Чародей поневоле - Кристофер Сташефф

И тут она увидела колыбель.

— О Магнус! — протянула она укоризненно — так, как способны только матери.

— Нет, нет! — торопливо проговорил Род.— Он хороший мальчик, Гвен, правда? Я только что сказал ему, какой он хороший. Хороший, хороший мальчик!

Малыш смотрел на отца, обескураженно нахмурив маленькие бровки.

Мать его была столь же обескуражена.

Но тут глаза ее широко раскрылись. Она поняла, каким образом колыбель могла оказаться снаружи.

— О Род!

— Вот-вот,— с нескрываемой гордостью кивнул Род и ухмыльнулся.— Какой молодец, а?

— Но… но, господин мой! — Гвен покачала головой. Вид у нее был изумленный и недоверчивый.— Только ведьмам под силу передвигать не только себя, но и вещи. Колдуны этого делать не могут!

Род открыл крышку колыбельки и взял ребенка на руки.

— Ну… он же не мог сделать этого с помощью леви… летания, правда?

— О нет, у него недостало бы силы поднять крышку вместе с собой… Он еще слаб. Но колдуны не могут…

— А он может,— Род улыбнулся малышу и любовно приподнял его подбородок.— Ну, что скажешь? Мой ребенок — гений!

Малыш гукнул и вылетел из рук Рода.

— Ой! Вернись! — Род подпрыгнул и ухватил малыша за пухлую ножку, пока тот не успел улететь с порывом утреннего ветерка.

— О Магнус! — Гвен подбежала к ним и взяла малыша у Рода,— Мой храбрый мальчик! Когда ты вырастешь, ты станешь самым могущественным из чародеев!

Малыш улыбнулся ей. Похоже, он был не слишком уверен в том, хвалят его или ругают, но спорить не собирался.

Род, переполненный отцовской гордостью, с довольной улыбкой водворил колыбельку в пещеру. И было чем гордиться — колыбель была очень тяжелая!

Род взял обрывок веревки и принялся привязывать колыбель.

— Вот ведь какой! — сказал он, в изумлении качая головой.— Всего-то годик ему… еще и ходить не умеет, а… Гвен, а в каком возрасте обычно начинают левитировать?

— Леви… О, ты хотел сказать — «летать», господин мой! — Гвен вернулась в пещеру, прижав к груди малыша.— Лет в тринадцать, господин мой. В эти годы юные колдуны начинают летать.

— А этот начал в девять месяцев.— Род гордо выпятил грудь.— Ну а в каком возрасте маленькие ведьмочки начинают летать на метлах?

— В одиннадцать, господин мой, а может — в двенадцать.

— Ну что ж, тут он также побил рекорды… если не считать того, что колдуны вообще не должны уметь делать так, чтобы метлы летали. Что за ребенок!

О том, что Магнус, скорее всего, являл собой чудо мутации, Род говорить не стал.

Он погладил мальчика по головке, а тот ухватил пухлой ручонкой его палец.

Род, сияя, взглянул на Гвен:

— Вырастет — станет великим агентом.

— Мой господин! — озабоченно нахмурилась Гвен.— Ты же не заберешь его с Грамерая?!

— Ни в коем случае! — Род взял Магнуса у жены и подбросил его.— Ему и тут работы хватит по горло!

Магнус взвизгнул от восторга и воспарил к потолку.

Род совершил прыжок, сделавший бы честь прыгуну с шестом, и поймал расшалившееся дитя.

— И потом, он, может быть, и не захочет вступать в АБОРТ, кто знает?

Род был агентом Ассоциации борцов с ростками тоталитаризма — организации, действовавшей под эгидой Децентрализованного Демократического Трибунала — первого и единственного правительства в истории человечества, которое не базировалось на Терре. Сенат заседал с помощью электронной связи. Его председатель обитал на звездолете, который, как правило, мотался от планеты к планете. Тем не менее более сильного демократического правительства в истории просто не бывало.

АБОРТ представляла собой организацию, ведавшую возвращением к цивилизации так называемых затерянных колоний прежних терранских империй. Род исполнял постоянное задание на Грамерае, планете, в свое время колонизированной мистиками, романтиками и эскапистами. Цивилизация здесь была средневековая, народ страдал предрассудками, а у малой части населения отмечались способности, местными жителями именуемые «колдовскими».

Вследствие этого ДДТ в целом, а АБОРТ в особенности были чрезвычайно заинтересованы в Грамерае. Местные «ведьмы» и «колдуны» были эсперами. У одних были одни проявления экстрасенсорики, у других — другие, но все они в той или иной степени владели телепатией. И поскольку сила демократии (а следовательно, и ее выживаемость) напрямую связана со скоростью связи, а скорость телепатической связи была мгновенной, ДДТ в высочайшей степени ценил свою единственную колонию, населенную эсперами.

Поэтому Род был назначен хранителем этой планеты и был обязан плавно вывести ее политическую систему на путь, который призван был в итоге привести Грамерай к демократии и полноправному членству в ДДТ.

— Эй, Векс,— позвал Род.

Огромный черный жеребец, пасущийся на лугу неподалеку от пещеры, поднял голову и взглянул на хозяина. За ухом у Рода, из микрофончика, вмонтированного в кость черепа, послышался его голос:

— Да, Род?

Род фыркнул:

— С какой стати ты жуешь травку? Кто и когда видел робота, переваривающего углеводы?

— Нужно же сохранять видимость, Род,— укоризненно проговорил конь-робот.

— Еще немного, и ты начнешь волочиться за кобылками! Послушай, дружище, у нас тут событие! Малыш нынче осуществил свой первый эксперимент по телекинезу!

— По телекинезу? Но я полагал, что эта способность передается по женской линии, Род.

— А вот представь себе, взяла и передалась по мужской,— отозвался Род. Он уложил Магнуса в колыбель и крепко закрыл крышку, не дав Магнусу снова вылететь.— Что скажешь, Векс? Этот мальчик побьет все рекорды!

— Я с радостью стану служить ему,— промурлыкал робот.— Как служил его предкам уже пятьсот лет, со дней жизни первого из Арманов, который основал…

— Ой, только не надо углубляться в фамильную историю, Векс.

— Но, Род, это ведь неотъемлемая часть наследства ребенка, и он должен…

— Ну, тогда хотя бы прибереги это повествование до той поры, как он научится разговаривать.

— Как пожелаешь,— отозвался робот, и в его механическом голосе прозвучало некое подобие огорченного вздоха.— В таком случае я обязан известить тебя о том, что в скором времени тебе предстоит принять гостя.

Род замер и, выгнув бровь, уставился на коня.

— Кого ты там заприметил?

— Никого, Род, но я зафиксировал звуки, характерные для передвижения маленького двуногого существа, перемещающегося по густой траве.

— О,— облегченно вздохнул Род.— Эльф пробирается по лугу. Ну, этих мы всегда рады видеть.

В это же мгновение из травы у входа в пещеру выбрался человечек ростом восемнадцать дюймов.