Стихия огня (Иль-Рьен - 1) - Марта Уэллс

Каде бросилась в сторону, нежить промахнулась, испустив яростный вопль. Отчаянно хлопая крыльями, Каде пыталась набрать высоту, чтобы воспользоваться ошибкой противника, а потом услышала, как его свирепый крик наполнился болью; рискнув посмотреть вниз, она увидела, что враг катится по крыше Королевского бастиона, а по кожистым крыльям и темному телу пробегают сполохи огня. Спригган упал прямо в Аблеон-Индис. «Итак, я права», подумала Каде с великим удовлетворением. Но без ключ-камня оберег значительно ослабел, иначе бы он сразу испепелил эту тварь. Итак, в ее распоряжении оказался один оберег, и следовало подумать, как лучше всего воспользоваться ограждением.

Она повернула к Северному бастиону. Тут по спине резанули острые когти, удар отправил ее кувыркаться в воздухе. На нее вновь пикировал второй черный спригган, она отчаянно заметалась, пытаясь найти спасение. Стена Северного бастиона как будто бы закружилась, одновременно подвигаясь все ближе и ближе.

Инстинкты, которым недавно сопротивлялась Каде всей своей силой, овладели ею, позволив выровнять полет и направить его к высившейся впереди плоской скале. Когда ее царапнули когти и за спиной дунули ветром крылья сприггана, наносящего свой последний удар, на какой-то миг она потерялась, пытаясь сообразить, что ей теперь нужно делать; мысли человека одолевали страх сокола, отчаянно стремившегося повернуть и броситься на сприггана в безнадежной атаке. Последним кусочком, оставшимся от нее самой, она дотянулась в памяти до затаившейся в ее перьях искорки света, которая в ином существовании была стеклянным шариком королевы фейри. Каде раздавила хрупкую сферу.

И тут пальцы ее впились в щели между камнями, ботинки скользнули по карнизу. Спригган в смятении вскрикнул, внезапно оказавшись перед человеком, окруженным радугой рассеивающегося заклинания. Испугавшаяся тварь отлетела, и, уже рыдая от утомления, Каде приникла к камню и ударила по задвижке. Раз, другой — и ставни открылись… Каде свалилась на пол.

Какое-то мгновение она, задыхаясь, полежала на холодном деревянном полу посреди пустой комнаты. А потом запустила руку в карман. Осколки стеклянного шарика Титании еще оставались теплыми, сила заклинания пока не оставила их. Ну ничего, во всяком случае, она не скоро соберется вновь прибегнуть к этому способу, подумала она, неловко садясь. Когти фейри разодрали ей пальто и оставили на спине две кровоточащие борозды. Рубашка и платье ее уцелели, но распахнулись, и она в растерянности принялась копаться в карманах, надеясь отыскать в них булавку, чтобы скрепить ткань. Тут Каде заметила, где именно оказалась: золоченые книжные шкафы вдоль стен, огромные окна, прекрасный резной стол для двоих, все еще загроможденный бумагами, две книги на нем и опрокинутая чернильница.

В своем смятении Каде начисто забыла, в какую комнату ей надо попасть. Она намеревалась приблизиться осторожно и убедиться в том, что в комнатах никого нет. Ругая себя, она беспокойно поднялась, ожидая услышать чей-нибудь голос. «Глупая, глупая, теперь ты все погубила! Неужели он все еще пользуется этими комнатами? Неужели ты одолела все это лишь для того, чтобы сразу попасться?»

Она оперлась рукой о стену, чтобы не подвели еще нетвердые ноги, и крадучись направилась к двери. Но и в следующей комнате — крохотной гостиной, где мебель завалена грудами книг, — было холодно и пусто. Каде пошла дальше, ощущая, что сердце ее начинает успокаиваться. Слышно было только завывание ветра… Темные покои не освещали ни свеча, ни очаг. Значит, этот лиходей Грандье не вернулся сюда.

Вернувшись в кабинет, Каде приступила к лихорадочным поискам. Надо искать в самых простых местах. Это случилось, кажется, год назад, но в то утро, когда она беседовала с ним, оставаясь на подоконнике, он уже знал, что в одну из ночей впустит во дворец воинство. «Ведь предал тебя не Гален, — напомнила она себе, — а убийца Урбейн Грандье».

Она подошла к столу и принялась открывать ящики, заметив листы, испещренные неразборчивыми вычислениями. На полках стояли «Алхимия и поиск чудесного» и «Черные ключи», не представлявшие для нее интереса.

Каде отправилась по комнате, обследуя полки, перекладывая книги, заглядывая под подушки на креслах, а потом обратилась к стоявшему на полу кожаному сундуку. Книги, наваленные поверх него, не обнаруживали столь толстого слоя пыли, как было во всей комнате; кроме того, Каде помнила, что в момент ее появления здесь Дубелл — то есть Грандье — только что прятал туда какой-то предмет.

Каде опустилась на колени возле сундука и сняла книги с крышки. Сундук даже не был заперт. Она открыла его и разочарованным взглядом окинула аккуратно сложенные простые фланелевые одеяла.

Потом она сняла верхний слой. Камень лежал под ним на ткани — взятый с берегов какого-нибудь горного ручья, голый, сглаженный и скругленный водой… небольшой камешек, помещающийся в ее сложенных вместе ладонях. Ныне ключ-камень был тих и безмолвен. Каде покрутила его, дивясь знакам, литерам и формулам, врезанным в поверхность. Начальные буквы были на взгляд достаточно крупными; далее, огибая камень, они уменьшались в размере… явно как венец. Выполненные не одной рукой литеры мельчали настолько, что выгравировать их можно было лишь резцом ювелира. Последние были едва различимы глазом. Каде заморгала, голова ее шла кругом. Смысл этих формул она могла проследить только на лицевой стороне камня и то не до конца.

«Ну, — сказала себе Каде, перебрасывая камень из ладони в ладонь. Итак, я нашла его. Теперь остается отыскать Томаса и вернуть камень на свое место в подвале».

Каде опустила камень в сумочку, которую прихватила с собой, надежно пристроила ее на теле, а потом на цыпочках направилась к выходу из апартаментов.

Мгновение она подождала возле тяжелой деревянной двери и, не услышав никаких подозрительных звуков, осторожно открыла ее. В следующей комнате было темно, однако иного она не ожидала. Пахло сырой затхлостью, откуда-то издали, едва различимый в морозном воздухе, доносился запах смерти.

Каде помедлила, положив руку на косяк двери. Сердце бухало внутри, словно кувалда.

Если черный спригган снаружи караулил окно, значит, должна быть охрана и изнутри.

Тремя легкими прыжками она пересекла прихожую, очутившись возле противоположной двери. Пусть этот страж сам следует за ней. Ключ-камень в ее руках, и она способна сейчас сделать все что угодно.

Вперед уходила анфилада комнат, наполненных растворяющимися в тенях безмолвными силуэтами.

Каде скользнула через первую комнату, спина ее покрылась холодным потом, ключ-камень всем своим уже ставшим привычным весом толкался ей в ногу. Во второй комнате она остановилась. Холод сделался каким-то иным. Каде ощущала, как он обволакивает ее, словно туман, прилипая к лицу, волосам и одежде.