Гюро и оркестр - Анне-Катарина Вестли

ужасно быстро, но затем настал черед бить Андреа, и она отправила мяч не так далеко, и он полетел в сторону Сократа.

– Лови его, Сократ! – крикнула Гюро. – Не зевай!

Сократ кинулся за мячом, протянул руки, но схватил только воздух, мяч пролетел мимо.

– Ну, говорил же я! – сказал мальчик, которому пришлось взять Сократа в свою команду. – С ним мы точно проиграем!

Тут по двор вышли Эрле и Бьёрн, и Эрле сказала:

– Знаете что, мне тоже захотелось поиграть в лапту. Ты не хочешь, Бьёрн?

– Ол райт, – сказал Бьёрн. – Давненько я в неё не играл.

А тут подошёл и Лилле-Бьёрн. Он возвращался от Мортена из лесного домика. Увидев, что Эрле и Бьёрн собрались играть в лапту, он тоже захотел присоединиться и бегом прибежал к детям. Лилле-Бьёрну и Эрле досталось играть в одной команде с Гюро, а Бьёрн вошёл в другую. Это прибавило жару игре. Гюро и Сократ перешли в «город», потому что Эрле засалила одного из противников. Теперь был их черёд бить по мячу и бегать. Сократ держал биту, потому что бить по мячу выпало ему, а другой член команды должен был бросить мяч так, чтобы подать его на биту.

Сократ зажмурился, мысленно воображая себе, откуда должен прилететь мяч, и конечно же не попал.

– Браво, Сократ! – сказала Эрле. – Сейчас я отобью, и ты сразу беги.

Эрле запустила мяч далеко, и Сократ помчался так быстро, что его тоненькие ножки так и замелькали в воздухе. Он успел прибежать обратно, и тут уж никто не ругал его мазилой, и копушей, и всякими другими такими словами.

Поиграв с детьми, запыхавшаяся Эрле остановилась, чтобы отдышаться, и сказала:

– Весело было с вами играть. Но у меня больше нет сил. И я думаю, большинству из нас пора идти ужинать.

– Мне тоже пора домой, – сказал Сократ.

– Ты уже выучил ноты, которые нужно подготовить, не скажу для чего, потому что это секрет? – спросила Гюро.

– Нет ещё, – сказал Сократ. – Но завтра я попрошу папу, чтобы он сыграл их мне на пианино, тогда я скорей разберу.

Дома у него уже привыкли, что все новые пьесы Сократу сначала должен был проиграть несколько раз папа или Аврора, и тогда Сократ со слуха запоминал ноты. Так же Сократ поступал и с домашними заданиями. Когда в школе задавали новый текст из хрестоматии, он шёл с ним к Авроре или к родителям, чтобы те два раза прочитали ему задание вслух, а потом уже начинал читать его сам. Папа с мамой и учительница в школе радовались, как хорошо читает Сократ. Он всегда читал громко и внятно. Однажды, когда он особенно хорошо прочитал задание, учительница сказала:

– А теперь, Сократ, прочитай-ка нам совершенно новый рассказ.

И тут лицо Сократа приняло какое-то странное выражение, и он сказал:

– Но ведь я же его не готовил.

– Ничего, – сказала учительница. – Мы это знаем.

– Мне нужно выйти, – сказал Сократ. – Очень, очень нужно.

Сократ выскочил из класса, захватив с собой книжку. Учительница только покачала головой:

– Какой чудак! Мне показалось, что он унёс с собой книгу, хотя она ему сейчас совершенно не нужна.

На самом деле она-то и нужна была Сократу. Он только мимоходом забежал в туалет, раз уж отпросился туда, но сразу же выскочил и побежал в надежде встретить на пути Бьёрна, или Эрле, или кого-нибудь из старших ребят. Внезапно его осенила новая мысль, и он кинулся в школьный ларёк. В этот день там дежурила Эрле. Сократ обрадовался, бросился к ней и сказал:

– Пожалуйста, Эрле! Прочитай мне вслух, что тут написано, хорошо? Только помедленней и два раза!

Эрле взяла книгу и прочитала, что он показал.

– Ещё раз прочти! – попросил Сократ.

Она прочитала ещё раз, а Сократ слушал её с раскрытым ртом, точно весь обратившись в слух.

Когда Эрле кончила читать, Сократ сказал: «Большое спасибо» – и пулей выскочил из ларька.

– Наконец ты вернулся, Сократ, – сказала учительница. – Мы тебя уже совсем заждались. А теперь почитай нам вслух, если ты уже отдышался.

– Отдышался!

