов перед тем, как окончательно уйти из дворца.

Ведь я ухожу?

Сье Кармай – Каллер! – посмотрел на меня. На свои ладони. На Марану. И вдруг залепил ей пощечину, красный след остался на щеке.

- Дура! Дура безмозглая! Как ты могла…

Марана отреагировала мгновенно. Неожиданно резко она вскочила на ноги, извлекла из кармана длинную вязальную спицу и воткнула её в шею отцу на всю длину.

Тот захрипел, хватаясь руками за шею, а девушка с силой толкнула его в грудь – и невысокий субтильный мужчина свалился в аквариум, в чёрную ледяную воду. Мне казалось, он ещё пытался дёргать руками, но дочь крепко удерживала его под водой.

Крови не было видно в тёмной воде, и тело ушло на дно довольно быстро.

Часть 3.

Я тоже вскочила на ноги, а Марана, отжимая мокрые рукава, кивнула почти невозмутимо.

- Не бойся. Тебе ничего не грозит. Нам обеим больше ничего не грозит. Я обо всём позабочусь.

- Зачем? – только и смогла выговорить я, зубы стучали, подбородок дрожал так, что хотелось зажать его руками. – Зачем?!

Марана заговорила, неожиданно зло.

- Зачем? Он всю жизнь мной помыкал, словно я не человек, а тряпичная кукла с ниточками на руках и ногах. Ты злилась, что тебя подложили в постель Ривейну, ну так со мной сделали то же самое. Отцу плевать было на меня, на мои чувства и желания, существовал только он и его великие амбициозные планы. С гидраргиумом я всё придумала сама, он-то даже мысли не допускал, что я умею думать. Ха! Всё вышло почти так, как было задумано. Правда, я не рассчитывала, что Персон сдохнет так скоро, мы должны были заключить официальный брак, а потом он освободил бы меня от себя… и больше никто бы не указывал, что мне делать. Но Персон оказался слабаком… они все такие, Цееши. Выродившийся род. Я даже рада, что всё так сложилось, хотя было бы проще вообще не связываться с Ривейном Холлом. Но… знаешь, я тоже передумала насчёт него. Одной удержаться на троне будет сложно, во всяком случае, в начале. Пожалуй, теперь стоит попробовать наладить с ним отношения. Конечно, остаётся вопрос с ребёнком… – её холодная полуулыбка не задела глаз. – Отца ты могла обмануть, но не меня, я всё вижу. Не беспокойся ни о чём. С Бруком договорюсь, он у меня из рук ест. Конечно, ты уж очень ему глянулась, раз со мной не перепало, но что-нибудь придумаю. Твоя семья жива, Брук их не трогал, они просто переехали, не так уж далеко, вот и всё. Экипаж ждёт тебя у дворцовой ограды, поторопись. Заедь сначала к своим братишкам, а потом – уезжай из Гравуара. В экипаже тебе передадут деньги на первое время, устроишься, найдёшь работу. И молчи обо всём, что было, иначе я найду тебя, где бы ты ни была, и второго шанса не дам. Всё же мы родственницы… почти сёстры. Младший твой пока побудет у меня, не обессудь. Гарантом твоего хорошего поведения. Чуть позже я отправлю его к тебе.

- Арванда нет, – сказала я, вновь чувствуя подступающую тошноту. – Тогда вы показывали мне другого ребенка. У Арванда Брук отрезал палец, а у того мальчика все пальцы были на месте…

- Заметила-таки? – хмыкнула Марана. – А если Брук раскаялся и исправил свою ошибку, сентиментальный жалостливый дурак?