Высматривая путь. Том I (СИ) - John Lemon

значит, в масло еще можно домешать немного свежих листьев чистотела. Пренебрегая перчатками, девушка голыми руками размяла их, едва заметно кривясь от пощипывания, и добавила в будущее масло.

Отто вошел в дом ровно в тот момент, когда Фредерика сражалась с небольшой банкой, набивая ее едва остывшей мазью. Он обошел стол вокруг, скептически оглядел саму девушку, которая небрежно утерла взмокший лоб о предплечье. Осмотрел горелку, осмотрел мазь и принюхался к ней. Внимательно всмотрелся в цвет масла.

— Добавила чистотел? — деловито поинтересовался он, даже не взглянув на девушку.

— Да. Лишним не будет. Если верить им, — она кивнула в сторону двери, — животные уже покрылись ранами, а значит, лучше добавить что-то дезинфицирующее. Одной мази может не хватить, к тому же — вдруг слижут или оботрут. А масло, все же, понадежнее будет: мазь втирать надо, а тут — мазнул и забыл.

— Верно, верно, — закивал низушек, а после бросил беглый взгляд на начинающие краснеть девичьи пальцы. — Дера, не пренебрегай перчатками. Кожа слезет быстро, что и моргнуть не успеешь.

— Я спешила, да и не чувствую я в них травы как нужно. Кожа жесткая. Такие больше для кузни подойдут, а не для травничества, — сосредоточено ответила та, наконец бережно закрывая тканью банку и перематывая ее конопляной веревкой.

— Тебе так сильно нужен конь этот? — Отто скептически вскинул брови, спрятав руки за спиной.

— У меня никогда не было коня. И потом, буду в город выезжать. Или в ближайшие селенья.

— Может и верно, — задумчиво хмыкнул низушек, походив туда-сюда. — Девка молодая, нужно и в свет выбираться.

— Да какой это свет? — рассмеялась девушка, снимая с огня кипящее масло. — Так, прогулка, смена обстановки, не более.

— Ты быстро учишься, Фредерика, — Бамбер растянул губы в широкой улыбке, заставляя травницу бесповоротно смутиться. — Того и гляди, в медички пойдешь.

— С-спасиб-бо, — буркнула девушка, заикаясь. — Но мне бы лучше в лабораторию какую.

— Лаборатория — это замечательно, но тут больше простора для творчества, не находишь? Да и экспериментальное садоводство тоже вещь полезная, если знать, как применить.

— Ну ты ведь меня не подпускаешь к своим драгоценным грядкам. Только омелу полю да коренья чемерицы собираю, — отозвалась девушка, сосредоточено наполняя округлую склянку с плоским дном и высоким узким горлышком.

— Сегодня же тебе все покажу, не беспокойся, — радостно сообщил Отто. — И расскажу о перспективах.

— Только после того, как разберусь с мужичьем и их свиньями.

— Договорились!

Дера поспешно вытерла руки о передник и выбежала во двор, держа в руках две емкости.

— Итак, господа хорошие, — начала она сразу как переступила порог. — Вот вам два средства, — она протянула их мужикам. Те с особой и какой-то даже нелепой осторожностью взяли эти чудо-средства и с подозрением осмотрели со всех сторон. — Это мазь и масло. Мазать трижды в день. Вначале обработать маслом, а после нанести мазь на поражённые участки. Через неделю приведете своего хваленого коня и как раз расскажете, как там ваш скот.

— Да хранят вас Боги, госпожа травница! — закланялось мужичье и попятилось к забору. — Через неделю непременно будем здесь!

— Идите уже. И про коня не забудьте! — она вскинула вверх кулак на всякий случай, пригрозив им.

* * *

К полудню Эскель как раз добрался до Больших Сучьев. Деревня и впрямь оказалась на порядок больше, чем Подлесье, но и хаты выглядели беднее, как и сами люди. Зато неподалеку было озеро. Он сразу почувствовал легкий свежий ветерок и запах камыша. Может быть, удастся убить пару утопцев. Все же за одного можно выручить две кроны. Впрочем, здесь и без утопцев было чем заняться. В деревне обнаружились и торговец, и кузнец. Все так, как и обещал корчмарь. Да и сам ведьмак до сих пор не понимал, почему это мужик с ним так разоткровенничался. Неужто он ему в душу запал? Эти мысли заставили громко хмыкнуть и кривовато усмехнуться. Детвора тут же запищала и бросила врассыпную. Наверное, уж до боли жутко он выглядел вот с такой вот улыбочкой и своими глазищами. Это почему-то повеселило мужчину, но он постарался сдержать смех. Негоже ведьмаку раскрывать кметам, что он не так уж и отличаются от них самих.

Доехав до хаты, где женщина упорно терла белье в руках, стараясь выстирать его в огромном деревянном тазу, он решил приостановиться и разузнать, что тут и к чему в этих их Сучьях. Рядом валялся мыльный корень и щелок. Видимо, до изготовления моющего средства руки так и не дошли, так что пришлось мешать все в процессе.

— Добрый день, хозяйка, — обратился к ней Эскель, осторожно подведя коня ближе.

Женщина подняла голову и отшатнулась, прижав ладонь к груди, которая так и норовила вывалиться за края распахнутой рубахи.

— Боги! Напугал-то как, ведьмак… — выдохнула она, тут же утерев лоб раскрасневшейся от стирки рукой. — Чего хотел?

— Работу ищу. А еще провизии закупить хотел да к кузнецу зайти. Не подскажешь, кто тут где, милсдарыня?

— Да какая ж я тебе милсдарыня? — раскраснелась женщина. — Гленна я, жена мясника местного.

— Эскель, — мягко кивнул в ответ ведьмак.

— Имя-то у тебя красивое, звучное. Хоть и выглядишь ты уж до боли жутко. Ни разу не встречала человека с такой вот мордой, — Гленна на мгновение задумалась, осматривая мужчину, а после продолжила, не давая тому ответить: — За работу поспрашай у охотника нашего. Волки в последнее время совсем уж обнаглели. В деревню стали заходить. То куру какую утащат, то с собаками погрызутся. Может, вместе с ним и избавите нас от напасти. Ты, вроде, на вид крепкий.

— А с кузнецом что?

— Кузнеца найдешь в соседней хате. Хотя в такое время он обычно возле нее работает. Долбит своим молотком по наковальне и долбит, все мозги уже мне изъел долбежом своим.

Эскель усмехнулся.

— А торговец?

— Торговец во-о-о-он там стоит, погляди. У хаты покосившейся. Яйца мне вчера тухлые продал, ирод!

— Благодарю вас, Гленна, — мужчина снова склонил голову, чем вызвал сдержанную улыбку у женщины.

— Глазища у тебя страшенные, как и морда, но вижу мужик ты хороший. Ты, если что, за шпиком заезжай. Я тебе хороший подберу, не вонючий!

— Если буду проездом, заеду.

Пришпорив коня, Эскель двинулся дальше. Корчмы в Сучьях не было и подавно. Так что лучше все дела сделать до заката и выдвинуться в сторону «На распутье». Совершать очередной марш-бросок без сна и еды он совершенно не хотел, на мгновение подумав, что может было бы неплохо поскакать прямиком в Яворник. Да и коня жалко, да и к ночи он явно не успел бы. А вот