Начало Века Разума. История европейской цивилизации во времена Шекспира, Бэкона, Монтеня, Рембрандта, Галилея и Декарта: 1558—1648 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

поэта превзошли славу Тассони в эту эпоху - Тассо и Джованни Баттиста Марини. Родившийся в Неаполе и воспитанный в духе закона, Джованни оставил мольбы ради рифм и некоторое время вел бродячую жизнь. Маркиз Мансо, простив разнузданность лирики Марини, выделил ему комнату в своем дворце, где на почтительном расстоянии юноша мог смотреть на мрачного разлагающегося Тассо. За помощь другу в похищении девушки он был брошен в тюрьму. Освободившись, он отправился в Рим, где любезный кардинал Пьетро Альдобрандино сделал его своим личным секретарем. Кардинал отвез его в Турин и там потерял его для Карла Эммануила, герцога Савойского. Некоторое время Марини наслаждался вином и уксусом придворной жизни. Он высмеял поэта-соперника, Гаспаро Муртолу, который подкараулил его, выстрелил в него, промахнулся, но ранил слугу герцога. Муртола был приговорен к смерти; Марини помиловал его и заслужил самую горячую неблагодарность своего соперника. Попав в тюрьму за сатиру на слишком личные темы, Марини принял приглашение Марии де Медичи украсить ее двор в Париже (1615). Итальянцы из ее свиты приветствовали его как свой голос во Франции; его боготворили, и он получал жирные синекуры; лорды и дамы хорошо платили ему за предпечатные копии его эпопеи "Адоне". Один из таких экземпляров попал к кардиналу Бентивольо, который обратился к Марини с просьбой очистить поэму от развратных пассажей; мы не знаем, насколько автор постарался. Адоне был опубликован в Париже в 1623 году, внесен в Индекс и стал предметом ярости и темой для обсуждения в Италии. Когда Марини вернулся в Неаполь (1624), проезжие обсыпали его карету розами, дворяне выходили проводить его, а красавицы таяли от восхищения на своих балконах. Через год он умер, в возрасте пятидесяти двух лет, на вершине своего богатства и славы.

Адоне" - выдающаяся поэма даже в стране, где поэзия почти так же врождена, как и песня. Ее размер отпугивает нас - тысяча страниц, 45 000 строк. Стиль поэмы включает в себя все те речевые уловки, которые восхищали Лайли в Англии, Гевару и Гонгору в Испании и некоторых précieuses ridicules из отеля Рамбуйе во Франции; маринизм был частью европейской чумы. Умный итальянец испытывал почти чувственную страсть к словам; он швырялся ими в трещащих антитезах, причудливых затеях, искусных иносказаниях, даже легкомысленных каламбурах. Но итальянская публика XVI века, сама кипевшая жаркой речью, не обижалась на эту любовь к хитростям и словесному жонглированию. Да и какое значение имели подобные словесные фокусы в эпосе, который был паяцем секса во всех его проявлениях - нормального, звериного, гомосексуального, кровосмесительного? Здесь были изящно рассказаны любовные мифы Эллады: Марс и Вулкан играют с Афродитой, Зевс соблазняет Ганимеда. Прелести мужского тела - постоянная тема, а чувство осязания превозносится как удивительный источник самых острых наслаждений человека. За героем Адонисом, наделенным всей красотой девушки, ухаживают женщины, мужчины и звери. Венера околдовывает его своими искусными приемами, разбойничий вождь стремится сделать его своей любовницей, наконец, беспомощно влюбленный юноша получает смертельную рану в пах от кабана с самыми любвеобильными намерениями. Была ли эта женственная концентрация на сексе облегчением и спасением от слишком большой религии и слишком большой Испании?

VII. ТАССО

У Торквато Тассо было много стимулов для поэзии. Он родился в Сорренто (1544), где море - это эпос, небо - лирика, а каждый холм - ода. Его отец Бернардо был поэтом, придворным, человеком чувствительным и страстным, который устроил заговор против вице-короля, был изгнан из Неаполитанского королевства (1551) и скитался от двора к двору, оставив после себя обнищавших жену и ребенка. Мать Торквато, Порция де' Росси, происходила из старинной тосканской семьи, в крови которой была культура. В течение трех лет мальчик учился в иезуитской школе в Неаполе. Он впитывал латынь и греческий в нервных дозах и был приучен к глубокому благочестию, которое попеременно вызывало у него теологический трепет и неописуемый покой. В десять лет он отправился к отцу в Рим; смерть матери, случившаяся два года спустя, оставила его глубоко тронутым и надолго лишила покоя. Он сопровождал отца в Урбино и Венецию; там Бернардо опубликовал свою "Амадиги" (1560), в которой переложил средневековую романтику на стихи.

Сам Торквато теперь был взбудоражен поэзией. Его отправили в Падую изучать право, но пример отца оказался сильнее его наставлений; юноша пренебрегал уставом и слагал рифмы. Он уже давно попал под чары Вергилия; теперь он решил применить благородный и серьезный стиль мантуанца к тем рыцарским легендам, которые Ариосто трактовал с блеском в глазах. И он удивил отца, прислав ему "Ринальдо", роман в двенадцати кантах. Бернардо был опечален и обрадован; он предвидел превратности поэта, не обладающего ничем, кроме гения, и в то же время радовался, видя, как его сын в возрасте восемнадцати лет соперничает в изысканности и образности стиха с лучшими поэтами того времени. Он опубликовал маленькую эпопею (1562), согрел свою душу признанием, которое она получила, и позволил Торквато оставить юриспруденцию в Падуе ради философии и литературы в Болонье. Там талант юноши оказался проблемным; он написал колючие эпиграммы на своих учителей, ему пригрозили иском о клевете, и он поспешно вернулся в Падую.

Бернардо уговорил кардинала Луиджи д'Эсте, брата герцога Альфонсо II Феррарского, пригласить Торквато на должность секретаря (1565). Поэт с радостью присоединился ко двору, который в то время считался лучшим цветком итальянской культуры. Там он нашел обстановку, оживленную музыкой, танцами, литературой, искусством, интригами и любовью. Две сестры кардинала привлекли внимание Тассо: Лукреция, возвышенная, красивая, тридцати одного года, и Леонора, двадцати девяти лет, благочестивая инвалидка, чьи ссоры с Альфонсо сделали ее кумиром двора. Легенда (как и драма Гете и "Плач по Тассо" Байрона) описывает поэта как влюбленного в Леонору; конечно, он обращался к ней с пылкими стихами, как того требовал обычай, и обе дамы признали его в дружбе, окруженной ореолом родословной; но одна сестра была старше его на одиннадцать лет, другая - на девять, и ни одна из них, кажется, никогда не дарила ему ничего уютнее уха. Тассо никогда не женился; он мог любить только принцесс, а они могли жениться только на собственности. Возможно, столь же сдержанный в своих силах, сколь и гордый своей поэзией, он боялся обязательств и ограничений, налагаемых браком.

В 1569 году умер его отец без гроша в кармане; Тассо пришлось взять в долг, чтобы похоронить его. Через год кардинал д'Эсте увез юношу в Париж. Торквато был потрясен, увидев, что Карл IX дружелюбно общается с гугенотскими лидерами; он открыто критиковал правительство за