Время будущее - Максин МакАртур

Главный вопрос: почему сэрасы позволили судну войти в систему Абеляра? Возможно, его появление застало их врасплох, и когда неожиданно взорвалась мина, сэрасы решили, что дело сделано и не стоит добивать обреченный на гибель корабль.

Если, конечно… Я попыталась припомнить во всех подробностях последний сеанс общения с ними. Вели ли они себя на этот раз как-то иначе? Если сэрасы действительно утратили бдительность, мы могли бы попытаться отправить челнок через «черный ход». К сожалению, на Иокасте нет кораблей, способных к полетам в гиперпространстве, но остались пара шаттлов, два старых истребителя и несколько грузовых судов, таких, как, например, «Королева».

Возможно, сэрасы действительно вели себя во время нашей последней встречи несколько иначе, чем обычно. На мысль об этом меня наталкивал ряд новых ощущений, испытанных во время сеанса. Но это не было отсутствие реакции или ее замедленность. Скорее, я почувствовала их небывалую целеустремленность и силу воли. Шум голосов в моем мозгу во время сеанса нарастал, как будто их хор увеличивался, и все они звучали в унисон, выражая согласие. Следовало хорошенько поразмыслить над ситуацией.

– Я буду в своем кабинете. Свяжитесь со мной, как только появится новая информация.

День первый, 9:00 утра

Даже теперь, спустя несколько недель после покушения, беспорядок в моем кабинете все еще бросается в глаза. Расследование Мердока ни к чему не привело, преступника так и не нашли, выяснили лишь, что бомба была небольшим самодельным устройством. Она должна была, по мнению службы безопасности, скорее напугать, нежели убить меня. Если это так, то с поставленной задачей неизвестный преступник вполне справился. При одной мысли о том, что произошло, меня начинало тошнить, хотя во время взрыва меня не было в кабинете. Правда, в последние дни навалившаяся усталость заглушила страх, и беспорядок в кабинете стал просто неудобством, не вызывая больше в душе тяжелых ощущений.

На письменном столе до сих пор валялись осколки оборудования, компоненты световой панели и пульта, а нижняя часть двери кабинета и пульты связи покрывали почерневшие вмятины и трещины. Главный банк данных был разрушен, и его темный монитор придавал небольшому помещению вид запустения. Единственный уцелевший интерфейс стоял на столе посреди хаоса осколков и обломков. На стене рядом с дверью косо висела большая гравюра, взрыв не смог повредить ее прозрачный контейнер. Эта гравюра пережила две мировые войны, три большие экономические депрессии и наводнение дельты Амазонки. Мой предшественник, который помогал правительству Мейджи в строительстве сталелитейного завода, привез ее в Германию из Японии.

На гравюре изображен японский рынок с изогнутым мостиком на переднем плане и торопливо идущими по нему фигурками людей. Позади городских башен виднеется огромная конусообразная гора, по одной из троп которой бежит далекий путник, ища спасения от надвигающейся бури. Глядя на гравюру, я глубоко сочувствую этому путнику. Мне кажется, что здесь, на Иокасте, все мы в том же положении, что и он.

Прежде чем я успела сесть в кресло, вошел Вич. Как управляющий станцией, Вич должен был контролировать работу всех главных отделов и затем, в случае возникновения проблем, докладывать мне о своих наблюдениях. На практике, однако, руководители отделов имели больше самостоятельности. Билл Мердок руководит службой безопасности, главный судья Лорна Деврие никогда ни с кем не консультируется по вопросам судебного права. Мэк полновластный хозяин у себя в техническом отделе, а Элеонор Джаго сама заботится о медицинском персонале и нормальной работе систем своей клиники. Остальная часть станции, кроме флотских и таможенников, которые стоят особняком, управляется администрацией и ее многочисленными подразделениями.

Вич всегда гордился тем, что относится к разветвленному миру бюрократии Конфедерации, официально призванной регулировать мелочи жизни на станции. Это и неудивительно, если учесть, что мелоты образуют целую касту чиновников, которая доминирует в бюрократической системе Конфедерации. Вич хорошо справляется со своими обязанностями управляющего, не обращая внимания на наши поражения и трудную ситуацию. Тем не менее мне очень трудно понять его чувства: страдает ли Вич от того, что его сослали в далекий, изолированный район? Воспринимает ли он свое назначение как наказание? Возможно, он просто делает свое дело, честно выслушивая людей, многие из которых оскорблены присутствием Вича на Иокасте, считая это доказательством вмешательства Конфедерации в дела землян.

За последние шесть месяцев он мало изменился, лишь, пожалуй, внешний вид стал еще более невзрачным и небрежным. Воротник и манжеты его костюмов слишком свободны, с недавнего времени Вич стал носить старую обувь. Однако его медно-красная кожа все так же переливается на свету, а золотистые глаза по-прежнему смотрят на меня с вводящим в заблуждение невинным выражением.

– В чем дело? – спросила я, отодвигая стул.

– Командир, – Вич слегка склонил голову, – разве вы не планируете спасательную операцию?

Возможно, он узнал об этом на верхнем уровне.

– Нет, по крайней мере до тех пор, пока мы не выясним, остался ли в живых кто-то из экипажа. А что, о происшествии уже все знают?

– Телеканал «Время» передал об инциденте в девятичасовых новостях. – Медно-красное лицо оставалось по-прежнему непроницаемым, но я чувствовала, что он чем-то страшно недоволен. – Чертовы журналисты из официального сообщения умудрились сделать сенсацию.

Я тяжело вздохнула. Дэн Флорида, один из наиболее инициативных обитателей станции, решил недавно, что нам нужна независимая информационная служба, дабы исправить то, что он назвал «недостатком официальных информационных систем». Он купил канал, оплатил использование передающего устройства и установил для своих зрителей небольшую абонентскую плату. Его канал вещает на языках меньшинств, чего не делает официальная телерадиосеть, поэтому передачи Дэна пользуются большой популярностью среди беженцев, однако мне кажется странным, что он берет деньги за информацию, которая должна быть общественным достоянием.

Вич казался сегодня более оживленным, чем всегда. По всей видимости, он был взволнован.

– Вы знакомы с господином Флоридой? – спросил он.

– Нет, Бог миловал.

– Он вошел со мной в контакт и попросил организовать интервью с вами. Я сказал, что он сам должен договариваться о встрече, и Флорида заявил, что он обсудит с вами ее место и время.

– Да, но он этого не сделал, – заметила я.

Вич медленно достал папку с бумагами.