Воссоединение волчьей стаи - Аврора Джейсон

— О чем ты хотел поговорить? — София села на край кровати и серьезно посмотрела на Джейсона.

— Да, хотел. Но перед этим, может, познакомимся поближе? — Парень положил руку на плечо девушки и слегка потянул её к себе.

София бросила на него испепеляющий взгляд и оттолкнула его руку.

— Либо ты сейчас же мне все рассказываешь, либо я ухожу и выясню все сама, — выпалила она, возмущенная тем, что Джейсон, позвавший её на серьезный разговор, позволяет себе подобные непристойности.

— Ладно, прости. Я хотел поговорить о тебе. О том, кто ты такая… Кто были твои предки… — Внезапно лицо Джейсона стало серьезным и холодным.

Он поднял с тумбочки книгу и протянул её Софии. Девушка с любопытством открыла её. На первой странице значилось: «Сара Уилсон, 1725 год».

— Эту книгу написала твоя далекая родственница, Сара Уилсон – первая оборотень, которая с помощью зелья научилась оставаться в облике волка и днем, и ночью. О ней я пытался тебе рассказать в той притче, — Джейсон внимательно смотрел в глаза девушки, словно пытаясь прочитать её мысли.

— Этого не может быть! В притче говорится, что она стала оборотнем… Значит, притча – не сказка, и все это на самом деле было? И про её семью, и про ведьму? Но волшебства же не существует! Разве оборотни, вампиры, ведьмы и прочие – не персонажи сказок? — София была ошеломлена услышанным, ведь всего этого просто не могло быть в современном мире.

— Да, София. Я расскажу тебе небольшую предысторию, чтобы ты немного поняла и не путалась…

Много лет назад четыре клана оборотней, погрязшие в нескончаемой вражде, заключили шаткий договор о перемирии. Он гласил: разделить земли поровну и объединиться под предводительством вожака, избранного испытанием. Твой предок, Уильям, с честью выдержал это испытание, объединив кланы и став их вождем, но правление его оказалось недолгим. Джон, его ближайший друг, человек, в чьем сердце пылала лишь война, предал его, подставив другой клан и разорвав договор. Он обагрил руки кровью Уильяма и узурпировал власть. Сара, младшая сестра Уильяма, спасая свою жизнь и жизни близких, бежала в глухую деревню. Но клан счел это бегством и предательством. Подстрекая местных жителей, они учинили кровавую расправу, уничтожив всю ее семью. Джон, снедаемый любовью к Саре, попытался забрать ее с собой, но она отказалась. Зверь внутри нее спал, она была слаба и не могла дать отпор. Оставив Сару, обессиленную, в лесу, обрекая на голодную смерть, они покинули деревню. Но Сара не сломилась. Она отыскала ведьму, которая сварила ей колдовское зелье. В ночь кровавой луны, испив его, она пробудила зверя внутри себя. Ярость мести дала ей силы, и она научилась владеть своей звериной сущностью и днем, и ночью. Отомстив за гибель родных, убив Джона, она вернулась в клан и, заключив новый договор, стала вождем. После этого она вышла замуж за одного из старейшин. Спустя годы она написала эту книгу. В ней же говорится, что ее чистокровный потомок, отмеченный родинкой в виде полумесяца, – законный вожак стаи.

— София пребывала в смятении, пытаясь осмыслить услышанное.

— Я в это не верю, — скептически возразила девушка. В современном мире не может быть места сверхъестественному.

— София, прошу тебя, отнесись к этому серьезно. Все сходится! Знак на твоей спине, легенда… Разве с тобой не происходило ничего странного в моменты гнева или страха? — Джейсон смотрел Софии прямо в глаза, пытаясь достучаться до ее сознания.

— Хватит вести себя как ребенок! Завтра же мы уедем отсюда к старейшинам. Они объяснят тебе твое место! — Джейсон сжал руку девушки до боли, его злость нарастала.

Софии стало невыносимо больно. Она увидела, как изменились глаза Джейсона, налившись желчью, а из-под губ показались острые, как кинжалы, клыки. От страха и ярости, пытаясь вырваться, она ударила его по плечу. На ткани рубашки проступило алое пятно. Джейсон отпустил ее руку и схватился за плечо. София в ужасе взглянула в зеркало. В отражении ее глаза горели желтым пламенем. Она взглянула на свою руку, покрытую кровью, вместо ногтей – острые когти, которыми она ранила Джейсона. Вновь посмотрев на рану, она заметила, как она медленно затягивается. Парень спокойно взглянул на девушку.

— Теперь ты видишь? Тебе нельзя оставаться среди обычных людей. Ты такая же, как и я. Ты не человек, ты волк. Собирай вещи, рано утром мы уходим. — Джейсон встал и достал из чемодана чистую майку.

София, потрясенная случившимся, вышла из комнаты Джейсона и направилась к себе. В своей комнате она снова посмотрела в зеркало. Глаза вновь стали голубыми, а на пальцах – обычные ногти. Она осмотрела руку, которую сжимал Джейсон, – никаких следов. А ведь хватка была такой сильной, что должен был остаться синяк. София решила спуститься вниз и все выяснить у матери. Войдя в гостиную, она увидела Марию, сидящую на диване перед стареньким телевизором. Девушка села рядом с матерью, натянуто улыбнувшись.

— Мам, тебе бы новый телевизор купить, этот совсем устарел, — попыталась она завязать разговор, но Мария лишь молча кивнула. — Слушай, а ты не помнишь, со мной в детстве ничего странного не случалось?

Женщина удивленно взглянула на дочь, но тут же сменила выражение лица, натянуто улыбнувшись.

— Не помню, вроде бы нет. А что-то случилось?

София поняла, что мать лжет, она никогда не умела этого делать. Не став настаивать, она ответила:

— Просто спросила.

София поняла, что мать не откроет ей правду. Решив немного успокоиться, она пошла на кухню.

София решила приготовить чай и сделать бутерброды, как в детстве. Она вернулась в гостиную, где уже была Ева, и все вместе уселись на диван, попивая чай и наслаждаясь бутербродами. За окном забарабанил дождь. Софии стало спокойно и уютно. Она всегда любила дождь и в детстве обожала бегать под теплыми летними ливнями. Встав с дивана, она понесла посуду на кухню и вдруг почувствовала сильную тошноту, слабость и дрожь в ногах. Ее зашатало из стороны в сторону. Не удержавшись на ногах, она рухнула на колени, уронив посуду, которая разлетелась осколками по всему коридору.

Софи задохнулась, словно ее легкие сжали невидимые тиски. Мать, встревоженная, подлетела к ней, засыпая словами, пытаясь вернуть ее в реальность. Софи дрожала всем телом, словно осенний лист на ветру, и не могла издать ни звука. В