Он пресытил меня горечью, или Так тоже можно жить - Татьяна Маркина

До этого времени Таня действовала спонтанно, теперь же она могла рассчитать ситуацию на несколько шагов вперед. Если девушка войдет в один из домов, то маньяк, скорей всего повернет обратно на остановку. В этом случае, Тане тоже нужно будет зайти в ближайший подъезд, чтобы преступник ее не заметил. Если же «мишень» маньяка повернет в сторону частных домов и выйдет на пустырь, то маньяк попробует напасть на нее, но, скорей всего, прежде убедится, что его никто не видит и осмотрится по сторонам. Что делать ей в таком случае? Прятаться, чтобы не вспугнуть маньяка? И ждать Сашу с Женей? Или выдать себя, чтобы нарушить планы маньяка и спасти девушку? Скорей бы прибежали ребята.

Девушка миновала переулок и вышла к пустырю. В темном пространстве пустыря кремовый плащ выделялся светлым пятном. А ее преследователь в черной куртке, наоборот, растворялся, сливаясь с глубоким вечером. Таня немного прибавила шагу, чтобы не терять его из виду. Если он набросится на девушку, то она нападет на него, вдвоем они с ним справятся, а там прибегут ребята и сдадут его в милицию.

Впереди навстречу светло-кремовому плащу выплыла серая куртка, их хозяева о чем-то мирно заговорили и пошли уже вместе. Девушку в опасном месте встречал отец или муж. Таня хотела развернуться и пойти назад, но еще раньше это сделал объект ее погони — в темноте к ней приближался белый овал его лица. Повернуться и броситься назад от прохожего она постеснялась. Во-первых, ей стыдно было выглядеть такой трусихой, во-вторых, честного человека ее бегство должно бы обидеть, если она ошиблась и это вовсе не маньяк. И она продолжала идти вперед, только немного медленнее.

У нее громко стучало сердце, когда они встретились на тропинке, она крепко сжала сумку в руке, приготовившись обороняться, как учил ее Женя. Но «маньяк» спокойно прошел мимо, бросив на нее немного виноватый взгляд, как будто извинялся за то, что ведет себя столь нелогично, повернув назад на середине пути и, тем самым, пугая ее в столь позднее время. Неужели она ошиблась, и это не он? Но почему он повернул назад? Понял, что жертва ускользнула от него? И теперь идет к отправной точке, ждать новую жертву? А зачем, собственно, возвращаться и снова ждать, когда жертва уже есть и эта жертва — она, Татьяна? Значит это не маньяк, раз не стал нападать на нее? Или его вспугнул мужчина в серой куртке? Таня вгляделась вперед — девушки с приятелем уже не было видно.

Таня услышала позади себя шаги. Это Саша с Женей! Как они быстро обернулись! Молодцы, не стали ждать трамвая в обратную сторону, а пришли на пустырь с другой стороны. Но как они догадались, что она уже здесь, а не ждет их на остановке? Таня развернулась навстречу друзьям и замерла — ее догонял знакомый незнакомец. Наверное, он не сразу понял, что она является подходящим для него объектом или не хотел вспугнуть ее — ведь он всегда нападал на своих жертв сзади, хватая их за горло и опрокидывая на спину.

Таня словно окаменела, нужно было разворачиваться и бежать назад, вернее вперед, неважно куда, только подальше от него, но она не могла сдвинуться с места. Наконец, она заставила себя повернуться и, преодолевая оцепенение, сделала первый шаг, а затем побежала. Но вскоре услышала чужое ровное дыхание совсем близко у себя за спиной — ее догоняли. Она поняла, что для него все повторяется, он уже не раз догонял и нападал сзади, а она находилась в невыгодном положении. Тогда она резко развернулась и бросила в него сумочку, как учил ее Женя. Это помогло ей выиграть время — преследователь растерялся, она набросилась на него и сильно толкнула его. Он не упал, как делал Евгений на тренировках, но все-таки пошатнулся и замер. Таня рванула бежать, громко призывая Сашу и Женю — это тоже должно отпугнуть насильника. Замешкавшись, он позволил Тане увеличить расстояние между ними, но ее преимущество исчезло, когда она споткнулась о камень и приземлилась на колено одной ноги. Она тут же вскочила, но едва сделала новый шаг, как ее опрокинули на спину, сильно дернув за воротник. Но она не упала, потому что нападавший обхватил ее за шею и поволок за собой в сторону от тропинки. Она вцепилась в его локоть руками, иначе он бы оторвал ей голову.

Наконец остановившись, он повалил ее на землю. «Нужно что-то делать, нужно что-то делать» — отбойным молотком стучала в голове мысль, пока она отпихивала от себя руки преступника, успевшего сесть ей на живот и тянувшегося к горлу. Но эта настойчивая мысль, бившаяся в ее голове, заглушала все остальные, она не могла вспомнить, что Женя говорил ей делать в такой ситуации, а до автоматизма, чтобы тело само могло вспомнить, как действовать, ей было далеко. Да еще что-то твердое и острое впилось ей в спину, прямо в позвоночник, причиняя невыносимую боль.

Таня вновь позвала Сашу — Женя учил ее, что обычное «Помогите» звучит беспомощно, а когда выкрикивают имена даже несуществующих друзей, это может напугать преступника. Мужчина размахнулся и со всей силы ударил ее кулаком по лицу. Она только смогла охнуть, задохнувшись от боли. Голова дернулась, в ней как будто что-то хрустнуло, разорвавшись огненным жаром. Ее еще никогда так не били. Даже Проха только боролся с ней. Быть может, ей сломали челюсть. Ее калечили, убивали по-настоящему. И как только она смогла набрать в легкие воздуха, сразу же закричала от ужаса умирания.

Вопль перешел в хрип — насильник сомкнул руки у нее на шее. Таня схватила его руки и безуспешно пыталась оторвать их от своего горла. Она делала это на уровне инстинкта — Таня задыхалась, и уже ни о чем не думала, только о том, что скоро не сможет вздохнуть. Руки насильника стальным кольцом сжимались у нее на шее, а она не могла отогнуть даже один его палец. Да и Женя говорил ей, что это бесполезно, это главная ошибка жертвы задушения. Вместо того, чтобы тратить драгоценное время, пытаясь оторвать руки душителя от горла, надо постараться причинить ему как можно больший ущерб, чтобы он переключился от удушения на защиту. Надо ударить его ребром ладони в кадык, царапать и выдавливать глаза. Таня ткнула пальцами в самое уязвимое его место на лице — глаза, но насильник мотал и вертел головой так, что она не могла попасть ему в глаза. Да еще каждый раз, когда она двигала руками, камень на земле все сильней и сильней впивался ей между лопатками. Камень! Таня опустила руки и пошарила на земле в поисках подходящего камня. Но кроме мелкого щебня и каких-то веток под руками ничего не было. Тогда она бросила собранный в кулак щебень и песок ему в лицо. Насильник громко выругался и ослабил хватку на ее горле, но рук не отпустил. Он мотал головой и быстро моргал. Таня успела сделать несколько полных вдохов, прежде чем его руки сжались на шее с новой силой.