7 дней в июне - Алексей Ивакин

— А где сейчас этот деятель? — заинтресовался Володя.

— Где, где. Где и положено. Женя не рассчитал чуток — когда валить его стал, головой об асфальт приложил, насмерть.

— Жаль. — Старый тоже уже вошел в суть нашей работы.

— Товарищ командир, товарищи, ну я ж не специально…

— Ладно, проехали, — перебил начавшего оправдываться капитана Володя. Дима, расклад вот какой: мы с коллегой, он в машине остался, из комитета — мы собственно в таких делах тоже без опыта, зато остальные — милиция, прокуратура — собаку съели. Так что, может, мы твоим особистам лучше поможем — у нас как-никак опыта побльше, все-таки Кавказ даром не прошел, фильтр организуем, как положено, с пленными работу наладим.

— Добро. Женя, дай команду — особиста ко мне.

— Да не стоит, я сейчас коллегу захвачу, а Женя нас к ним проводит — наверняка ведь уже подвальчик какой присмотрели?

— Само собой. Магазин соседний заняли, там устроились.

— Володя, вы бэхов с собой возьмите — они скорее вам, чем нам пригодятся.

— Лады, если местные против не будут.

— Не будут. Я их ощипал слегка, так что у них сейчас каждый человек на счету.

— Что, потери большие? — спросил я после того, как Женя и Володя вышли.

— Да как сказать. По меркам той войны — минимальные, конечно. А так… У нас же двадцать лет — никаких войн, конфликтов. Не привыкли мы людей терять — вообще. А тут, сразу… Такие вот дела. — достаточно уклончиво ответил комбриг.

— При зачистке будет хуже.

— Зачистку не мы проводить будем. Вечером подходит батальон из 17-й бригады — российской — их из Чечни к нам перебросили.

— А… понятно. Ну, у тех ребят опыт в таких делах имеется. А еще кто будет?

— А то. Вы ж еще не в курсе, наверное?

— "Не в курсе" чего?

— Казахстан в боевые действия включился. Сегодня их десантники в Минск прилетели, сейчас наверху их определяют. Армения с Азербайджаном подключились — тоже какие-то войска присылают, причем совместной боевой группой. Грузия — и та уже две своих бригады направила, на Украину, правда. Короче, "вставай, страна огромная"… Вы что, телевизор вообще не смотрели?

— Смотрели немного, вчера.

— А интернет?

— Да как-то не до того было.

— Ну, мне проще, у меня компьютерный гений озадачен. Лавринович!

В кабинет быстро вошел лейтенант Сережа.

— Товарищ лейтенант, доложите, что у нас в мире происходит.

— Товарищ полковник. Согласно последним разведданным, полученным на "Интерфаксе" и "РИА Новости", самолеты ВВС Казахстана приступили к выполнению задач по непосредственной поддержке войск Союза на Украинском и Белорусском фронтах. Грузинской горной бригадой освобожден Трускавец на Украине, в Калининградской области наши войска перешли в наступление, куда именно — не уточняется, пишут, что наступление развивается успешно. Берлин опять бомбить полетели — ну, про это каждые три часа пишут. Ну, по мелочам много…

— Интересно, кто-то из гансов уже в нете разобрался, как считаешь?

— Думаю, что разобрался кто-нибудь, только толку-то. Пока им сведения наверх поступят, пока они будут думать, пропаганда это или нет. Они же к освещению боевых действий в режиме реального времени не привыкли. А, вот еще. На "Рутьюбе" уже несколько десятков роликов выложено — летуны снимали, со штурмовиков, и истребители. Забавные такие ролики. Ну и бойцы с мобил — тоже. Стоит посмотреть.

— Потом посмотрим, после победы. Вот что, Сергей. Сейчас от моего имени распорядись, чтобы людей на довольствие поставили, разместили — короче, как положено. Условий, товарищи, сами понимаете — минимум. Жилой дом выделим, связь, питание обеспечим — и все. А завтра уж сами — после зачистки ваша работа начнется.

— Товарищ полковник, мои бойцы тоже хотели бы поучаствовать… — начал Саня.

— Товарищ капитан, вы в армии. Так что, отставить свои хотелки до демобилизации, а пока — слушай приказ. Вы обеспечиваете безопасность следователей до начала их работы, во время работы и после работы. Приказ ясен?

— Так точно, товарищ полковник.

— Тогда — выполняйте. И бойцам разъясните, чтоб никакой партизанщины.

Выйдя от Романенко, мы направились к нашим машинам. Лейтенант Лавринович на УАЗике возглавил колонну, и мы двинулись обратно, к окраине города, занимать отведенный нам "особняк".

