Кризис - Генри Киссинджер

– советская нота была не такой грубой, как раньше. Она была гораздо более вежливой, чем в среду. Мы решили, что не можем допустить продолжения ситуации, в которой существует опасность постоянной конфронтации с Советским Союзом в результате действий, предпринятых после переговоров с Советским Союзом о прекращении огня. Поэтому мы решили, что Израиль должен будет разрешить доставку невоенных товаров в эту армию. После получения послания по горячей линии, в котором, грубо говоря, содержалась просьба на поставку невоенных товаров, мы сказали израильтянам, что, если к 8:00 часам сегодня утром они не согласятся на это, мы присоединимся к большинству членов Совета Безопасности, чтобы выразить чувство гуманности, что нечто подобное должно быть разрешено, и сказали ему [Диницу], что им придется связаться с египтянами и обсудить вопрос соблюдения прекращения огня. Я сказал им, что Садат и Брежнев осаждают нас с обвинениями в умышленном нарушении договоренностей. Они готовы к переговорам по последней теме, но вышли на орбиту по первой. Они утверждали, что предадут все огласке и заявят, что их изнасиловали сверхдержавы за преступление, состоящее в том, что они такие маленькие. На урегулирование этого ушло много часов прошлым вечером. Мы отстояли свою позицию. Во всяком случае, в 4:00 этого утра египтяне согласились на прямые переговоры с израильтянами по Суэцкому каналу для обсуждения существующих военных проблем при условии, что сегодня будет пропущен один конвой. Вот такая ситуация на сейчас. Проходит один невоенный конвой, египтяне и израильтяне встречаются в течение часа.

Ф: Если Вы сможете заставить их встретиться и начать говорить, это будет большим достижением.

…

Но на Ближнем Востоке каждый шаг вперед требует зондирования почвы на предмет наличия зыбучих песков. В 11:00 по вашингтонскому времени (или 17:00 в Каире) Израиль сообщил нам, что египтяне не явились в назначенное время или в назначенное место. Последовал шквал обменов. Выяснилось, что египетские военные представители, направлявшиеся на встречу на 101-м километре, были остановлены на указателе 85-го километра израильскими часовыми, которые утверждали, что не получали указаний пропустить их. Они до странности не горели желанием пообщаться со своим командованием по поводу беспрецедентного явления египетского генерал-майора, который, как выяснилось, настаивал на разговоре напрямую со своим израильским коллегой! Путаница вскоре разрешилась. Я лично разговаривал с Голдой. По всей видимости, Израиль не уведомил главу Вооруженных сил ООН генерала Энсио Сииласвуо[28] о том, чтобы были сделаны необходимые приготовления, которые, как я сказал Исмаилу, он сделает[29]. Я настаивал на том, чтобы было установлено новое время и заранее согласованы все предварительные уведомления. После значительных перепасовок – вызванных необходимостью передачи сообщений между сторонами на расстоянии нескольких сотен километров через Вашингтон или на общее расстояние в девятнадцать с лишним километров – было решено, что два генерала встретятся в полночь.

В конце концов, в 1:30 ночи по местному времени в воскресенье, 28 октября, на полтора часа позже нового графика, израильские и египетские военные представители впервые за двадцать пять лет встретились для прямых переговоров под эгидой наблюдателей ООН. Но в течение всего дня израильтянам удалось отсрочить проход конвоя. Они сказали мне поздно вечером 26-го, что у Третьей армии есть еда и вода на двое суток; они были полны решимости держать армию на строгом рационе; если армия развалится, когда конвой будет в пути, в Иерусалиме не прольется ни слезинки. Наконец, в понедельник утром, 29 октября, я смог сообщить Хафизу Исмаилу, что конвой прибыл в пункт назначения. Египет согласился на дальнейшие встречи. Хотя они так и остались безрезультатными, поворот к переговорам начался. Вскоре он стал необратимым.

МИНИСТР ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЗАЙЯТ – КИССИНДЖЕР

Суббота, 27 октября 1973 года

12:04

К: Как мило с Вашей стороны позвонить.

З: Я хочу от всей души поблагодарить Вас за Ваш разговор. Проблема, однако, в том, что он не реализован. Я видел сообщение из Израиля: Каир говорит, что они сопротивляются до тех пор, пока не войдут в Суэц.

К: Нет! Мне сказали, что с этого момента израильтяне ждут [на] сто десятом километре канала, находятся там с 3:00 утра и готовы пропустить конвой.

З: Наша информация – хорошая информация. Этим утром они ждали там. Израильтяне говорят, что у них нет инструкций.

К: Это невозможно. Господин министр иностранных дел, мы будем поддерживать то, что мы вам сказали. Вы отправляйте свой конвой. Израильтяне ждут на сто десятом километре. Отправьте туда своего человека, и мы немедленно займемся этим. Мы пытаемся помочь.

З: Я сразу же свяжусь со своими людьми.

К: Я свяжусь с остальными, чтобы позвонить Даяну.

З: Большое спасибо.

К: Я попрошу кого-нибудь из сотрудников моего аппарата позвонить и помочь Вам немедленно дозвониться.

З: Большое спасибо.

ГЕНЕРАЛ СКОУКРОФТ – КИССИНДЖЕР

Суббота, 27 октября 1973 года

12:05

…

К: Мне только что позвонили от Зайята и сказали, что израильтяне говорят, что у них нет указаний пропустить колонну конвоя. Зайят хочет позвонить в Каир. Сможешь ли ты поручить кому-нибудь связаться с его отелем и освободить линию связи от посторонних или установить связь для него через наши сети?

С: Мы можем передать это через наш коммутатор.

К: Нам это нужно быстро.

С: Да, я сделаю это.

ГЕНЕРАЛ ХЕЙГ – КИССИНДЖЕР

Суббота, 27 октября 1973 года

12:28

К: Пресс-конференция дошла до Москвы, и Брежнев спросил Добрынина, может ли это быть правдой. То, что произошло в среду, сравнивали с бомбардировкой Ханоя.

Х: О нет! Как моральный дух Добрынина?

К: Он считает, что между двумя господами должно возникнуть прямое противостояние [Брежнев и Никсон], но Вы знаете, что произошло ночью. Израильтянам сказали, что мы не можем допустить, чтобы они давили на Египет таким образом, – сказали египтянам, чтобы они встретились с израильтянами и проработали детали. Израильтяне как с ума посходили и заявили, что предадут все огласке и что их жестоко преследуют из-за того, что они малы. В 4:00 [именно] израильтяне согласились с проведением этой встречи, пропустив один конвой через границы. Я думал, что все улажено, но теперь израильтяне сидят на месте встречи, а египетский конвой сидит где-то в пределах Израиля [израильские пограничные линии].

Х: Мы не можем допустить, чтобы люди голодали.

К: Вы можете помочь мне успокоить этих маньяков в минобороны. Он [Шлезингер] сейчас психует почем зря – мы не можем доставлять припасы в Египет по воздуху.

Х: Одна вещь, которую он упомянул, – это ввод войск в [те] договорные государства [Эмираты] для добычи нефти.