Мятежные системы - Игорь Кощиенко

Пусть вылетает. Кстати, сколько ваших людей в миссии Подгорного?

Ни одного. Все — профессиональные работники министерства. Новоземляне знают это и ценят. В будущем, конечно, я исправлю этот недостаток.

Хм. Хорошо. Теперь я сформулирую те первостепенные задачи, которых мы должны добиться на переговорах. Первое: предотвратить вступление новоземлян в войну с Империей Нишитуры. Второе: выяснить позицию новоземного руководства о вступлении в войну с ассакинами совместно с нами, по возможности, повлиять на его решение. Империя Нишитуры — древний и естественный враг новоземлян, и поэтому вполне понятно, что им выгоден раскол своего врага и поддержка мятежного сектора, то бишь Опетского Королевства. Императора Анатолия и его окружение следует убедить, что ассакины — это угроза не только нам и нишитурцам, но и всему человечеству, что чужаки не остановятся на достигнутом и начнут вторжение на сопредельные звездные державы, если им удастся одолеть нас и Империю Нишитуры. Третье: необходимо, чтобы решение о дислокации в королевстве новоземного флота осталось в силе и, естественно, чтобы помощь нам не прекращалась. Вот три основных пункта, по которым я жду от Куриста и Подгорного положительных результатов.

Шеф спецслужб встретил строгий взгляд монарха и ответил:

— Понял, сир. Не сомневаюсь, что Курист добьется поставленных целей.

Кагер кивнул и, давая понять, что консилариум окончен, встал. Сгибнев и Шкумат несколько опередили его. Последние монаршие слова, обращенные к обоим, были:

— И последнее, вы оба начинаете искать по своим каналам возможности для переговоров с Империей Нишитуры. Задача минимум — заключение перемирия. Задача максимум — мирный договор. Если ни у кого больше ничего нет, консилариум объявляю закрытым.

Видеоэкран в номере офицерского общежития главной базы седьмого флота на Владивостоке III делал наружную обстановку очень четкой и реальной, не смотря на то, что между ним и тем, что он отображал, находилась плита прочного бетонита толщиной в двадцать сантиметров. Мэк стоял у видеоэкрана, который все привычно называли «окном», и праздно рассматривал гарнизонный «ландшафт», который состоял из казарм напротив, облагороженных кустарников, клумб, деревьев и окантованных мощеных дорожек. По ним по своим делам спешили военные, неторопливо прохаживались вольнонаемные служащие. На высоте десятка метров изредка проскакивали гравитолеты.

Из беспорядочного роя мыслей Мэка вырвал дверной сигнал. Оторвавшись от «окна», он прошел к двери и открыл ее. В коридоре стоял посыльный матрос.

— Офицер Мэк?

— Да.

— Вот, это вам, — протянул посыльный бумажный конверт. — Распишитесь в получении.

Мэк взял предложенный лазерный стержень и чиркнул по протянутому пластиковому бланку. Закрыв дверь, он распечатал конверт. Внутри оказался небольшой пластиковый лист, на котором готическим красным шрифтом было отпечатано приглашение явиться к командующему 7-м флотом адмиралу Курбатову. Мэк трижды перечитал послание, пока, наконец, до него дошел смысл, оставивший много вопросов. Зачем он понадобился самому командующему? Что за странная форма вызова? И, наконец, в какой форме одежды надлежит явиться? Время в приглашении указано не было, но, во избежания недоразумения, Мэк решил отправиться тот час же, как приведет себя в порядок. Первым делом он принял душ, от чего сразу ощутил свежесть и бодрость, тщательно выбрился. Критически оценив длину своих волос, которые были не длиннее двух сантиметров на макушке, и которых не было вовсе на затылке и висках, он решил их не трогать. В конце концов, он офицер флота, а не черный легионер.

Из видавшего виды шкафчика был извлечен недавно забранный из химчистки мундир. Неторопливо облачившись, Мэк посмотрелся в висевшее на одной из стен зеркало во весь рост, и пристегнул к ремню портупею с кобурой и импульсным пистолетом. Смахнув с плеча припавшую пылинку, он остался доволен собой. Сдав ключ-карточку администраторше общежития, он вышел на улицу и одел новенькую фуражку. Теперь надо было лишь поймать попутный гравитолет.

