Время будущее - Максин МакАртур

Максин МАКАРТУР

ВРЕМЯ БУДУЩЕЕ

Ты придумай для меня

Центр вдали, в столбе огня.

Неподвижные пути

Лгут нам.

Этот центр близок мне,

Он пылает, он в огне.

Слезы мы с тобой прольем

И спасем его.

Мы с тобою в центре этом,

Ты наполни его светом.

Пусть навеки он пребудет

В нас с тобой.

Предисловие

В детстве, когда я была маленькой девочкой, прабабушка часто рассказывала мне о тех временах, когда инвиди еще не прилетали на Землю.

Обычно она сидела в комнате под красным жасмином; я тайком приносила ей табак, желая отблагодарить старушку за интересные истории. Она пускала дым в потолок и посасывала тонкую трубочку, чтобы раскурить ее. Добившись своего, прабабушка откидывалась на спинку скрипучего тростникового стула. Не могу вспомнить ее лицо – в памяти остались только длинные руки и низкий голос. И то, и другое я унаследовала от нее. А еще, пожалуй, я помню смешанный запах дыма, цветочного аромата и плесени, характерный для ее комнаты.

Старушка всегда начинала рассказ одними и теми же словами:

– А теперь послушай меня, дитя. Я поведаю тебе о городе женщин. Когда Марлена Альварес стала мэром, она попросила меня возглавить полицию, потому что знала: я справлюсь с этой работой. Прежний мэр и судьи были мертвы – погибли от рук тех же головорезов, что привели их к власти. Шеф полиции и его представители бесследно исчезли: то ли их тоже убили, то ли они бежали из города. А быть может, присоединились к одной из банд. Кто знает? Ты хочешь спросить, куда запропали все сильные и здоровые? Большинство из них погибли, были завербованы милицией или арестованы ею – что в конечном счете одно и то же. Все, кто мог добраться до больших городов, отправились туда. У многих не было транспорта, и они шли пешком или добирались на перекладных. Лучше пережить опасный недуг, голод или угрозу смерти, чем остаться, – так рассуждали многие. В городке бросили стариков, больных, детей и ухаживавших за ними женщин.

Бог мой, как политики ненавидели Марлену! Они пробовали запугать нас и вынудить покинуть город, пытались заставить нас поступать так, как им хотелось. Издевались над нами и обрекли на голодную смерть… Гибель грозила нам со всех сторон. Они старались сломить нас. Марлена никогда ничего не говорила по этому поводу, но я видела, как она стареет прямо на глазах.

Вынув трубку изо рта, прабабушка заговорила более мягким тоном, как человек, погрузившийся в воспоминания.

– Знаешь, нам ведь тогда пришлось славно потрудиться. Мы восстанавливали городок. Марлена никогда не отказывалась принять беженцев. Им нужен был кров, нам – рабочие руки. Марлена неоднократно обращалась к правительству с настойчивыми просьбами оказать финансовую помощь. У нас был доступ к средствам массовой информации, и мы рассказывали всем, что происходит. После нескольких лет переговоров удалось достигнуть компромисса, и Марлена разрешила войти в наш некогда закрытый город вооруженным группам.

Тут Демора обычно закатывала глаза к потолку и восклицала:

– Сумасшедшая! Все мы решили тогда, что она просто спятила.

Порой в этом месте я тихо покидала комнату, не дослушав рассказ старушки до конца. Но мой уход не имел никакого значения, ей было все равно, слушает ее кто-нибудь или нет. Прабабушке хотелось выговориться, она стремилась заново пережить все события тех далеких лет и наконец простить себя.

– Марлена погибла 3 января 2017 года. Мне бы следовало держать под наблюдением ту крышу. Мы так и не поймали стрелявшего в нее снайпера. Насколько я помню, уже смеркалось, во всяком случае, я не могла разглядеть цвета глаз Марлены, когда она умирала у меня на руках.

У города Лас Мухерес не было общественных средств, единственное его богатство составляли люди, а их жизнь мало изменилась за те двенадцать лет, что Альварес находилась у власти. Но к 2017 году, к тому времени, когда ее убили, Марлена уже пользовалась всеобщей поддержкой. С детских лет я постоянно слышала ее имя, как будто она была нашей эксцентричной, но всеми любимой родственницей. Несколько позже я узнала, что ее деятельность в городе Лас Мухерес стала образцом для основателей движения «Земля-Юг» и что Марлена являлась кумиром всех борцов за свободу.

Движение «Земля-Юг» выдвинуло требования установить социальную справедливость и провести экономическую реформу, что в конце концов убедило инопланетян подписать в 2080 году Соглашение Марс – Инвиди по правам представителей различных видов разумных существ и в 2085 году признать Землю членом Конфедерации Союзных Миров.

Марлена Альварес, несомненно, внесла вклад в достижение этих успехов, и история утверждает, что ее смерть не была напрасной. Но у моей прабабушки имелось на этот счет свое мнение.

Конечно, я не слепая и хорошо вижу схожесть ситуации, в которой мы оказались, с положением жителей Лас Мухерес. Мы тоже изолированы, окружены врагами и друзьями, которые не спешат протянуть нам руку помощи. У нас нет никаких ресурсов, и мы не можем самостоятельно решать собственную судьбу – кстати, именно так в прежние времена имели обыкновение говорить о женщинах. Мы не сумели сохранить единство в своих рядах и не можем преодолеть собственные слабости – именно такими галактика видит сейчас человечество. Однако между жителями Лас Мухерес и землянами существует одно большое различие – у последних нет Марлены Альварес, у них есть только я.

Часть первая

ВРАЩАЮЩИЙСЯ МИР

День первый, 8:00 утра

Вы, наверное, думаете, что на такой большой станции, как наша, пищеблок, который должен работать круглые сутки, действительно всегда открыт.

Я нажимала все кнопки подряд, чтобы заставить дверь кольцевого лифта побыстрее закрыться, но попытки оказались тщетными. Если бы мне не надо было безуспешно разыскивать еду на станции после брифинга технического отдела, я могла бы полностью сосредоточиться на своих прямых обязанностях, то есть на решении срочных административных задач. А теперь я неизбежно опоздаю к появлению кометы. Нельзя сказать, что я как начальник станции подавала хороший пример ее обитателям.

Двери наконец очень медленно закрылись, издав страшный скрип, и, чувствуя слабость в коленях и легкость во всем теле, я поняла, что лифт начал спуск от «Альфы» до уровня «Гамма». Шахты в это время пустовали. Возможно, владельцы кабин, которые обычно блуждают ночью на нижних уровнях, готовились сейчас к приближающемуся фестивалю. К тому же теперь у вахтенных смен больше не было работы, блокада уничтожила большинство наших производственных мощностей, после чего исчезла потребность в двадцатичетырехчасовом рабочем цикле. Большинство обитателей станции соблюдают теперь один и тот же режим дня. Земной, хотя мы успеваем сделать два вращения вокруг планеты за сутки.