Мир плавающих театров - Джек Вэнс

Замп рванулся вперед, заметив волну дыма, поднимающегося из шкафчика боцмана. Матросы образовали цепь, передавая к шкафчику ведра воды, и огонь был погашен. Бонко сказал Зампу:

— Установленное время было выбранно точно; кто-то собирался посеять панику среди публики!

— У Ашгайла душа безумного пса. Ничего не удержит его! Главное, более внимательно вести наблюдение!

Занавес опустился на живую картину, и жонглеры вышли вперед занимая краткую интерлюдию, бросая над публикой диски, которые описав круг возвращались в руки жонглеров.

Бонко снова доложился Зампу:

— Два человека в широких одеждах сидят среди публики. Я считаю, что они что-то прячут.

— Препроводи их на шканцы. Обыщи их и обойдись с ними соответственно.

Бонко вернулся через несколько минут.

— Негодяи, как и подозревал! Они несли клетки с паразитами, вредными насекомыми и огненными шершнями, которых хотели напустить на нашу публику. Мы побили их и выбросили в реку.

— Великолепно, — сказал Замп. — Оставайся на стороже.

Занавески поднялись, открывая поверхность экзотической планеты. Два человека спустились в подобии космической шлюпки. Они удивляли странным усилиям и попытками сесть с нелепыми неудачами. Сидящие в деревьях огромные насекомые играли сверхъестественную музыку на причудливых инструментах. Музыка резко прервалась когда появилась группа полуголых, получеловеческих существ. Они бежали на всех четырех. Существа прыгали и резвились, изучали космонавтов с притворным любопытством. Насекомые-музыканты заиграли музыку. Бегающие существа исполнили эксцентричный и скорее бесстыдный танец в котором участвовали и космонавты. Танец приобрел вакханическую ярость.

Музыка резко оборвалась. Эффектная тишина сжала сцену. Музыка возобновилась, теперь тяжелая, темная и зловещая. Появилось огромное существо — получеловек, полувеликан-людоед. Плеткой с дюжиной хвостиков, он заставил бегающих получеловеческих существ унижаться. Космонавты смотрели пораженные ужасом, а потом тут же убили зверя. Музыка извергла ужасный диссонанс. Полулюди высоко подпрыгивали в приступе ярости. Они разорвали космонавтов на куски. Потом, со сверхъестественной, медленной музыкой, совершили возбужденную павану[10] вокруг зверя-великана и занавес упал.

Из-за борта корабля раздался звук глухой стук, серия хриплых криков и всплеск. Замп пошел разузнать в чем дело, и Бонко объяснил причины нового волнения.

— Три человека в гребной лодке попытались прикрепить взрывпакет на уровне нашей ватерлинии. Я уронил большой камень в их лодку и их унесло течением.

— Ашгайл не ленится, — сказал Замп. — Не получится. Наше представление близко к завершению. Но не расслабляться.

Замп вернулся к тому месту, откуда мог наблюдать за публикой. Среди них был эмиссар из Морнуна. Который? Не определить. Инкогнито было соблюдено полностью.

Занавеси разошлись для традиционного Замповского гранд финала. Оркестр играл крещендо, актеры маршировали, скакали и исполняли кекуок; жонглеры крутили огненные обручи. Фокусники пускали ракеты.

Замп шагнул на сцену и когда занавесь упала, отвесил скромный поклон.

— Мы надеемся, что вы получили удовольствие от наших усилий развлечь вас. Следующий раз, когда мы будем проплывать мимо, наше знакомство будет продолжено. Все на борт "Очарования Миральдры", если хотите провести хороший вечер.

Глава 4

Ночью Замп долго не мог уснуть из-за шума насосов и проклятий с "Золотистого концерта Фиронзелля". Утром судно по-прежнему было осевшим на корму.

Замп с удовольствием вкусил ранний завтрак в своей каюте, оделся в своей обычной манере в темно-серые штаны, зеленую куртку, застегивающуюся на петли темно-красной нити, темно-красную с зеленым шапку. Потом Замп сел в ожидании заявления эмиссара Морнуна.

Прошло полчаса. Замп вышел посмотреть на подъем "Золотистого концерта Фиронзелля". Вода волнами била из шлангов, появившихся из иллюминаторов. Ашгайла нигде не было видно.

Когда Замп прогулялся назад, на середину корабля, молодой человек в обычном костюме Лантина поднялся по сходням. Замп остановился и молодой человек приблизился.

— Вы — Аполлон Замп, хозяин корабля?

— Я претендую на это имя.

— В таком случае, у меня послание, которое я должен передать в ваши руки, — молодой человек вынул черный, плисовый футляр, который вручил Зампу, и немедленно покинул корабль.

Замп задумчиво наморщил губы. Он положил черный, плюшевый футляр на скамейку и посмотрел на него с безопасного расстояния.

Позже подошел Бонко и удивленно посмотрел на Зампа.

— Что вас беспокоит?

— Вон тот футляр. В нем может находиться что угодно.

Бонко рассмотрел футляр.

— Ладно, мы скоро узнаем правду. Мгновение, пока я принесу пару зажимов.

Бонко пошел на нос и вернулся с зажимами и длинной нитью. Он прикрепил дно футляра к столу, прикрепил другой зажим к крышке и привязал один из концов нити к этому зажиму. Другой конец нити он забрал на ванты и протянул вверх до "вороньего гнезда".

Замп пошел и встал за палубной надстройкой.

— Готов? — спросил Бонко.

— Готов, — ответил Замп.

Бонко потянул за нить, но зажим соскользнул с футляра и замысел не удался.

За спиной Зампа стоял Гарт Ашгайл, который поднялся на борт судна незамеченным и теперь стоял с высоко подняв брови от удивления.

— Что, во имя мира, вы делаете?

Замп прочистил горло и дернул за козырек своей шапки.

— Мы пытаемся открыть черный футляр, который стоит вот там.

Гарт Ашгайл нахмурился в удивлении.

— Наверное, это самый легкий способ? — он подошел к футляру, схватил его и открыл крышку. — Вы преувеличили трудность этого.

Замп не ответил. Он взял футляр и вынул прямоугольник тонкого, светлого металла, исписанный посланием черного цвета и начертанного четким почерком.

Пусть будет всем известно, что Мастер Аполлон Замп, со своим судном "Очарование Миральдры", членами команды, оркестром и актерской труппой приглашается участвовать в Гранд Фестивале в Морнуне начинающимся на тринадцатый день после летнего солнцестояния в этом году. С этим футляром им гарантируется полностью безопасный проход через врата Мендамена, через Бездонное озеро в город Морнун на время фестиваля, и на веря достаточное для легкого и безопасного возвращения.

Предопределено и закреплено силой

Вальдемара, короля Соувэйниоса.

— Ах, да, — сказал Замп. — Я ожидал чего-то похожего, — он передал металлическую пластинку Ашгайлу, который прочитал послание спокойным взглядом.