Виват, Романовы! Часть IV - Анна Литаврина

Александр. Конечно. «Принимать "Близость" дважды в день, утром и вечером». И никаких отказов я не приму, так и знай! Так что лучше расслабься и постарайся получить удовольствие.

Елизавета Алексеевна (обнимая его). Я и не собиралась отказываться… надо слушаться врачей. Я ведь не хочу умирать.

Александр (ложась сверху). Вот именно.

Гасит фонарь.

Голос Александра в темноте. А тебе так не тяжело? Ты же болеешь. Может, поменяемся местами?

Голос Елизаветы Алексеевны. Не беспокойся. Эту ношу я выдержу.

Сцена 13

Два дня спустя.

Зимний дворец. Гостиная. Сидят Марьфёдорна, Константин, Александра Фёдоровна и Николай.

Марьфёдорна. Не понимаю. Проблема совершенно не решается! Саша по-прежнему отстранён от государственных дел! Сначала он проводил время в Михайловском замке с бомжами, теперь он второй день не выходит из её спальни!

Константин (с усмешкой). Это я виноват. Я ему подсыпал в чай свой секретный отвар для усиления… в общем, для сил. Там первые сорок восемь часов ТАКОЙ эффект!

Марьфёдорна. Безобразие! Опять ты хулиганишь! Даёшь брату всякую гадость! Вот с самого детства: то песку в кашу насыплешь, то соли в варенье…

Константин. Ну чего… ничего ж плохого с ним не делается? Этот сбор не опасен для жизни. А Елизавета Алексеевна должна остаться довольной. В конце концов, всё это ради её здоровья. Чтобы она не померла. Только если от многочисленных повторяющихся припадков удовольствия…

Марьфёдорна осуждающе смотрит на Константина.

Александра Фёдоровна. О, знаете, а мне кажется, она совсем даже не больна!

Все смотрят на неё.

Александра Фёдоровна. Я вчера видела, как она ночью бегала по коридорам.

Николай (любезно). Дорогая, а что вы делали ночью в коридоре?

Марьфёдорна. Может быть, ей нужна была помощь?

Александра Фёдоровна. Да нет. Мне так не показалось. И ещё вчера, когда император днём уходил, я к ней заглянула, чтобы справиться о самочувствии. Так она сидела в кровати, читала и одновременно ела пирог за обе щеки. И жареную картошку.

Марьфёдорна. Возмутительно… Она обманывает Сашу! Опять!

Константин. Он сам обманываться рад. Особенно благодаря моему отраву… отвару.

Марьфёдорна. Да, конечно, в некотором роде это разумное поведение.

Перекрутка.

Спальня Елизаветы Алексеевны.

Елизавета Алексеевна и Александр лежат в постели. Целуются и обнимаются.

Александр (шёпотом). Тебе хорошо?

Елизавета Алексеевна. Да, очень хорошо… Если бы ты ещё не спрашивал меня об этом каждые две минуты, то было бы совсем хорошо.

Александр. Кажется, тебе лучше. Ты поправляешься!

Елизавета Алексеевна. Да, это правда. Лечение работает. Правда, я не могу сказать, чтобы совсем хорошо стало… в том смысле, что необходимо ещё лечение продолжать какое-то время.

Александр. Я вот тут подумал… не будет ли у этого лечения побочный эффект?

Елизавета Алексеевна. Какой же?

Александр. Вдруг на этот раз у нас всё-таки получится ребёнок? Я бы очень хотел. Я очень старался. И ещё могу постараться.

Елизавета Алексеевна. Вообще доктор после моих последних родов сказал, что новая беременность будет опасна для моей жизни, но я готова рискнуть.

Александр (испуганно). Опасна? Для жизни? Тогда я не готов! Что же ты сразу не сказала, что такое лечение может принести тебе вред?

Елизавета Алексеевна (испуганно). Никакого вреда! Одна польза… Ты ведь спас мне жизнь!

Александр (отстраняясь от неё). Чтобы обменять её на твою смерть при родах? Нет! С лечением пора заканчивать!

Елизавета Алексеевна (обречённо). Язык мой поганый… Вот почему я не могу научиться держать его за зубами?

Перекрутка.

Константин (смотрит на часы). Уже полдень, а они всё никак не… закончат лечение своё. А у нас сегодня парад. Вечерний.

Марьфёдорна (в ужасе). А если она ещё и забеременеет? Вот люди на смех поднимут! С ума они, скажут, сошли в их возрасте..?

Голос в углу. Императрица не забеременеет. Александр Павлович бесплоден.

Все поворачивают головы. В углу, в кресле, сидит седой сгорбленный старик с палочкой.

Марьфёдорна. Боже? Вы кто?!

Николай. И как давно вы здесь?

Старик. Я медикус. Семейный врач. Лечил ещё Екатерину Алексеевну и Павла Петровича… Точнее, как лечил: пытался уговорить их принимать лечение, однако, Екатерина Алексеевна пилюли выплёвывала, а Павел Петрович…

Константин. Так, так! Стоп. Ты до этого что сказал? Что император бесплоден?!

Врач. Ну да. Увы. Это последствие прививки от оспы на фоне перенесённой в детстве краснухи. Я говорил Екатерине Алексеевне, что она перебарщивает с закаливанием. Что надевать мальчику мокрые штаны… да и женить его в 15 лет…

Марьфёдорна (всплеснув руками). Так вы тот самый медик?! Которого все искали? Когда умирала императрица?! Где же вы были все эти годы?!

Врач. Да здесь был… не показывался просто. Я ж честно государыне про Александра Павловича сказал. Она меня слушать не стала! Глупости, мол, я говорю… Так я пошёл и сам ему сказал! Я подошёл к нему (ему лет одиннадцать было) и сказал: «Мальчик! Ты более не мужчина!» (Тяжело вздохнув.) А тут зайди Павел Петрович да как огрей меня палкой… сказал, что ежели на глаза ему попадусь, он меня прибьёт. Вот я и сидел. А потом забыл выйти.

Голос Александра. Я… бесплоден?

Все поворачивают головы. У дверей стоит Александр.

Молчание.

Врач (вздыхая). Именно. Неудачное стечение печальных обстоятельств плюс холодные, узкие и мокрые панталоны. Вам ещё повезло, что у вас там вообще всё не отвалилось! Что как-то работает. И это потому, что я вовремя принял меры! (С интересом.) Как хоть работает-то? Нормально? Ужасно интересно было все эти годы, пока я в отставке сидел.

Александр (медленно). Я бесплоден..?

Врач (терпеливо). Да. Это значит, что вы не в состоянии зачать ребёнка. Никак. Ни с кем. Сколько б ни старались, сие невозможно. У вас там всё стерильно. Как на небесах.

Константин. То есть он практически ангел.

Врач. Как размножаются ангелы, не знаю, но Александр Павлович не в силах дать потомство. Он совершенно не в состоянии. У него…

Александр. Хватит. Я понял смысл.

Разворачивается и уходит.

Константин (недоумённо). Но мне тоже делали прививку. Я болел краснухой и носил мокрые штаны.

Врач (смотрит на него). Вы тоже бесплодны.

Константин. Что ты плетёшь, дурак?! У меня есть дети!

Врач. Ну, может, вы не настолько ангел, как Александр Павлович, но я бы на вашем месте всё равно задумался.

Константин задумывается. Встаёт и уходит.

Марьфёдорна (в ужасе). Господи, какой ужас!

Врач. Да почему ужас-то? Есть и хорошие стороны. Теперь они с