Узкие дороги космоса - Станислав Гримайло

Сидеть за стойкой на высоком круглом стульчике без спинки оказалось очень удобно. Попивая холодненькое пиво, я чувствовал себя просто великолепно.

— Капитан!

Вздрогнув, посмотрел в одну сторону, потом в другую — померещилось. Обычно на комм меня ИИ не вызывает, и кто мог меня позвать в пустом баре? Надо же — так привык к вечным возгласам ИИ, что уже даже в спокойной обстановке на КС-5 их слышу.

— Капитан! — проорал ИИ откуда-то сверху.

Дернув головой, я совершенно потерялся в пространстве. Только что сидел в баре, пил пиво, а сейчас лежу в согнутом состоянии, и сверху кто-то полоумный орет как резанный. Стоп. Лежу. Кое-как продрав правый глаз пришел к неутешительному выводу — лежу в гамаке, в рубке, и, судя по общей расслабленности и трудности с фокусированием зрения, был разбужен не очень приятным способом.

— Чего орать-то в такую рань, — пытаюсь натянуть одеяло повыше. Глаз сам с радостью закрылся, а рот открылся и от зевка, я чуть не вывернул себе челюсть.

— Десять утра! Пора вставать! — Хорошо ему, не спит, не надо каждое утро просыпаться под дикие вопли.

— И что? От этого спать меньше не хочется.

Прошлым вечером профессор научил мудреной карточной игре — покеру. Сильная половина экспедиции в моем лице нашла не только партнера для игры, но и спонсора в области игровых денег. На реальные деньги, по словам профессора, в карты играть нельзя. Порывшись на складе, я выудил пару килограммов различных гаек, болтиков, гвоздей и тому подобного. Вспомнить откуда этот хлам так и не получилось, да и какая разница? Для покера этот запас подошел просто идеально, и мы до глубокой ночи звенели по столу своими ставками.

— Посмотри на главный монитор, — Воробью надоело давить своим авторитетным голосом, и он перешел на нормальный тон.

С кряхтением я повернулся. Уговорить левый глаз открыться удалось через пару минут, а уже через секунду я сильно пожалел, что это сделал. Половину обзорного монитора занимал багровый шар, на поверхности которого шла безумная вакханалия: мелькали молнии, клубились красные, черные, темно-синие массы, иногда возникали такие разряды, что проносились через половину планеты.

— Мы у Черной Звезды, капитан, — с гордостью прокомментировал зрелище ИИ.

— Да .... И это .... Да чтоб вас всех..... Совсем уже головой .... — увиденное меня просто потрясло. Да туда же сесть невозможно! Такие разряды не то, что защитное поле, военный крейсер сожгут к такой-то матери!

Вывалившись из гамака, подлетел к своему креслу и смотрю на данные мониторов. По показаниям датчиков, на планете не вакханалия, а сущий ад! Мощнейшие разряды, ядовитая атмосфера, чудовищный ветер, повышенная сила притяжения — сесть туда может только безумец! Да пошли эти ученые ... на Элегию! Запихну в скафандры и выкину их за борт вместе с дорогостоящим и хрупким оборудованием — пусть сами приземляются на этот ужас.

Принятое решение немного меня охладило. Сердце стало стучать медленней, в висках ослабла пульсация. Вот почему мне Вайсберг предложил такие деньги. Кроме меня никто не соглашался, а я из-за потери работы и веры в данные Инфосети оказался в не очень приятной субстанциипо самые уши. Наверняка большая часть пользователей Инфосети, как и я: сами ничего не видели, но от других слышали. А вот сам сейчас смотрю, и увиденное не то, что не радует, а очень сильно пугает...

Так им и скажу: "садитесь туда сами, я кораблем и жизнью рисковать не намерен". Повторил про себя фразу раз десять. Убрался в рубке, окончательно успокоился, переоделся, поправил одежду и пошел в кают-компанию разговаривать с главой экспедиции.

— Садитесь туда сами, я кораблем и жизнью рисковать не намерен! — коронная фраза после пятого произношения потеряла свое великолепие. Террайн не обратил на нее внимания, Орлов насмешливо поморщился, а попугай потерял ко мне интерес и стал гонять по столу забытую ночью гайку.

Разговор не клеился. Я ученым пытался объяснить, что гарантировать приземление на планету могу только в качестве метеорита. Они или не понимали, или делали вид, что не понимают, ссылались через слово на договор, требовали отставить сомнения и садиться.

