Мировой Ворон - Смит Э. Дж.

Алахан очень изменился. Он больше не отводил взгляд, не выказывал тревогу и сомнения. Он стал командиром, которого Халла могла уважать не меньше, чем любого из своих воинов. Она пыталась взглянуть на него со стороны, увидеть картину в целом — но ее решимость начинала колебаться.

После трех часов беспокойного сна ноющий зуд в затылке заставил ее подняться и выйти из рынка Речника. На стенах было тихо, пролом хорошо охранялся, а рядом со всеми баллистами дежурили команды, готовые привести их в действие. На дворе Ульрика пылали костры, вокруг которых сгрудились отдыхающие защитники крепости. В Тиргартене стояла мертвая тишина, и только холодный ветер со свистом проносился над Ступенями Калалла. Черное небо над заснеженными крышами домов искрилось звездами — великолепное зрелище.

Но тут у нее за спиной прогремел взрыв, и Халла дернулась от неожиданности. Посреди города поднялся к небу столб огня. На Звездной Крепости, втором уровне Тиргартена, горело здание, в чистом морозном воздухе разлетались хлопья сажи. Халла на мгновение застыла, не понимая значения прозвучавшего взрыва. Со второго уровня по Ступеням Калалла повалили жители, чтобы избежать пожара. Из десятков зданий вокруг двора Ульрика высыпали люди, торопливо застегивая доспехи, и пораженно уставились на пламя.

Затем из Звездной Крепости сплоченным строем повалили воины. В дорогих доспехах, прикрытых короткими зелеными плащами с медвежьим когтем на гербе, они ловко орудовали глефами. Свежие и отдохнувшие, готовые к бою, они бежали вниз по Ступеням и безжалостно рубили своими зазубренными лезвиями всех, кто встречался им на пути.

— За мной! — крикнула Халла, призывая людей приготовиться к бою.

Несколько десятков человек с топорами наперевес откликнулись на призыв. Они построились в ряд и приготовились к защите. Справа от нее в их ряды влились отряд облачных людей и берсерков из Нижнего Каста, включая Тимона Мясника и Падающее Облако. А на них бежали зеленые люди: сыновья, двоюродные и родные братья и наемники семьи Хальфдана Зеленого. Небольшая армия, верность которой обеспечивалась золотом и обещанием власти в новом Тиргартене, всего около двух сотен воинов.

— Должен ли я убить этих людей? — спросил Тимон. В уголках его рта начала пузыриться пена.

— Да! — ответила Халла. — Они предали Фьорлан и достойны пасть под твоим топором.

Берсерки издали боевой клич и понеслись к Ступеням, врезавшись в первые ряды зеленых людей. За ними последовали Халла и Падающее Облако, формируя оборонительную линию.

Со стены прозвучал сигнал рога, и Халла остановилась.

— Они снова идут! — прокричал дозорный с главных ворот. Армия Рулага начала свое первое ночное наступление.

— Будь они прокляты! — воскликнула Халла.

— Думаю, мы в беде, — кратко заметил Рексель.

Зеленые люди радостно заорали, с удвоенной энергией принявшись рубить всех, кто попадался под руку. Защитники медленно выходили из сонного оцепенения, но горящее здание, атака с тыла и громкие сигналы о наступлении со стены приводили их в чувство. Трикен Ледяной Клык командовал на дворе Ульрика, пытаясь построить к бою усталых защитников Тиргартена.

— Мы будем убивать врагов, пока ни одного не останется! — заревела Халла, бросилась на зеленых людей, прорываясь к Тимону, и встала с ним плечом к плечу.

— Правильно! — проревел в ответ Падающее Облако. — Мы знаем, как убивать, — посмотрим, кто знает это лучше!

Халла выбросила из головы мысли о тактике и поражении, сосредоточившись на силе в своих руках и на боевом топоре. Она побежала вверх по ступеням, увлекая за собой небольшой отряд защитников крепости. За ней раздавался несмолкаемый рев сигнальных рогов, а Трикен распределял людей по стене, взяв на себя ее оборону. Тиргартен готовился встретить очередную атаку людей Медведя. Берсерки из Нижнего Каста и облачные люди наводнили боевые ходы, а команды под управлением Греты с максимально возможной скоростью перезаряжали баллисты, но воины Рулага упредили их удары, скрытно подобравшись к городу. Зеленые люди отвлекли защитников, и у Халлы просто не хватало бойцов, чтобы удержать стены.