Устроились мы нормально — нам на откуп отдали здание общежития какого-то ПТУ или техникума — так что было где поспатьи сварганить чайку, присутствовала даже какая-то комната развлечений с шашками, шахматами и телевизором. Где-то через час после того, как мы начали обустройство, подъехала "буханка" с прапором из продслужбы белорусской бригады. Прапор, почему-то слегка нервничая, передал под расписку коробки сухпая на 45 человек, пробурчав, что это нам на три дня. Что-то в его поведении насторожило очень вовремя вернувшегося от особистов Михалыча.

— Что хмурый-то такой? Хочешь, анекдот расскажу? Слушай, значит:

Приходит мужик в кабак, подходит к бармену: налейте, говорит, мне два по сто в один стакан. А бармен ему отвечает — да вы что, стакан только сто пятьдесят вмещает. Да? Ну тогда налейте два по сто в два стакана. Бармен наливает, мужик в один стакан переливает — ровно по краю. Бармен ему: вы что кудесник? Мужик: нет, обхссник. Контрольная закупка. Намек понял?

— Понял, — ответил прапорщик, у которого анекдот Михалыча почему-то не вызвал никакого прилива бодрости, — товарищ капитан, — обратился он к Старому, который, как представитель "принимающей стороны", занимался канцелярщиной, связанной с проставлением автографов в графе "получил", — тут у нас писарь что-то напутал, в накладную не внес. Я сейчас запишу и отдам.

Угу. Ну, вот и стала понятна причина недовольства, усугубленного услышанным анекдотом. Откуда-то из-за ветоши появляется ящик с водкой, за ним — еще 7 бутылок, в полиэтиленовом пакете. Ну да… По 100 грамм на рыло, на три дня, на 45 человек… 13 с половиной литров или, 27 поллитровых бутылок. Что там за продукт? Так… Нехило. Эксклюзивное исполнение, стакан внизу, стакан вверху… "Наркомовская норма-люкс" называется. И название в тему.

— Ты что, скрысятничать решил? — завелся с полоборота Старый.

— Сейчас мы тебя за усушку и утруску-то оформим! — поддакнул ему Михалыч, еле сдерживавший улыбку.

— Да что вы, товарищи офицеры, да честное слово…

— Ладно, — подвел я итог. Все разгрузил?

— Все, как на духу.

— Тогда — свободен.

Прапорщик, с опаской посматривая на Михалыча, немедленно вскочил в "буханку", которая рванула с места, как болид "Формулы-1".

— Михалыч, а ты-то откуда узнал?

— Особисты наводку дали. Не в смысле "на водку", а в смысле "сигнал". Предупредили, короче, что "наркомовские" введены, а прапор этот — тот еще жук. Точно он, зараза, говорят, допросится по законам военного времени. Так что я аллюр три креста — и к вам, чтоб вас тут хулиган местный не обидел.

— Орел! Награждаешься орденом Сутулого, первой степени! Ну, раз уж ты тут — тебе и флаг в руки. Найди место, где жратву разместить, что там, кстати, у нас?

— Нормальный сухпай, — ответил Андрюха, уже успевший вскрыть коробку, — перечисляю: хлебцы армейские, консервы мясные, консервы мясные фаршевые, консервы мясорастительные, повидло фруктовое, концентрат для напитка, чай растворимый, сахар, витаминки, салфетки ну и разогреватель с вскрывателем. Все, что доктор прописал. Есть что выпить и чем закусить.

— Насчет выпить — отказать, за отсутствием события. Тут еще немцы шляться могут, да и работы завтра до одури будет. Так что прибережем на потом.

— Одобрено. — Сане тоже не улыбалась пьянка среди личного состава. Так что сухпаи — раздадим, а водку — к нам в нумера, до лучших времен.

За обустройством на новом месте — нашли чистое белье, перестелили кровати в десятке четырехместных комнат, прочесали холодильники (электричество не отключалось и все, что оставили покинувшие свое жилье учащиеся, осталось на месте, не пропадать же добру), — день медленно но верно приближался к своему логическому концу. Выставив по периметру часовых из состава Саниной команды, около 22 часов решили отбиться. Ага! Щаз! Как только мы заняли люли и прекратили дозволенные речи, началось. Для начала мимо нашей общаги протащилась колонна чего-то гусеничного. Потом — колонна чего-то колесного, но очень тяжелого. Потом — наши часовые стали с кем-то возмущенно ругаться. Старый, как порядочный "отец солдатам", вышел разобраться, его голос, с этаким веселым матерком, включился в разговор подчиненных с кем-то, нам пока неизвестным. Канитель продолжалась еще пару минут, после чего в комнату, где я, Старый, Андрюха и Михалыч успели разместиться, ввалился Саня в подштанниках и наброшенной куртке, а с ним — некто среднеазиатской наружности и с капитанскими звездочками.