Время будущее - Максин МакАртур

Несмотря на непопулярность Вича как представителя одного из четырех «главных» биологических видов разумных существ, все же никто не мог заподозрить его в том, что он способен сорвать реформу, направленную на улучшение положения обитателей Иокасты, если изменения, конечно, не подрывали его личной власти. Проект перераспределения площадей ничем не угрожал администрации. При его осуществлении у Вича оставалось множество возможностей контролировать ход событий, не выпуская из своих рук бразды правления.

Вич понурил голову.

– Все должным образом отформатированные материалы беспрепятственно проходят по каналам связи.

– Вы полагаете, что мои проекты не были правильно отформатированы? – возмутилась Уолш.

– Давайте продолжим этот разговор в более подходящее время, – предложила я.

Вич обиженно посмотрел на меня. На мой взгляд, ему не стоило так рьяно возражать Уолш. Мог понять, что, во-первых, Уолш совершенно права, а во-вторых, нельзя допустить, чтобы на станции усиливалась напряженность.

– Я считаю, что как раз сейчас – самое подходящее время для такого разговора, – заявила Уолш. – Мы собираемся представить предварительный отчет комитету на следующей неделе.

– Но у нас не хватит времени для того, чтобы… – начал было Вич.

– Гм, – остановила я его.

Вообще-то прерывать Вича было невежливо, но я знала, что он может несколько часов подряд перечислять доводы и оправдания. Уолш следовало бы знать, что конфронтация с мелотом не может привести к позитивному решению проблем – мелот сразу же начинает изъясняться так пространно и туманно, что возникает чувство, будто вы боретесь с клубом дыма на планете с сильной гравитацией.

– Вич, у нас действительно нет выбора. Теснота на уровнях «Дельта» и даже «Гамма» ведет к недопустимому перенапряжению экологических систем, особенно опасны перерасход водных ресурсов и рециркуляция воздуха. Вы читали отчеты. – Произнося этот монолог, я следила за реакцией собеседников: Уолш кивала, Вич спокойно слушал. – Мы можем перераспределить площади на уровне «Альфа» по своему усмотрению или с учетом пожеланий жителей этих зон. Но в любом случае реформу необходимо провести – и в кратчайшие сроки.

Вич засопел. Мелоты обычно сопят в тех случаях, когда земляне прочищают горло – откашливаются.

– А как быть с компенсацией?

Так вот в чем дело! Кчеры и их сторонники, по всей видимости, надавили на Вича и заставили его действовать в их интересах. Уолш засмеялась.

– Что за ребячество! – воскликнула она. – Вся их собственность взята у нас в аренду. Или вы забыли об этом? Иокаста принадлежит Земле.

– Администрация должна соблюдать сроки арендного договора или предложить соответствующую компенсацию за его невыполнение.

– А кто будет решать, что такое «соответствующая компенсация»?

– Неужели я должен вам напоминать, что фактически Иокаста арендована Землей?

– Да, и мы не имеем никакой компенсации за вторжение, не так ли? Блокада и угроза со стороны враждебных чужеземцев не входят в условия нашего арендного договора.

Я невольно вздрогнула. Уолш затронула очень важную проблему. Никто из нас не понимает, почему Конфедерация не приняла ответных мер, когда сэрасы осадили Иокасту. Серые корабли действительно представляют собой серьезную опасность, но экипажи судов Конфлота в значительной степени укомплектованы бендарлами – самыми воинственными и отважными разумными существами в галактике, а техника инвиди способна нанести поражение даже столь сильному противнику, как торы. Никто из нас не сомневался в том, что Конфлот в состоянии уничтожить корабли сэрасов, но в искренности намерений Конфедерации сомнения появились.

Не имея возможности выразить протест непосредственно Конфедерации, обитатели Иокасты негодовали против сотрудничества администрации с сэрасами, обвиняя меня в сговоре с ними. Так они изливали свое чувство отчаяния от сознания того, что их предали, оставили на произвол судьбы. Они обижались также на одного инвиди, жившего на нашей станции, который, по их мнению, мог остановить вторжение или попросить оказать нам помощь, но не сделал этого. Инвиди по имени Эн Бэнк, наблюдатель от Совета Конфедерации, никогда не был общительным, а в эти дни он вообще не покидал своего жилища.

Я вздохнула. Работая во внутренних мирах, я достаточно насмотрелась конфликтов представителей «Девятки» с представителями «Четверки». Противостояние этих двух сил в конечном счете разрушило мой брак. А теперь оно разделило обитателей Иокасты на две непримиримые группировки.

Вич и Уолш все еще ждали моего решения.

– Вы можете разработать пакет предложений, касающихся выплаты компенсации, – сказала я.

Вич щелкнул антеннами, выражая удовлетворение.

– Но жители уровня «Альфа» должны знать, что пакет пройдет юридическую экспертизу, прежде чем мы утвердим его, – добавила я. – И даже если он будет одобрен, мы не сможем начать выплату компенсации до тех пор, пока не будет снята блокада и у нас не появится достаточно ресурсов. Кроме того, они должны будут сделать встречный шаг.

Уолш с улыбкой собралась уже прокомментировать мою последнюю фразу, но тут раздался сигнал внутренней связи, и Баудин прервал наш разговор:

– Начали поступать данные телеметрии, мэм.

– Иду. – И, обращаясь к сидевшим у меня в кабинете представителям администрации: – Прошу простить меня.

Они оба открыли рты, пытаясь что-то сказать, но, увидев выражение моего лица, промолчали.

Человеческое лицо в гробу. Молодое, женское, спящее. Я ожидала увидеть все что угодно, но только не это.

Данные телеметрического исследования, возникшие на экране, вызвали у меня изумление. Визуальные датчики переместились вниз, и перед нами предстала фигура женщины, мирно плавающей в тесной, похожей на гроб капсуле, заполненной голубовато-зеленым гелем. Незнакомку не тревожил царивший вне ее мирка хаос.

Резкий белый свет струился внутрь сквозь трещину в оболочке космического корабля, он был настолько ярок, что фильтры системы видеообзора подавали сигнал тревоги всякий раз, когда трещина попадала в поле зрения ведущего исследование космического аппарата.

На экране появилась груда искореженных металлических обломков. Дальний конец кабины невозможно было разглядеть. Струйки охлаждающей эмульсии поднимались от пола и, словно дым на ветру, рассеивались, когда мимо проплывал наш аппарат. Блестящие металлические стружки в медленном танце кружили от стены к стене.

Взрыв превратил потолок и люк в носовой части в металлическое месиво. Похожие на гробы спальные капсулы были опрокинуты или сорваны с креплений. Замки на некоторых из них получили повреждения, капсулы открылись, и тела членов экипажа плавали теперь по кабине. Капсулы размещались, должно быть, вдоль двух противоположных стен. Третья стена была «полом», где стояли пульты управления и контрольные устройства, некоторые, очевидно, были целыми и невредимыми, другие почернели и оплавились.