Адмиралтейский корпус располагался почти на самой окраине базы. Спрыгнув с попутки у центрального контрольно-пропускного пункта, Мэк подвергся тщательной процедуре проверки охранявшим ворота караулом. Вернув документы и занеся данные посетителя в компьютер, караульный старшина провел его на внутреннюю территорию. Мэк вошел через парадный подъезд и был остановлен дежурным офицером, который изучил приглашение и сообщил куда следует идти. Мэк поднялся на гравилифте в компании двух старших офицеров на требуемый этаж и очутился в просторном холле. Здесь было полно куда-то спешащих офицеров всех рангов и клерков в гражданском.

Помня указания дежурного, он довольно скоро нашел двери с табличкой, гласившей, что здесь находится приемная командующего. Низкий женский голос осведомился о цели его визита, на что Мэк вкратце изложил свою историю и был впущен внутрь. Переступив порог отъехавшей в сторону двери, он оказался в просторном, со вкусом обставленном зале. Справа располагался стол, за которым сидела женщина средних лет и что-то набирала на компьютере. С другой стороны стоял длинный и узкий диван, на котором ожидал приема капитан второго ранга, вертящий кожаную папку в руках. Кивнув старшему офицеру, Мэк присел на другом конце дивана. Минуты через две дверь кабинета командующего распахнулась, вышел седоватый поджарый каперан и, попрощавшись с секретаршей, покинул приемную.

По селектору секретарши раздался голос адмирала:

— Руд пришел?

— Да, господин адмирал.

— Пригласите его.

Сосед Мэка переложил папку в правую руку и исчез за дверью. Прождав около часа, Мэк поднялся с диванчика, когда из кабинета вышел кавторан.

— Господин адмирал, — доложила секретарша, — к вам младший лейтенант Мэк.

— Пусть войдет.

Из мебели в кабинете присутствовали только широкий стол из черного владивостокского дерева и полумягкий стул, да еще сейф из специального сплава рядом со столом. Весь остальной интерьер представлял из себя замкнутую компьютерную систему, аппарат СС-связи и огромный монитор звездной карты владивостокского участка королевства.

— Господин адмирал, младший лейтенант Мэк по вашему... — Мэк на секунду замялся, подбирая слово, пока не нашел, на его взгляд, правильное, — приказу прибыл.

— Старший лейтенант, — поправил командующий.

— Но... следует ли это понимать...

— Верно, следует. Вы повышены в звании. Я с охотой бы дал вам капитан-лейтенанта, но устав позволяет переплюнуть только два ранга. Расслабьтесь, не стоит все время стоять передо мной по стойке «смирно».

Мэк моментально исполнил пожелание командующего, хотя внешне это почти не отразилось.

— Вы, вероятно, удивлены, что я вызвал вас? — продолжил адмирал. — На то у меня было несколько причин и, прежде всего, мое желание лично увидеть молодого офицера, спасшего корабль и своих товарищей.

— Но мой корабль погиб, господин адмирал.

— Вы сделали все возможное и даже больше. Вывести корабль из вражеского тыла, провести его сквозь плотные боевые порядки неприятеля — это под силу поистине мужественному человеку. Не ваша вина, что, в конце концов «Защитник» погиб. Главное, что вы стремились, и то, как вы повели себя, приняв командование. Офицеры моего штаба очень высоко оценили ваши действия, особенно то, что вы в числе последних покинули гибнущий звездолет. Это в духе наших традиций и высоко ценится на флоте. Я получил представление на вас от вице-адмирала Виггера.

Командующий достал из сейфа небольшую коробочку черного цвета и вышел из-за стола.

— Старший лейтенант Мэк, за мужество, проявленное вами при исполнении своих обязанностей в боевой обстановке, вы награждаетесь орденом доблести Опета.

Курбатов подошел и прикрепил орден к его груди рядом с золотым крестом.

— Служу Отечеству и королю! — выпалил Мэк и отдал честь. Тоже самое сделал и адмирал.

Мэк позволил себе ненадолго задуматься о тех событиях, в которые он был вовлечен недавно. Как выглядели его поступки со стороны, он видел в лице оценки командующего. Но сам он думал несколько иначе. Ему казалось, что тогда им руководил страх. Животный страх заставил его метаться, ища выход из безвыходной ситуации. Погибнуть и попасть в плен — для него было едино. И только теперь Мэк это осознал.

— Хотите услышать мое мнение по поводу вашего будущего? — спросил командующий.

Мэк только кивнул.

— Вас ждет блестящая карьера и вы вполне сможете дослужиться до адмиральского чина. Или геройская смерть... Вы когда-нибудь мечтали командовать собственным кораблем?

— Не скрою, господин адмирал, однажды как-то думал об этом.