В тени Алтополиса - Артем Юрьевич Углов

под дверью. Раскладушку в коридоре поставила, только бы чего не пропустить, а потом хозяйке докладывает – ух, карга старая! – маленький кулачок погрозил стенке. – До чего же бесит… Слушай, кавалер, а может ты у неё под дверью навалишь? Или дверную ручку дерьмом извазюкаешь?

Признаться, не ожидал услышать подобных речей от взрослой, всегда рассудительной Арины, потому и раскрыл рот в немом удивлении.

- Шучу я… шучу, - тут же опомнилась девушка, – даже не думай об этом! Не хватало еще новых проблем огрести, тут бы со старыми разобраться… Ну, рассказывай, чего случилось?

- Ничего.

- Если бы ничего, ты бы в такую рань не приперся.

- Вот, - я протянул руку с пакетами.

- А поподробнее?

- Гостинцы принес, сухарики там, печенюшки.

- Сухарики, печенюшки, - передразнила девушка. Уперла руки в боки и грозно уставилась на меня. Точнее попыталась это сделать. Взлохмаченная, в помятой футболке, переступающая босыми пятками – она выглядела скорее похожей на сказочного домовенка, чем на рассерженную хозяйку. – Ты на часы смотрел?

- Нету у меня часов.

- Совести у тебя нету, кавалер – СО-ВЕС-ТИ!

- Пойду я тогда…

- Стоять! – неожиданно громко приказала девушка. – Ты посмотри на него… Приперся посреди дня, разбудил, а теперь свалить собрался? Ну уж нет, кавалер. Теперь ты на собственной шкуре ощутишь, что такое не выспавшаяся и донельзя раздраженная барышня. И только попробуй хоть слово сказать по поводу беспорядка в квартире. Я тебе такую сливу накручу.

Беспорядок и вправду был знатный. Полкомнаты занимал разложенный диван с грудой подушек, одеяла и сбитой в гармошку простыни. Разбросанная одежда валялась повсюду: на полу, на стуле, и даже на столе лежал комок неопознанного тряпья: то ли майка, то ли полотенце.

Арина проявила редкую расторопность для недавно проснувшейся. Втолкнула меня в ванну, потребовав умыть чумазое лицо, а сама принялась коршуном метаться по квартире. Когда я вышел из уборной, она как раз боролась с диваном, пытаясь собрать оставшуюся половинку.

Я предложил помощь покрасневшей от натуги девушки. Подтолкнул с краю, но вместо благодарности получил нагоняй.

- Куда ты давишь? Ну куда?! Не видишь, левую сторону перекосило.

Ничего подобного я не видел, потому и свалил по добру по здорову на кухню. Уселся за стол и сложив руки, принялся дожидаться хозяйку.

Та показалась спустя десять минут, все такая же растрёпанная с жалким выражением лица.

- Ноготь сломала, - пожаловалась она.

- А я предлагал помощь.

- Спасибо, помощничек, - фыркнула девушка, - после тебя думала - всё, не соберу диван.

- Я мог бы вещи сложить.

- Трусы мои? Ну уж нет - спасибо, с нижним бельем я как-нибудь сама разберусь, без посторонней помощи.

Девушка уселась напротив, и принялась дуть на палец. Сочащаяся кровью трещина проходила ровно посредине ногтя.

- Может я…

- Сиди и ничего не трогай, - прикрикнула она на меня. Вышла и вернулась через пару минут с наклеенным поверх раны пластырем. Заодно надела шорты, слишком широкие для её узкой талии, а потому постоянно спадавшие.

Поставила на плиту чайник, и принялась громыхать грязной посудой, заполонившей раковину. А я-то всегда полагал Арину за чистюлю, а оно вона как… Или девчонки все такие - убираются, только когда гости придут?

То ли дело мужики… Дед Пахом сызмальства приучал постель заправлять, крошки за собой вытирать, одежду не разбрасывать, а аккуратно вешать на спинку стула. Да и в доме Лукича были заведены строгие порядки. Чтобы лечь спать, когда на столе оставалась грязная посуда? Лучше сразу удавиться.

В раковине жалобно звякнула чашка. Я молча встал, подвинул девушку в сторону и принялся мыть тарелку. Уж с этим-то не хитрым занятием точно лучше справлюсь, чем она со своим перебинтованным пальцем. Перемыл посуду, протер столешницу от скопившегося на ней мусора, за что получил благодарный поцелуй в лоб.

Всё – Арина оттаяла. Нет, девушка продолжала ворчать, но я-то видел, что делает она это больше по привычке. Ушло раздражение, порожденное прерванным сном. А тут еще и вкусняшки подоспели в виде шоколадного печенья с кокосовой стружкой.

- И это все мне? – удивилась она, созерцая разложенные гостинцы. - Откуда такая щедрость?

- Вчера получил первые отпускные, - не без доли гордости заметил я.

- Ой, какие мы взрослые, - всплеснула руками девушка и погрузилась в пакет с головой. Спустя пять секунд оттуда донеслось восторженное: - вафельки! Мои любимые – французские с ванилью и кремом. И пакет маковых ирисок, и… стоп, а это что такое?

Ну вот, она добралась до закусок к пиву. Высунула голову из пакета и вопросительно уставилась на меня.

- Я там пацанам сухариков прикупил… рыбки сушеной, но они отказались.

- Тем самым?

Я лишь кивнул, не став уточнять детали. Понятно, что речь шла о пацанах с заправки, других друзей девушка не знала. Да и не было тех других…

- Понятно, - хозяйка отодвинула пакет в сторону. Сложила руки перед собой и уставилась на меня.

- Чего это? – сразу напрягся я

- Давай, рассказывай!

- Нечего там рассказывать