Кризис - Генри Киссинджер

сделать. Может быть, вам стоит поиграть по-своему, и они купятся на это.

Д: У нас есть общий друг, он только что позвонил мне по прямой линии и сказал кое-что, что я не собирался Вам рассказывать. Но, раз уж вы позвонили, он сказал: сообщите моему другу Генри, что, если Голда Меир или любое другое правительство откроет этот коридор, он не проживет в Израиле и суток. Я не…

К: Трагедия в том, что я считаю, что Израиль потеряет все на этом пути, но для них лучше делать под принуждением, чем принимать это как свое решение.

Д: В этом посольстве у нас есть три девушки, которые потеряли брата или двоюродного брата в этом сражении. Это пример того, что оно сделало с нашей страной. При завершении окружения и закрытии этого прохода мы потеряли множество и множество жизней. Если мы откроем проход, мы дадим жизнь двум или трем дивизиям, которые будут представлять угрозу для наших укреппозиций. Мы знаем, каковы их намерения на сегодняшний вечер. Они угрожают нам и президенту США. Мы не можем позволить им реализовать эти планы. Мы не пытаемся – мы не можем позволить себе оживить эту армию, а они будут пытаться сделать это. У них есть ракеты и танки, готовые к переоснащению. Мы видели их, и у нас есть магнитофонные записи на сегодняшнюю вторую половину дня.

К: Я пытаюсь сказать Вам, что это не имеет большого значения. Вы будете вынуждены, если до этого дойдет.

Д: Премьер-министр спросила, должна ли она написать послание президенту.

К: Напишите, если вам от этого хорошо. Это практически невозможно…

Д: Мы готовы их выпустить, но должны ли мы… их. Должен ли Израиль рассматривать этих противников…

К: Есть одно – что вы можете удерживать дорогу после прекращения огня.

Д: Это нереалистичный аргумент здесь. Советский Союз решил, что нельзя унижать египетскую армию, поэтому мы пытаемся…

К: Давайте посмотрим, что говорится в сообщении, которое придет по горячей линии. Мы еще не знаем, что там написано. У нас может не быть проблем. Честно говоря, я настроен очень пессимистично. По крайней мере, должно было быть предложение, которое сейчас рассматривается.

Д: Кстати, теперь мы разрешили Красному Кресту заниматься ранеными. Этим вечером.

К: Вы знаете, что я на вашей стороне. Если бы эта Третья армия могла исчезнуть сегодня вечером, никто не был бы счастливее меня. Меня не интересует Третья армия, но это обстоятельство становится для нас слишком обременительным. Это мое мнение, но не в официальном качестве. То, что я посоветовал вам сегодня утром, я советую вам в виде тактики для осуществления того, что, я был уверен, непременно произойдет. Этого еще не произошло. Не будем об этом сейчас беспокоиться.

Д: Мы подождем и будем решать проблемы по мере их появления. Не думаю, что у нас есть другой выбор.

К: Я думаю, что у вас практически… Если Вы окажетесь правы, я буду праздновать вместе с Вами.

Д: В любом случае мы будем праздновать по случаю того, что Вы ошибались.

К: Никогда я так не хотел ошибиться.

Д: Это единственное, что заставляет меня верить, то, что мы можем вместе сотрудничать в этом деле.

К: На Вас не будут давить ни секунды, прежде чем это станет неизбежным.

Д: Я ценю это.

Наконец, в 21:00, через четыре часа после уведомления, пришло сообщение по горячей линии.

ГЕНЕРАЛ СКОУКРОФТ – КИССИНДЖЕР

Пятница, 26 октября 1973 года

21:14

С: Они как раз приносят следующие три страницы. [Читает записку Брежнева.]

К: Это будет потрясная вещь.

С: Это нечто первоклассное.

К: […] Они [израильтяне] – безумные герои. Если бы они дали нам возможность пообщаться с ними. Этого вполне достаточно, чтобы просто стошнило.

С: Это был еще один прекрасный день. Я позвоню Вам, как только откроются последние две страницы.

К: Я не знаю, как нам удалось заставить их это сделать.

С: Мы действительно не могли. Так трудно понять, как они не могут понять, что делают. Я не знаю, что еще мы можем сделать, чтобы не озвереть от всего этого.

ЛОРД КРОМЕР – КИССИНДЖЕР

Пятница, 26 октября 1973 года

21:35

Кр: Я считал, что президент просто великолепен. Судя по косвенным замечаниям Госдепартамента сегодня днем, я думаю, что у вас там куча неприятностей. Я был сегодня на официальном завтраке – как Вы знаете, у меня нет жалоб, но они постоянно жаловались на отсутствие консультаций по чему-либо. Поэтому, когда президент выходит в эфир и говорит, что европейцы не очень-то помогали ему, это может вызвать много недовольства. Я знаю, что…

К: Что ж, мы готовы принять это, Ролли. У нас вот-вот – европейцы должны признать, что президент сыт по горло.

Кр: Их не приглашали, чтобы проинформировать.

К: Это не относится к Вам.

Кр: Это то, что я говорю. Я звоню Вам как друг, а не как посол. У меня нет никаких жалоб. Я звоню, чтобы сказать, что вы можете подвергнуться публичной критике.

К: Давайте будем честными. Мы могли бы посоветоваться с дьяволом и поддержать европейцев, и они бы ни на йоту не изменились.

Кр: В этом есть доля истины. Я не пытаюсь понять, кто прав, а кто виноват. Судя по тому, что я услышал сегодня за обедом, они очень недовольны.

К: Мы можем достичь точки, когда по обе стороны Атлантики возникнет необходимость в переоценке отношений с США…

…

ПОСОЛ ДИНИЦ – КИССИНДЖЕР

Пятница, 26 октября 1973 года

21:40

К: Мы получили сообщение, которое дает нам еще один день. Они [Советы] утверждают, что Садат просил нас отправить невоенные грузы. Они [Советы] этого не делали, но говорят, что в течение дня, если этого не будет сделано, они примут соответствующие меры. Теперь мне придется обсудить это с президентом. Я говорю Вам тут и сейчас, Вы не можете ожидать повторения выступления вчерашнего вечера.

Д: Я понимаю.

К: Вы прочитайте это, и потом давайте переговорим.

Д: Да, я прочту.

К: Они обсуждают конфиденциальное понимание с нами. Я хочу, чтобы Вы знали, единственное конфиденциальное понимание, которое у нас есть, – это совместная поддержка, которую я обсуждал с премьер-министром. Нет иного конфиденциального понимания.

Д: Для переговоров?

К: Да.

Д: Вы хотите, чтобы я кого-нибудь послал?

К: Нет, позвоните Скоукрофту.

Д: Могу я позвонить ему сейчас?

К: Да, оно [сообщение] у него есть.

ПОСОЛ ДИНИЦ – КИССИНДЖЕР

Пятница, 26 октября 1973 года