Он ведь привык быстро бегать, так что ему это было нипочём, он даже не запыхался. Он принялся читать, и учительница сказала:

– Вот видишь, как ты хорошо можешь читать даже без всякой подготовки.

После уроков Гюро сказала Сократу:

– Давай пойдём ко мне. У нас сейчас Тюлинька, и она сказала, чтобы я тебя позвала.

– А потом ты будешь заниматься на скрипке, – сказал Сократ, – а я тебя послушаю и буду знать, что там написано в новых нотах.

Тюлинька уже ждала их и наготовила к их приходу целую гору бутербродов, потому что Эрле и Бьёрн тоже хотели зайти перекусить. И вот они все собрались на кухне вокруг стола и поели, было очень вкусно. Для Сократа, казалось, это был желанный отдых. Здесь ничего не надо было бояться. Никто не скажет ему, что он пропускает все мячи, или ещё что-нибудь вроде этого.

Поев, они с Гюро отправились в подвал, и Гюро сказала:

– Сейчас опять началось трудное. Когда берёшься за что-то новое, всегда намучаешься. У меня всегда так бывает – сначала ничего не понимаю, но вчера приходил Оскар, он мне помог, и теперь я немножко разобралась. Я покажу тебе, как надо.

– А как там называется новая пьеса? – спросил Сократ.

– Увертюра к «Титу» Моцарта. Её мы будем играть в зале, который называется «Дом музыки». Теперь это уже точно известно, так сказал твой папа. Ты был там когда-нибудь, Сократ?

– Нет.

– Должно быть, там громадный зал, и нам надо будет играть громко. Сейчас я тебе сыграю, но только медленно. Пока что я ещё не умею быстро.

– Ага, – кивнул Сократ.

Он опять сидел с открытым ртом и внимательно слушал, стараясь не упустить ни одной ноты. Гюро несколько раз проиграла для него начало увертюры. И тогда Сократ сказал:

– Мне тоже надо домой упражняться на скрипке.

Он так заспешил, что даже забыл со всеми попрощаться.

– Сократ хорошо читает ноты? – спросила Эрле.

– Да. Но только если сначала послушает, как играют другие, – сказала Гюро. – Он так хорошо знает ноты, что почти всё запоминает наизусть. Он всю «Кармен» выучил наизусть. На концерте у него упали ноты, а он продолжал играть как ни в чём не бывало.

В этот день Эрле позвонила по телефону родителям Сократа. Трубку взяла мама, которую звали Мари. И Эрле сказала ей:

– Знаешь, я тут кое-что подумала. Вы уверены, что у Сократа всё хорошо со зрением?

– Ну да, – сказала Мари. – Вон он как хорошо читает. Как раз сегодня звонила его учительница. Она просто поражается, что первоклассник так бегло умеет читать. Сегодня он читал на уроке совершенно незнакомый текст и даже ни разу не ошибся.

– Вот то-то и оно, – сказала Эрле. – Вы ведь, кажется, читаете ему вслух все задания? Верно?

– Да, действительно. По-моему, ему это нравится, он любит делиться с нами тем, что нового было в школе. Он, бедняжка, часто у нас устаёт. Может быть, оркестр для него всё-таки лишняя нагрузка. Для него и для Гюро это, наверное, чересчур уж серьёзно. Но они очень любят эти занятия, а это главное. А вот что нас больше всего огорчает, так это то, что он на переменках боится других мальчиков. Хорошо бы что-то придумать, чтобы он избавился от этого страха. Я знаю, что Гюро просто молодец и всегда его выручает, но иногда это всё же очень мешает.

– Знаешь, Мари, я решила, что лучше всего прямо сказать тебе, что я думаю. Обещаешь, что отведешь его к глазному врачу?

– К глазному врачу? – удивилась Мари.

– Да, – сказала Эрле. – Мне кажется, ваш мальчик выбивается из сил, заучивая каждый день наизусть всё, что ему задают.

В ту самую минуту, как Мари положила телефонную трубку, вошёл Эдвард и прямо с порога принялся рассказывать. Он только что был у Андерсена и Тюлиньки:

– Понимаешь, он хочет пойти на наш концерт, когда мы будем играть в «Доме музыки». Я сказал, что постараюсь договориться с волонтёрами, чтобы они помогли отвезти его в коляске. Я уже знаю, что в «Доме музыки» везде можно проехать на коляске.

– Замечательно! – сказала Мари. – Но в данный момент мои мысли заняты совсем другим.

И она пересказала Эдварду то, что только что услышала от Эрле.

Эдвард примолк и задумался. И тут ему вспомнились все мелочи, которые он и сам замечал, но как-то не придавал им значения. Например, однажды Сократ читал ему вслух, а при этом