Семь моих смертей - Ефимия Летова

Самые разные чувства охватили меня. Надежда и страх, и липкий ужас, и… злость.

- Вы уверены, что и на этот раз он не заметит подмену? – я постаралась говорить ровно, без яда и сарказма, но получилось из рук вон плохо.

- Не думаю, но… это уже неважно, – на этих его словах, как мне кажется, Марана дёрнулась, её неподвижное лицо исказилось короткой судорогой, впрочем, она не произнесла ни слова. – Сейчас, перед коронацией, ему, скорее всего, будет не до жены. А после как-нибудь договоримся. Придумаем что-нибудь. Очередной заговор… девочку похитили, подменили на подставную шмару, но та смогла сбежать. А меня запугали, я не мог поднять шум, опасаясь за жизнь любимой дочери.

Так примерно я и предполагала – за исключением того, что Марана и её отец будут разговаривать со мной настолько доверительно, словно по-дружески делясь планами.

- А если коронация не состоится? Завещание не найдено, и…

- Верная птичка донесла: Ривейн будет королём, это уже почти решённый вопрос.

- Но… – я опустилась на бортик бассейна. – Но как же…

- Дело в том, – сье Кармай оправил свой дурацкий короткий плащ, – что в пользу кандидатуры регента неожиданно выступили дармаркцы. А пимарцы, главные оппоненты и претенденты на трон, промолчали и ушли в тень, некоторым образом также выразив согласие. Патриарх не заинтересован в политическом раздрае. Если кандидатура Ривейна всех устраивает и нет альтернатив, он будет королём.

Что ж… Неожиданно, и в то же время – ожидаемо. Да, ожидаемо. Возможно, я слишком высокого мнения о себе, но последнее разоблачительное заседание произвело впечатление на Эхсана. А ллер Гилани? Далая умерла, но доказать причастность хитрого пимарца к этой смерти, оказалось, увы, слишком сложно, и всё же вряд ли Гилани нужен скандал, верховных вождей у пимарцев несколько, его бы быстро убрали с политической арены. Я так закопалась в собственных переживаниях, что не узнала о судьбе любезного честолюбивого пимарца. Возможно, Ривейн обменял его признание на острова.

- Избавляться от Ривейна сейчас преждевременно, – сье Кармай сжимал и разжимал пальцы, а Марана безучастно смотрела в аквариум. Чёрная поверхность воды была гладкая, как стекло, ни ряби, ни волн. – Сперва всё должно успокоиться и устаканиться. Главное, чтобы Брук не взбрыкнул, остальное пустяки. А ты молодец, Вердана, прижучила этих пимарцев. Как паразиты какие-то: вроде и вреда от них особого нет, но под ногами путаются изрядно. Тогда, с этим случаем на охоте, мы изрядно перепугались. Только умереть от пули безумца не хватало! Но в итоге всё вышло наилучшим образом. Кстати, ты хромаешь. Почему?

- Ногу подвернула.

- Давно?

- Сегодня.

- Ладно, не важно. Сейчас ты поднимешься к себе и оденешься так же, как Марана сейчас. Нужная одежда должна лежать на кровати под одеялом, горничная уже позаботилась. Что там с фрейлинами? Далая действительно оказалась связана с заговорщиками и пыталась тебя убить?

Я кивнула, точно механическая кукла.

- Что ж, туда ей и дорога.

- Ты отлично поработала, девочка, – мягко улыбнулся сье Кармай. – Пимарцы… я уже говорил, что в юности долго жил среди пимарцев? Обращение «ллер» мне даже привычнее, чем сье… О, они довольно интересный народ. Удивительно, как они отличаются от соседей, жителей Дармарка. Возможно, это связано с ландшафтом. У жителей гор климат довольно-таки устойчив, тогда как у приморского народа он переменчив, как ветер. Они привыкли приспосабливаться… Но чтобы убить чужого короля! Кстати, как они провернули убийство Персона?

- Пимарцы не убивали короля, – покачала головой я. Абсурдным образом страшно захотелось есть, пустой после выматывающей тошноты желудок потребовал своё, и вместо того, чтобы думать о словах Дайсов и планировать свои будущие действия, я надавила ладонями на глаза, пытаясь унять головокружение. – Нет, они не убивали. Они согласились со всеми обвинениями, кроме этого.

- Ещё бы они согласились! – хмыкнул родственничек. – Одно дело – вся эта чепуха с неудачными покушениями, совсем другое…

А я открыла глаза и посмотрела на белый треугольник непрокрашенной кожи на руке Мараны. Проклятая отметина. Если бы не она… Чуть выше на запястье молодой женщины болтался серебряный браслет из крошечных серебристых шариков. Марана любила украшения, в отличие от меня…

Перелив серебряных шариков в отсветах тускло засветившихся в опускающихся сумерках фонарей неожиданно навёл меня на воспоминания, и я повернулась к сье Кармаю.

Часть 2.

- Скажите, сье Кармай, помните, вы рассказывали мне про один металл, который становится твёрдым только в трескучий мороз? Ядовитый металл…

- Надо поторопиться, – перебили меня Марана. – Сейчас регент занят, а слуг поблизости нет, но…

- Верно, – игнорируя дочь, ответил Кармай. – Ртуть. Ещё её называют гидраргиум.

- А можно ли им отравить животное? Кошку… или собаку? До смерти?

- Конечно, можно. Отравить можно кого угодно чем угодно, по сути, если дать это «кое-что» в достаточных количествах. Весь вопрос в дозировке и, скажем так, правильной подаче.

- И человека можно отравить?

- Естественно.

- А каким образом?

- У вас, я так понимаю, интерес чисто теоретический? – только такой безумно увлечённый человек, как сье Кармай стал бы поддерживать столь абсурдный на первый взгляд разговор в ситуации, когда решалась судьба страны и его единственной дочери. Марана молчала, но она, очевидно, нервничала.

- Разумеется.

- Что ж… Гидраргиум – ядовитый металл, это так. Но заставить кого-то проглотить его непросто, да и умереть от поступившего внутрь организма металла сложно. Маловероятно. Куда опаснее ядовитые испарения, которые живое существо может длительно и интенсивно вдыхать. Куда практичнее и результативнее воспользоваться... да хоть тем же мышьяком. А что касается гидраргиума... где его добыть, сьера? Гидраргиум не валяется под ногами, это сложное производство из минералов, его содержащих…

- Но у вас он есть.

- Что за бред, Вердана, что ты несёшь? – чуть повысила голос Марана. Всё-таки я ошиблась в оценке её терпения, хотя, что приятно, не ошиблась кое в чём другом. – Что за разговоры ни о чём, пустая болтавня, когда всё может сорваться в любой момент?! Потом…

- Это важно, – проговорила я и повернулась к ней боком, глядя на сье Кармая. – А если гидраргиум окажется в воде, он по-прежнему будет ядовит?

- Ну, на самом деле, его пары куда более опасны, они же всасываются прямо в кровь, –