Слово и «Дело» Осипа Мандельштама. Книга доносов, допросов и обвинительных заключений - Павел Нерлер

Факты антисоветской деятельности Гумилева, изложенные в его показаниях, подтверждаются показаниями Пунина, Борина, Полякова, Махаева, Мандельштама[846] и Шумовского.

В 1951 году Гумилев обращался с просьбой пересмотреть решение по его делу, указывая, что его осуждение явилось результатом отрицательного отношения к его матери – поэтессе Ахматовой, а также отрицательного отношения к нему, как к молодому ученому-востоковеду.

В пересмотре решения Особого Совещания Главным Военным Прокурором Гумилеву было отказано.

Ахматова в жалобе на Ваше имя написала, что предъявленное Гумилеву Л.Н. обвинение на следствии не подтвердилось, однако, это ее утверждение не соответствует действительности.

Исходя из того, что Гумилев Л.Н. осужден правильно, Центральная Комиссия по пересмотру уголовных дел 14 июня 1954 года приняла решение отказать Ахматовой А.А. в ее ходатайстве о пересмотре решения Особого Совещания при МГБ СССР от 13 сентября 1950 года по делу ее сына – Гумилева Льва Николаевича.

Действительный государственный советник юстиции Р. Руденко[847]

Надо сказать, что и вообще полная реабилитация была всё же не правилом, а исключением. Так, по состоянию на 1 апреля 1955 года, из 237412 заново рассмотренных уголовных дел на осужденных лиц в 125202 случаях, или в 52,7 %, было отказано в пересмотре. И лишь в 8973 случаях (или в 3,8 %!) решения были действительно пересмотрены и дела полностью прекращены[848].

Так что (забежим слегка вперед!) «внутримандельштамовская» статистика – реабилитация по одному делу и отказ в реабилитации по другому – это, в общем, неплохо для своего времени и соответствует общесоюзной картине.

‹1›

Заявление Н.Я. Мандельштам (начало июня 1956 года) в Прокуратуру СССР о пересмотре и посмертной реабилитации Мандельштама О.Э. по делу 1934 года

В Прокуратуру СССР

вдовы поэта Мандельштама Осипа Эмильевича

Мандельштам Надежды Яковлевны

ЗАЯВЛЕНИЕ

У вас в приемной я узнала, что муж мой – Мандельштам Осип Эмильевич был осужден не только в 1938 году, но и в мае 1934 года (что я считала административной высылкой). Приговор Особого Совещания в 1934 году – три года высылки в Чердынь, замененной высылкой в Воронеж.

Я прошу Прокуратуру пересмотреть и дело 1934 года, так как знаю, что Мандельштам был совершенно невиновен, а выслали его за стихотворение против культа личности, которое он имел неосторожность прочесть нескольким людям из ближайшего окружения. Прошу о посмертной реабилитации.

Мандельштам Н.Я.

Чебоксары, Кооперативная, 10, кв. 13 (дом Пединститута).

‹…› июня 1956 г.

Дело № 13/1–13471

ГАРФ. Ф. Р-8131. Оп. 33. Д. 66629. Л. 12. Машинопись; последняя фраза, подпись и дата (из-за сгиба полностью не прочитывается) – автограф (фиолетовые чернила). С надпечаткой (вверху): «С приема. Подпись. 6/VII–56». Датируется интервалом времени между 1 и 3 июня 1956 г.

‹2›

Сопроводительное письмо от 25 июля 1956 года к пересылке документов для приобщения к оперативно-следственному делу О.Э. Мандельштама № 604671

Секретно

СССР

КГБ при СМ СССР

Уч‹етно›-арх‹ивный› отдел

25 июля 1956 г.

№

Москва

Начальнику с‹екретного› отделения

учетно-архивного отдела КГБ при СМ СССР

подполковнику т. Кирину

Направляются архивные материалы, согласно справки № 23[849], для приобщения к оперативно-следственному делу № 604671(по обвинению Мандельштамп[850] Осипа Эмильевича).

Начальник 7 отделения подполковник Демин

ЦА ФСБ. Следственное дело Р-33487. Л. 39.

‹3›

Постановление прокурора отдела по надзору за следствием в органах госбезопасности старшего советника юстиции А. Федорова от 24 октября 1956 года о признании обоснованным постановления особого совещания об О.Э. Мандельштаме от 26 мая 1934 года и об оставлении ходатайства Н.Я. Мандельштам о его реабилитации без удовлетворения

Секретно, в н/пр на 6 листах

Cогласен

Зам. Н‹ачальни›ка отдела

по надзору за

следствием в

органах госбезопасности Постановление

Государ‹ственный› Сов‹етник› юстиции

3 класса 1956 года Октября 24 дня

октября 24 дня 56 г. прокурор отдела по надзору

гор. Москва за следствием в органах

госбезопасности стар‹ший› советник юстиции А. Федоров, рассмотрев дело по обвинению Мандельштам

Нашел:

Постановлением особого совещания при Коллегии ОГПУ от 26 Мая 1934 года по ст. 58-10 УК РСФСР осужден к ссылке в гор. Чердынь сроком на 3 года. Затем постановлением особого совещания от 10 июня 1934 г. лишен права проживания в Москов‹ской›, Ленингр‹адской› областях, Харькове, Киеве, Одессе, Ростове, Пятигорске, Минске, Тифлисе, Баку, Хабаровске и Свердловске на оставшийся срок[851].

Мандельштам Осип Эмильевич

1891 года рождения, беспартийный,

ранее несудимый, сын купца

1-ой гильдии, литератор, до ареста

нигде не служил.

Мандельштам обвинялся в том, что занимался составлением и распространением антисоветских произведений.

Дело затребовано по тяжбе жены осужденного гр. Мандельштам Н.Я., которая просит о пересмотре дела и реабилитации мужа.

По учету 1-го спецотдела МВД СССР Мандельштам умер в 1938 году.

Рассмотрев дело, нахожу: постановление особого совещания по делу Мандельштама обосновано и жалоба гр. Мандельштам является неосновательной.

На предварительном следствии Мандельштам показал: «Да, я признаю себя виновным в том, что я являюсь автором контрреволюционного пасквиля против вождя Коммунистической партии и Советской страны. Я прошу разрешить мне отдельно написать этот пасквиль и дать его как приложение к настоящему протоколу допроса» (л. д. 12).

Содержание пасквиля

Мы живем, под собою не чуя страны

Наши речи за десять шагов не слышны,

А где хватит на полразговорца

Там припоминают кремлевского горца.

Его толстые пальцы как черви жирны,

И слова как пудовые гири верны,

Тараканьи смеются глазища

И сияют его голенища.

А вокруг него сброд тонкошеих вождей,

Он играет услугами полулюдей,

Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет

Он один лишь бабачит и тычет.

Как подкову дарит за указом указ,

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});