Она слышала отдаленные крики Трикена, раздававшего приказы, и знала, что враг уже подступает к стенам. Она слышала, как одновременно разрядилась дюжина баллист, и боевые кличи сотни защитников Тиргартена. Их атаковали с флангов, и именно в тот момент, когда потери и усталость довели их до края.

— Халла, на этот раз они бросили на город все силы! — крикнул Трикен. — Я вижу Рулага! Вот он!

Но тут вниз по ступеням прокатилась волна морозного воздуха, и Халла пораженно ахнула. Зеленые люди даже не дрогнули — казалось, они просто не обратили внимания на обдавший их ледяной ветер, но в бурлящих клубах искристых льдинок Халла увидела воинов — каждый из них был выше и внушительней на вид, чем обычные люди. Держа в руках боевые молоты, воины сбегали вниз по городской лестнице, перепрыгивая через ступеньки, будто неукротимая стена божественной силы. И когда сверкающая снежная волна накрыла двор Ульрика, Халле пришлось прищурить глаза от сияния: она пыталась и не могла разглядеть, что творится на лестнице. Странные воины походили на жрецов Ордена Молота, закованных в старинные доспехи из чугуна и бронзы с затейливыми, хоть и потускневшими от времени гербами на нагрудниках и наголенниках. Среди них воительница различила плачущего дракона дома Слезы, воющего волка ее семьи, сверкающий изумруд зеленоглазых лордов и даже черный коготь Старого Гара.

Сияющие жрецы добежали до отряда зеленых людей, и те в ужасе обернулись к ним, даже не решаясь поднять на них глефы. Но когда глаза Халлы привыкли к сиянию, она разглядела лица воинов — это оказались фьорланские старики, вот только теперь в них бурлила божественная мощь. Каждый из них нес на себе отпечаток силы прошедших веков, будто вторая кожа покрывающий их тела. Она узнала Арнульфа Печального, старика из Фредериксэнда, которого часто можно было встретить в тавернах Нижнего Края. Он всегда тяжело опирался на костыль и жаловался, мол, мир уже совсем не тот, что прежде. Но сейчас вместо костыля он крепко держал в руках огромный боевой молот, выточенный из глубинного льда. Стариков вели в бой Алахан Слеза и старый отец Кроу, и у них на лицах читались ярость и боль. Халла понятия не имела, через какие испытания пришлось пройти юноше, раз он сумел пробудить к жизни Сердце Фьорлана, но больше она не могла отрицать его силу или пренебрегать им. И ей внезапно подумалось: за его спиной нет ни одного древнего жреца — потому что Алахану достаточно собственной силы. Он был истинным избранником Рованоко, и каждый житель Фьорлана, смотревший на него сейчас, не смог бы это отрицать.

Зеленые люди начали яростно прорываться через ряды ее воинов, только чтобы сбежать от Алахана и жрецов и быстрее соединиться с основными силами армии. План их был простым и разумным: застать защитников врасплох в часы отдыха и прорваться на двор Ульрика, пока главные силы штурмуют стены. Но у избранника Рованоко имелся другой замысел.

Первый противник Халлы выглядел сильным и внушительным, но кожа у него была нежной, а руки неуверенно держали грозное оружие. Она с легкостью парировала вертикальный удар и перерезала ему горло. Метательный топорик оборвал жизнь противнику слева от нее, и защитники бросились в решающую атаку. Алахан со своим отрядом ударил Зеленым людям в тыл с невероятной яростью и оглушительным треском древнего льда. Боевые молоты с нечеловеческим умением и силой крушили дорогие доспехи и человеческие кости, оставляя за собой смерть и опустошение. Жрецы ревели, распространяя вокруг божественную ауру, и казалось, будто сам Рованоко вышел на поле битвы.

— Моя земля! Наша земля! — кричал Арнульф Печальный.

Зеленых людей захватили в клещи, и жрецы с Алаханом во главе неуклонно теснили их прямо на воинов Халлы. Она послала всех, кого могла, помогать защитникам на стенах, услышав просьбы о подкреплении. Она могла только догадываться, что там происходит: звуки, долетавшие до ее слуха, свидетельствовали об ожесточенном сражении. Трикен бросил людей на ворота, и защитники издали громкий протестующий рев, когда захватчики начали взбираться по лестницам на полуразрушенный участок стены. Но, снова взглянув вперед, Халла увидела жрецов Ордена Молота, каждый последующий из которых выглядел внушительнее и сильнее предыдущего, и каждый из них стоил пяти обычных воинов. Но, несмотря на силу жрецов, Алахан все равно выделялся на их фоне. Он был превосходным воином и в одиночку запросто мог потягаться с тремя или четырьмя зелеными людьми.