Слово и «Дело» Осипа Мандельштама. Книга доносов, допросов и обвинительных заключений - Павел Нерлер

Андреев взялся за дело довольно-таки решительно: затребовав, получив и изучив все предыдущие реабилитационные материалы из своего ведомства, он 30 июня обратился в КГБ. Просьб к генерал-майору Баркову у него было две: одна – о дополнительном расследовании судьбы и местонахождения рукописей Мандельштама, в количестве 48 листов, изъятых при первом аресте (она, собственно, и была сформулирована в письме Р.И.Рождественского), другая – о пересмотре дела 1934 года в целом.

Без заключения следственного органа процедура реабилитации невозможна.

‹2›

Распоряжение начальника Отдела по надзору за исполнением законов в органах государственной безопасности государственного советника юстиции 2 класса В.И.Андреева от 30 июня 1987 года начальнику Следственного отдела КГБ СССР генерал-майору Л.И. Баркову о проведении дополнительной должностной проверки обвинений против О.Э. Мандельштама и судьбы его архива, изъятого при аресте в 1934 году

Прокуратура СССР

Секретно

Экз. № 1

Начальнику следственного

отдела КГБ СССР

генерал-майору

Баркову Л.И.

30.06.87

№ 13–471–55 / 548 с.

О проведении дополнительного расследования по делу Мандельштама О.Э.

В связи с письмом Союза писателей СССР о розыске изъятых в 1934 году при обыске рукописей поэта Мандельштама О.Э. в Прокуратуре Союза ССР в порядке надзора проверено архивное уголовное дело в отношении Мандельштама О.Э.

Установлено, что постановлением Особого Совещания Коллегии ОГПУ от 26 мая 1934 года Мандельштам Осип Эмильевич выслан в г. Чердынь сроком на три года, а постановлением того же Особого Совещания от 10 июня 1934 года во изменение прежнего постановления он лишен права проживания в Московской, Ленинградской областях, городах Харькове, Киеве, Одессе, Ростове-на-Дону, Пятигорске, Минске, Тифлисе, Баку, Хабаровске и Свердловске на оставшийся срок.

По обвинительному заключению Мандельштаму вменялось в вину то, что он занимался составлением и распространением контрреволюционных литературных произведений, т. е. совершение преступления, предусмотренного ст. 58-10 УК РСФСР.

Обвинение Мандельштама в антисоветской агитации и пропаганде основано на его показаниях, данных на предварительном следствии, в которых он признал себя виновным ( л. д. 4–5, 9–17). Других доказательств его вины в деле не имеется. Родственники и знакомые Мандельштама, которым он читал свои произведения, по делу не допрашивались.

В связи с изложенным прошу Вас организовать по делу дополнительную проверку обоснованности привлечения к уголовной ответственности Мандельштама О.Э. и установить место нахождения его рукописей, в количестве 48 листов, изъятых при обыске 16 мая 1934 года.

Материалы дополнительной проверки с Вашим заключением прошу представить в Прокуратуру Союза ССР.

Приложение: архивные уголовные дела № Н-9284 и Р-13864 в отношении Мандельштама О.Э., всего в двух томах, секретно, от н‹ашего› /вх‹одящего› № 13/4873/с.

Начальник Отдела

государственный советник

юстиции 2 класса В.И. Андреев

ЦА ФСБ. Следственное дело Р-33487. Л. 50–51. Со штемпелем регистрации: «Следственный отдел КГБ СССР. Входящий № 22/3877 от 6.07.87» и тремя резолюциями: «Тов. Палкину Ф.Г. Прошу провести дополнительную проверку по данному делу. А. Барков. 6.VII.87», «Тов. Насонову К.Г. Для организации исполнения указаний начальника отдела пр‹ошу› переговорить. Расторгуев. 6.07», «Т. Панфилову Д.А. На исполнение. 7.VII.87». Другой экз-р: ГАРФ. Ф. Р-8131. Оп. 33. Д. 66629. Л. 33–34. В конце письма – помета: «В н/п. К– 01.08.87»

В какой-то момент само письмо Рождественского, видимо, затерялось в дебрях Прокуратуры, – иначе не объяснить наличия в реабилитационном деле второго обращения, от 14 июля 1987 года[855], практически идентичного первоначальному, от 11 марта (оно потом нашлось).

‹3›

Обращение Председателя Комиссии по литературному наследию О.Э. Мандельштама при СП СССР Р.И. Рождественского от 14 июля 1987 года к Генеральному Прокурору СССР A.M. Рекункову с просьбой выяснения судьбы архива поэта, изъятого при аресте

Союз Писателей СССР

Правление

121825 Москва, ул. Воровского, 52 Тел. 291–63–07

№ 2436 «14» июля 1987 г.

Генеральному Прокурору СССР тов. Рекункову A.M.

Уважаемый Александр Михайлович!

В 1991 году исполняется сто лет со дня рождения прекрасного русского советского поэта Осипа Эмильевича Мандельштама. И я обращаюсь к Вам от имени не так давно созданной Комиссии по литературному наследию О.Э. Мандельштама при СП СССР.

Наша просьба состоит вот в чем: нельзя ли выяснить судьбу архива поэта, изъятого при его аресте 19 мая 1934 года? После Двадцатого Съезда КПСС О.Э. Мандельштам был посмертно реабилитирован, однако дальнейшая судьба его изъятых рукописей до сих пор никому не известна.

Возвращение этих материалов, их тщательное изучение было бы крайне важно для нашей культуры, тем более, что к столетнему юбилею поэта в ряде издательств готовятся к печати его книги, в том числе и второе издание лирики в популярной серии «Библиотека поэта».

Мы надеемся на Вашу помощь, Александр Михайлович, и желаем Вам всего самого доброго.

С уважением, Р. Рождественский Р. Рождественский

Секретарь Союза писателей СССР

Председатель Комиссии по литнаследию

О.Э. Мандельштама при СП СССР

ГАРФ. Ф. Р-8131. Оп. 33. Д. 66629. Л. 44. Оригинал (практически идентичный обращению от 11.3.1987). Машинопись. Штамп внизу: «Прокуратура СССР. 15.7.87. Подпись». Помета неустановленного лица (черные чернила): «т. Рождественскому Р.И. сообщено по телефону, что Верховным Судом СССР 28.10.87 Мандельштам О.Э. полностью реабилитирован. Подпись. 29.10.87».

Именно на втором обращении Рождественского со временем и была сделана отметка о реабилитации как о состоявшемся факте, а главное – начиная с 13 июля (то есть даже не дожидаясь второго письма из Комиссии!) Прокуратура и КГБ приступили к непосредственным действиям по подготовке реабилитации О.М. Работа эта была поручена как минимум двум исполнителям – старшему следователю Следственного отдела КГБ майору юстиции Д.А. Панфилову и помощнику начальника Следственного отдела КГБ СССР полковник юстиции К.Г. Насонову.

Панфилов в первую очередь занялся самообразованием и ознакомился со статьями об О.М. в «Советском энциклопедическом словаре» и с предисловием А. Дымшица в «Библиотеке поэта», а также с Уголовным кодексом РСФСР, принятым 2-й сессией ВЦИК XII созыва и введенным в действие Постановлением ВЦИК 22 ноября 1926 года – начиная с 1 января 1927 года. Вот почерпнутая из него формулировка статьи 58.10 с комментариями:

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});