Ворону надоело ходить по столу, он взмыл и стал носиться под потолком. Каждый его пролет над головой нервировал — казалось, что на меня заходит бомбардировщик. Наконец, Террайн не выдержал, хлопнул рукой по договору, лежащему перед ним на столе:

— Капитан, решайте сами! Вы подписали договор, и должны выполнять его условия. Не хотите — воля ваша. Но, после возвращения на Элегию, мы подадим официальное заявление, и вас, за невыполнение договора, лишат лицензии на пилотирование, и, вполне возможно, отберут корабль!

И, ставя точку в разговоре, Ворон метко припечатал договор тем самым, во что я вляпался.

Последнюю просьбу Террайн отклонил — пива я так и не выпил. Придется на трезвую сажать корабль. Говорят, что перед смертью, человек видит лучшие моменты в жизни. Я не помню, чтобы бывал в таком баре — так может, я видел будущее и еще выпью пивка в приснившемся баре после возвращения с Черной Звезды?

Расположились мы так же, как и на старте с Элегии. Девушка осталась в каюте, Ворон наглым образом ходил по приборной панели, а я покрепче вцепился в штурвал. Остальные члены экспедиции расположились на своих местах, пристегнулись и невозмутимо смотрели на шар планеты, заполонивший весь обзорный монитор. Проблем прохождения через верхние слои атмосферы я не видел. А вот ниже, в плотных слоях, начнется веселье. Пока летел посадочным курсом ИИ, скоро предстояло выйти в свободный полет. Выход из посадочного коридора я заметил хорошо — корабль сильно тряхнуло, отчего ворон совершил невероятный кульбит и таки впечатался в приборную панель. Так ему, паршивцу. Мелькнувшую в экране слева по курсу молнию я почувствовал раньше, чем увидел: шестым органом чувств. Для тех, кто не знает где он находиться, поясню. Вы на нем сидите. Молнии стали мелькать чаще, скорость все падала, поверхность приближалась. Шестой орган чувств заледенел от нехороших предчувствий. Ладони потели, штурвал проскальзывал, пот заливал глаза — и это несмотря на то, что на корабле прохладно, и я сидел только в легкой рубашке. Управлять посадкой ИИ не доверил — у него напрочь отсутствовало шестое чувство. А мой дядя часто повторял: "опасную работу делай сам и удача от тебя никогда не отвернется!". От него она все-таки отвернулась...

Не смотря ни на что, поверхность приближалась. Уже на мониторе можно было разглядеть небольшой светлый квадратик — цель полета. По данным профессора Террайна, именно там расположен вход в систему пещер под поверхностью Черной Звезды и кипер вполне может в него протиснуться. Потихоньку стали появляться мысли об абсурдности происходящего. Маленькая планета, самая дальняя орбита Элении — а тут такая свистопляска. Я сплю или живу в этом кошмаре?

Судьба всегда откликается на просьбы и желания человека, но при этом часто относиться к ним со свойственным ей юмором. На человеческий взгляд довольно неожиданным. Сделал кому плохо — и через двадцать лет пытаешься понять, с чего начались проблемы в жизни. Помог нуждающемуся, и через двадцать метров тебя самого обокрали. Захотел стать бессмертным — падает пластиковая панель с грузового прицепа флаера. Порешал все проблемы, переделал домашние дела, прилег отдохнуть на любимый диван под легкий сериал — обязательно нарисуется сосед с глупой просьбой или необоснованным обвинением... Вот и я попался — только подумал: как все идет хорошо, и это случилось.

Грянул гром! Шарахнуло, корабль содрогнулся, обзорный монитор мигнул и отрубился. Загрохотало так, будто по кораблю прошлась целая туча небольших метеоритов. Мониторы на пульте управления пару раз мигнули и заработали. Глянув на показания систем энергетики я обомлел — реактор выключился. Или перегорели предохранители, или они успели его отключить. Все равно, перезапустить уже не успею.

— Вырубай жизнеобеспечение! — кричу ИИ и пытаюсь хоть немного выровнять кипер. Основная тяга ушла вслед за реактором, а маневровые двигатели явно не справлялисьс возросшей на них нагрузкой, и мы падали металлической болванкой немного недолетая до района посадки. Нет, так не пойдет. Разбиваться, так хоть в месте посадки. Воробей не подтвердил получение команды, и мое шестое чувство перестало меня тревожить: через пару минут встретимся с поверхностью, чего уже переживать. В лучшем случае ИИ ушел на перезагрузку, и через пару минут, когда очухается, уже ничем не сможет помочь. Отрываю левую руку от штурвала, тяну к панели управления и провожу пальцем по показателям датчиков вспомогательных систем. Вырубаю жизнеобеспечение, искусственную гравитацию, все активные системы кроме управления и двигателей. Запаса энергии на включение основной тяги не хватит, с маневровых буду все выжимать. Вот же зараза!