Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

— Понятия не имею, о чем вы говорите.

— Конечно, не имеете, — кивнул Джессоп. — Я ведь еще не начал говорить. Боюсь, мне придется поведать вам целую историю. Не возражаете?

— Пожалуй, нет.

Не обращая внимания на явное недовольство в голосе Хилари, Джессоп начал рассказывать:

— Думаю, такая женщина, как вы, должна читать газеты и быть в курсе событий. Должно быть, вы читали о том, что время от времени в разных странах исчезают ученые. В прошлом году это произошло с одним итальянцем, а около двух месяцев назад исчез молодой ученый по имени Томас Беттертон.

Хилари кивнула:

— Да, я читала об этом в газетах.

— Ну, исчезло больше людей, чем сообщали газеты. Среди них те, кто занимался исследованиями в области медицины, физики, химии, и даже один адвокат. Вообще-то у нас свободная страна и каждый вправе ее покинуть. Но при таких странных обстоятельствах нам следует узнать, почему, куда и, самое главное, как уехали эти люди. Сделали ли они это добровольно? Не были ли они похищены? Не вынудили ли их к отъезду шантажом? Какой маршрут они избрали, какая организация этим занимается и каковы ее цели? Множество вопросов, на которые нужно ответить. Вы могли бы нам помочь это сделать.

Хилари уставилась на него:

— Я? Каким образом?

— Томас Беттертон исчез в Париже более двух месяцев тому назад. В Англии у него осталась жена. Она говорила, что очень тревожится за мужа, и клялась, что понятия не имеет, как, куда и почему он исчез. Может быть, это правда, а может быть, и нет. Некоторые — и я в том числе — считают, что нет.

Хилари склонилась вперед. Рассказ невольно заинтересовал ее.

— Мы решили незаметно наблюдать за миссис Беттертон, — продолжал Джессоп. — Около двух недель назад она пришла ко мне и сообщила, что по совету врача отправляется за границу отдохнуть и переменить обстановку. В Англии ей было нечего делать, к тому же ее постоянно беспокоили репортеры, родственники и друзья.

— Могу себе представить, — сухо сказала Хилари.

— Но в нашем департаменте всегда склонны подозревать худшее. Мы продолжали вести наблюдение за миссис Беттертон. Вчера она покинула Англию и отправилась в Касабланку.

— В Касабланку?

— Да, чтобы начать путешествие по Марокко. Все делалось совершенно открыто — планы, заказы билетов и так далее. Но не исключено, что из Марокко миссис Беттертон намеревалась шагнуть в неведомое.

Хилари пожала плечами:

— Не понимаю, при чем тут я.

Джессоп улыбнулся:

— При том, что у вас великолепные рыжие волосы, миссис Крейвен.

— Волосы?

— Да. Наиболее приметная черта миссис Беттертон — ее волосы. Возможно, вы слышали, что самолет, летевший в Касабланку перед вашим рейсом, разбился при посадке?

— Да. Я должна была лететь этим самолетом. Заранее заказала билет.

— Любопытно, — промолвил Джессоп. — Так вот, миссис Беттертон была в этом самолете. Она не погибла — ее извлекли из-под обломков и доставили в больницу. Но врач говорит, что она не доживет до завтрашнего утра.

Хилари начала кое-что понимать. Она вопросительно посмотрела на собеседника.

— Возможно, теперь вам ясно, какую форму самоубийства я вам предлагаю, — продолжал Джессоп. — Вы станете миссис Беттертон и продолжите ее путешествие.

— Но это невозможно, — возразила Хилари. — Они сразу поймут, что это не она.

Джессоп склонил голову набок:

— Это зависит от того, кого вы подразумеваете под словом «они». Термин в высшей степени неопределенный. Кто такие «они»? Существуют ли «они» в действительности? Мы этого не знаем. Если принять за основу наиболее популярную расшифровку термина «они», то эти люди действуют изолированными, замкнутыми группами. Им приходится делать это ради собственной безопасности. Если путешествие миссис Беттертон спланировано ими с какой-то целью, значит, люди, которые отвечают за него здесь, ничего не знают об английской стороне дела. Они просто должны вступить в контакт с определенной женщиной в определенном месте и действовать дальше в соответствии с инструкциями. В паспорте миссис Беттертон описывается как женщина ростом пять футов семь дюймов, с рыжими волосами и голубыми глазами, не имеющая особых примет. Это подходит и к вам.

— Но здешние власти…

Джессоп улыбнулся:

— Насчет этого не беспокойтесь. Французы потеряли несколько весьма перспективных молодых ученых и охотно станут с нами сотрудничать. Факты будут выглядеть следующим образом. Миссис Беттертон доставлена в больницу с сотрясением мозга. Миссис Крейвен, другая пассажирка самолета, потерпевшего катастрофу, также доставлена в больницу. Через день или два миссис Крейвен скончается, а миссис Беттертон выпишут еще ощущающей последствия сотрясения мозга, но способной продолжать путешествие. Катастрофа была подлинной, а сотрясение мозга — отличное прикрытие для вас. Оно может объяснить и провалы в памяти, и странное поведение.

— Это чистое безумие! — заявила Хилари.

— Безусловно, — согласился Джессоп. — Ваша миссия очень опасна, и, если наши подозрения оправданны, вы рискуете попасть в беду. Я с вами вполне откровенен, так как вы сами сказали, что хотите умереть. Думаю, что такой способ покажется вам более интересным, чем прыжки из окна и гибель под колесами поезда.

Хилари неожиданно рассмеялась:

— Пожалуй, вы правы.

— Значит, вы согласны?

— Почему бы и нет?

— В таком случае, — сказал Джессоп, решительно поднимаясь, — вам нельзя терять времени.

Глава 4

Казалось, будто в больнице очень холодно, хотя это не соответствовало действительности. В воздухе ощущался запах антисептиков. Когда мимо палаты провозили тележку, из коридора доносилось звяканье стекла и металлических инструментов. Хилари Крейвен сидела на жестком железном стуле у кровати.

В постели под прикрытой плафоном лампой лежала Олив Беттертон с перевязанной головой. Она была без сознания. По одну сторону кровати стояла сестра, а по другую — врач. Джессоп сидел на стуле в углу палаты. Врач повернулся к нему и заговорил по-французски:

— Осталось недолго. Пульс совсем слабый.

— И она так и не придет в сознание?

Француз пожал плечами:

— Трудно сказать. Возможно, перед самым концом.

— И вы не можете ничего предпринять? Никаких стимулирующих средств?

Доктор покачал головой и вышел. Сестра последовала за ним. Ее сменила монахиня, которая встала у изголовья кровати, перебирая четки. Хилари посмотрела на Джессопа и, повинуясь его взгляду, подошла к нему.

— Вы слышали, что сказал доктор? — тихо спросил он.

— Да. А что вы хотите у нее узнать?

— Если она придет в сознание, мне нужна любая информация, которую вам удастся получить, — пароль, условный знак, сообщение, все, что угодно. Она скорее будет говорить с вами, чем со мной.

— Вы хотите, чтобы я обманом вытянула сведения из умирающей? — сердито осведомилась Хилари.

Джессоп привычным движением по-птичьи склонил голову набок:

— Значит,