Когда молчит совесть - Видади Бабанлы

- Наука не мода, ее испытания не каждый выдержит.

- Ах вы, несчастные мученики, как мне жаль вас!

- Странный парадокс, - снова стараясь быть сдержанным, ответил Вугар. - Мягкий ком земли рыдает над камнем.

Вугару вдруг стало скучно: к чему эта глупая перебранка?

Он переглянулся с мамой Джаннат, слушавшей их разговор, и прямо спросил:

- Ты женишься, говорят? Поздравляю!

Исмет не торопясь боком сел на стул и заложил ногу за ногу. Он вел себя величественно и степенно, как человек, нашедший свой жизненный путь и наконец успокоившийся.

- Я уже женился. Сегодня мы расписались...

- С той девушкой?

- С той самой! - Исмет удовлетворенно улыбнулся. - А что, неужто она тебе не понравилась?

- Почему же, вы вполне под стать друг другу! Чем она занимается?

- Она дочь министра!

- Я не про отца ее спрашиваю. Сама-то она что делает?

- У нее нет необходимости что-либо делать. Отец ее богач, сто человек таких, как мы, прокормить может.

- Уж не поэтому ли ты собираешься к жене переселиться?

- Они очень просят...

Вугар снова переглянулся с мамой Джаннат.

- Мужчина, у которого есть честь и гордость, не станет жить под мышкой у жены, на ее иждивении!

Исмет, не меняя позы, иронически расхохотался:

- Твои представления о мужчинах и мужестве устарели и попахивают нафталином. Современный человек должен соответствовать современным требованиям.

- Выходит, по-твоему, у современного человека не должно быть стыда, совести, идеалов?

- А это уж кому как выгодно!

- Например, тебе! Вчера было выгодно волочиться за дочерью профессора, ты для нее мир готов был перевернуть. Сегодня, сударь, выгодна дочь министра, и ты, бросив аспирантуру, перебираешься под крылышко жены. А завтра будет выгодно еще что-нибудь? Это твоя современная мораль?

- Счастлив, кто умеет устраиваться. Ты бы умел, от меня не отстал бы...

- Как бы не так! - Вугар поднялся и стал нервно ходить по комнате. Он остановился перед Исметом, который сидел в прежней позе. - А обманывать родную мать, писать ей: "Я болен, пришли деньги на лечение", вводить в долги беспомощную старую женщину, а самому ехать развлекаться в Кисловодск и потом, вернувшись, как говорится, позабыть о материнских глазах в пути, а сердце ее пусть останется в тревоге! Это тоже современная мораль, современные нормы поведения? А, ни с кем и ни с чем не считаясь, не посоветовавшись, перечеркнув несколько лет жизни, труда, бросить аспирантуру и жениться - это тоже веяния нового времени?

- Это дело мое - и нечего другим вмешиваться! Сам знаю...

- Ничего ты не знаешь, ты глупый, легкомысленный человек!

Исмет вскочил.

- Повтори, что сказал?!

- Не глухой, слышал! - вдруг, не сдержавшись, заорал Вугар. - А ну, убирайся отсюда!

- Что?! Ты меня выгоняешь?

- Выгоняю! Осталась бы у тебя крупица стыда, ноги твоей не было бы в этом доме. Не посмел бы показаться на глаза старой женщине, которой за все хорошее заплатил оскорблениями. Вон отсюда, сейчас же!

Мама Джаннат встала между ними.

- Что ты делаешь, сынок, так нельзя! - упрекнула она Вугара.

- Я знаю, что делаю, мама. Не вмешивайся...

- В такое позднее время стыдно гнать человека.

- Не бойся, на улице не останется, пусть отправляется к своему министру!

- И уйду! - крикнул Исмет. - Сделаю вам одолжение! Думали, умолять буду, чтоб вам сдохнуть!

Он торопливо шатнул к кровати, схватил чемодан и связку книг.

- А с тобой я еще рассчитаюсь! - обернувшись от двери, бросил он Вугару.

Вугар не ответил; устало опустился на кровать, как человек, сбросивший с плеч тяжелый груз. Мама Джаннат, на мгновение растерявшаяся, бросилась к Исмету, пытаясь остановить:

- Не надо, сынок! Куда ты пойдешь в эту пору?

- Найдется где переночевать, не нуждаюсь я в вашем свинарнике!

Но мама Джаннат не обиделась, продолжала ласково и сердечно:

- Будь терпелив, сынок Исмет, прислушайся к совету брата. Он любя говорит.

Но Исмет не стал ее слушать:

- Уйди с дороги!..

И, оттолкнув старуху, ногой распахнул дверь. Мама Джаннат молчала и, лишь когда во дворе стихли шаги Исмета, подошла к Вугару и смущенно сказала:

- Нехорошо получилось... В доме девушки, наверное, уже спят, а он станет стучать, всех перебудит, позор!

Вугар нежно прижал к себе растерявшуюся старушку:

- Не волнуйся, мама. Верно, они тоже не очень-то серьезные люди и смотрят на жизнь, как на забаву, иначе не отдали бы дочь за такого...

