Рыцарский престол - Юрий Иванович

– Сейчас бы знатно накушаться и…

– И спать!

Глава тридцать первая

Сражение за вадерлон

Вылететь из гостеприимного дворца Пустынный удалось только на рассвете. Ибо никак не получалось поднять «на крыло» не оправившихся от ран сайшьюнов. Шмели недовольно хрюкали, даже не сразу разрешили залезть к себе на спину. И только часовое бдение добытчиков в третьем эфирном слое и наловленные там несколько десятков эфирных устриц помогли склонить умиротворенных такими деликатесами духов к дальнейшему путешествию. Да и то нести максимальный груз они отказывались. Пришлось почти весь свой багаж отправить на флагман «Стремительный», а с собой взять только минимум самого необходимого. В итоге получилось, что на Зэро уселись Загребной, Люссия и Лейт с Гебертом, а Айн согласился везти только троих: нового наездника Виктора и двух самых сильных Шабенов из империи Зари.

Имперский флагман, оба корабля Виктора и прибывший к тому времени демонический корабль с археологами тоже двинулись в сторону Жармарини при полных парусах и на максимальной скорости. К ним присоединилось сразу с десяток торговых судов, опасающихся в такое неспокойное время плавать в одиночку. Благодаря магическому радару встреч и с большими железными кораблями саниеровцев, окажись такие на пути, сборная эскадра легко избежит. Так что за их судьбу волноваться не приходилось. А вот явное опоздание в Вадерлон беспокоило Виктора невероятно. И даже непосредственно в полете он продолжал обсуждать животрепещущую для него тему.

– Чего ты так переживаешь? – удивлялся Семен, со спокойной уверенностью чувствуя, как его крепко обнимают руки сидящей сзади демонессы. – Войск у Жармарини хватает, достаточно их просто рассредоточить и начать элементарную партизанскую войну, как пушки и даже ружья окажутся малоэффективны.

– А то ты не знаешь рыцарей! – переживал сын. – Спроси вон сзади тебя сидящих Лейта или Геберта, согласятся ли они прятаться за деревом и высовываться оттуда лишь для выстрела из арбалета.

– Хо! Но ведь должен быть здравый смысл. Да и приказы вер ховных все обязаны выполнять на войне беспрекословно.

– Если бы еще и сами верховные соображали, что делать.

– Неужели они настолько тупые, ограниченные шорами традиций, что выведут колонны в чистое поле под шрапнель пушек? – не верил Загребной.

– На поле, может, и не выведут, а вот рассредоточить, в ерно, не догадаются. А если еще и всем скопом командовать начнут, тогда точно за одно сражение все тритии положат.

– Что значит «всем скопом»? Умных военачальников нет?

– Да есть, – с досадой отвечал высший лорд-барон, косясь на своих подчиненных. – Но только двое: Брави Кейг и Рамс Стернеги. Весь вопрос в том, захотят ли к их мнению прислушиваться остальные верховные.

– Ладно, скоро узнаем. А теперь давай, увеличиваем дистанцию.

И оба шмеля разлетелись в стороны. Еще перед взлетом так договорились: над территорией вражеского королевства лететь широким фронтом, держа друг друга в пределах видимости. Таким образом хотелось рассмотреть как можно большие пространства. К сожалению, сама столица оставалась несколько правее от маршрута, и делать туда крюк посчитали неуместным, но хоть к чему-то присмотреться на этот раз решили со всем тщанием.

И в свете новых пониманий, преобразования на поверхности королевства Саниеров сразу бросались в глаза. Исчезли все малые нивы и пестрые заплатки индивидуальных крестьянских делянок. Теперь там простирались обширные, единые поля, как с разными сельскохозяйственными культурами, так и просто отдыхающие под парами. Поражало густое обилие садов. Весьма добротно и архитектурно правильно смотрелись новые поселки. Вряд ли иномирянка организовала здесь колхозы, но наверняка крепкие фермерские хозяйства были поставлены во главу реорганизации всего сельского хозяйства.

Ну а промышленность, или, правильней сказать, индустриализация, поражала еще больше. Почти в каждом городке дымили трубы каких-то заводиков, маячили огромные цеха современных мануфактур и фабрик. Почти все реки оказались перегорожены плотинами, виднелись столбы с электрическими проводами. Поэтому когда сын с отцом над территорией Жармарини опять полетели рядом, то не сдержались от очередных переговоров.

– Я в шоке! Да здесь не иначе как дочка Эдисона и внучка Ломоносова поселилась! – кричал Загребной.

– Странно, что ты здесь раньше всего этого не заметил, – укорял сын.

– Так ведь все три раза пролетали! При этом или дрыхли, или ночь была. Сильно не присмотришься, да и смысла никакого не видел. Летим себе да и летим. Усталость сказывалась, спали без задних ног.

– Вот и проспали! Точно как наши верховные! – злился Виктор. – Сколько живу в баронстве, но так ни разу и не слышал, чтобы хоть раз рыцари в разговорах о саниеровцах упоминали. Словно на другом конце света те находятся! Только один раз про армейские пилотки мне и удалось узнать. Помнишь, я тебе рассказывал в письме?

– Да помню. Но тогда получается: ты сам прошляпил! Мог ведь нескольких разведчиков послать да выведать, что это за баба, откуда такая взялась да чем занимается.

– Каюсь! Прошляпил! И теперь так зол, что, когда эту козу поймаю, сам лично ей ноги повыдергаю.

Семен ощутил у себя на груди многозначительные поглаживания пальчиками и несколько поумерил кровожадность младшего сына.

– Выдернуть ноги мы всегда успеем. Вначале эту козу еще поймать надо, а до того с массой других дел разобраться.

– Разберемся, отец! Обязательно разберемся!

Радовало, что, несмотря на недавние ранения и утреннее недовольство очередным полетом, сайшьюны летели пока без единой посадки. Да и скорость поддерживалась гораздо большая, чем когда шмели кормились маленьким планктоном из второго слоя. Видимо, работоспособность этих великолепных покорителей воздушного океана напрямую зависела от качества пищи в их вместительных желудках.

А вскоре и цель данного перелета показалась на горизонте.

Сам Вадерлон отстоял от морского берега километров на двадцать, но судоходная даже гораздо выше по течению Кобрь позволяла заходить в городские порты самым большим боевым кораблям. Причем все основные городские районы находились на левом берегу, что в случае войны с королевством Саниеров сыграло отрицательную роль. Конечно, огромная стена защищала столицу с юга, юго-востока и с востока, но широкие просторы реки дали бы обороняющимся больше шансов противостоять артиллерийскому обстрелу. В данном случае открытые пространства пригородных полей, приспособленные под лихую атаку закованных в броню рыцарей, только улучшали обзор противнику и в полной мере позволяли использовать преимущества огнестрельного оружия.