Эпилог

В тот год в Баку выпал снег. Такого снега не помнили даже старые бакинцы - густой, крупный, лохматый. Сначала сильный ветер налетел на город, а потом повалил снег и шел не переставая два дня и две ночи. Белая, непроницаемая завеса повисла над городом. Снег заваливал дороги, тротуары, сравнивал их с улицами, делал невозможным движение автомобилей. Молодые деревья не выдерживали тяжести снега и с хрустом ломались. Осели подгнившие крыши старых, доживающих свой век домов. Заледенели трубы газопровода и водопровода, - холод пришел в квартиры, пробирая жителей до самых костей. Казалось, город находится на осадном положении. Продлись такое еще день-другой, кто знает, сколько несчастных случаев произошло бы в Баку.

Но на третье утро дикий ветер улегся, снегопад прекратился, небо посветлело, поголубело, заулыбалось. Ослепительно засверкало зимнее солнце, и золото его лучей словно пыльцой осыпало сахарную поверхность земли, слепя глаза прохожим. Природа вздохнула легко и вольно.

К полудню воздух прогрелся, и люди высыпали на улицы, площади, в парки и скверы.

Краса и гордость Баку - Приморский бульвар не мог вместить всех желающих прогуляться вдоль моря. И дети, и взрослые, и старики, - все спешили сюда погреться на солнышке, погулять, вдохнуть свежего морского воздуха. Ребята кидались снежками, скатывались со снежных горок; взявшись за руки, скользили по накатанному снегу, приплясывали.

Вышли на набережную и Арзу с Вугаром. Это была их первая прогулка после долгой и мучительной ссоры. Общее веселье заразило их, и они тоже затеяли игру в снежки, гоняясь друг за другом. И вот уже щеки их запылали румянцем, как горные цветы, волосы растрепались, и в волосах, и на бровях, и на кончиках ресниц засверкали искры снега, а на пальто забелели пятна от снежков. А в глазах светилось безграничное счастье.

- Гляди, гляди туда!

Вугар обнял девушку, вытянул вперед указательный палец. Голос его дрожал. Арзу взглянула туда, куда указывал Вугар, но ничего примечательного не заметила.

- Что? Где? - недоуменно спросила она.

- Не видишь? Вон, вон тот человек? - Волнение Вугара росло с каждой секундой.

- Какой, Вугар?

- Профессор! Сохраб Гюнашли!

Арзу внимательно вгляделась и покачала головой:

- Нет, не вижу... Да ведь он в больнице, разве выписался?

- Не знаю... Я три дня не навещал его из-за снегопада...

Вместе с. Арзу он поспешил к Сохрабу Гюнашли, который, держа под руку Муршуда Гамзаева, медленно шел им навстречу. Их разделяло уже несколько шагов, и Вугар, оставив Арзу, один пошел к своему научному руководителю.

- Чтоб всегда видеть вас на ногах, - сдержанно проговорил он, с трудом удерживаясь от желания обнять и расцеловать Гюнашли.

- Рад видеть тебя, Вугар! Рад видеть! - сердечно ответил профессор.

Вугар растрогался и от волнения несколько мгновений не мог выговорить ни слова. Поздоровавшись с Гамзаевым, он снова повернулся к Сохрабу Гюнашли:

- Я счастлив видеть вас бодрым, веселым!

- Бодрость живет только в здоровом теле, - шутливо поправил Вугара Гамзаев. - Ты, верно, хочешь поздравить Сохраба Мургузовича с полным выздоровлением?

- Вы правы, Муршуд Балаевич, - уже спокойно ответил Вугар. - То, что профессор выздоровел и вернулся в наши ряды, заслуживает самых больших поздравлений!

Арзу стояла поодаль, но, заметив, что Гюнашли краешком глаза нет-нет да и поглядывает на нее, подошла ближе. Гюнашли поздоровался с ней и, улыбаясь, спросил Вугара:

- Как зовут нашу ненаглядную красавицу?

Вугар умышленно молчал, ожидая, что Арзу сама ответит. И она, смущенно опустив глаза, сказала:

- Меня зовут Арзу, профессор!

- Красивое имя! - одобрительно кивнул головой Гюнашли и откровенно сказал Вугару: - И девушка под стать своему имени: Арзу - мечта, о такой и правда можно только мечтать...

Гамзаев, верный себе, высказал свое восхищение в шутливой форме:

- Надеюсь, на свадьбу не забудете пригласить?

То, что Арзу понравилась его учителям, которых он так уважал, воодушевило Вугара:.

- Конечно, профессор! Как я могу забыть вас!

- А к завтрашней схватке ты готов? - снова не удержался от шутки Гамзаев.

Вугар, не понимая вопроса, пожал плечами, и Гамзаев, улыбаясь, пояснил:

- Не знаешь? Завтра в академии обсуждаем твою работу. Кажется, битва будет серьезной.