Парадокс параллельных прямых. Книга первая - Татьяна Вильданова

«Как же всё запуталось!.. Что же мне теперь делать»?

Не отдавая себе отчета в том, насколько она устала, девушка опустила голову и уткнулась виском в колено. Теперь мужское лицо виделось ей как бы перевернутым, резко состаренным светотенью, прочертившей несуществующие пока морщины и густо подсинившей глазные впадины.

Несколько минут она жадно, не отрываясь, смотрела на его губы, потом мысленно обозвала себя дурой, отвела глаза и уткнулась взглядом в высохшую розетку буро-коричневого лишайника, украшавшую соседний стволик…

…где-то далеко, ещё по ту сторону реки, невысокий плотно сбитый парень, сидящий за рулем крохотного зеленого «ситроена», пытался объехать улицу, плотно закупоренную санитарным фургоном…

…«Как же всё запуталось… если бы мы не потеряли время в начале… и потом…» – опять, уже в который раз, она мысленно просмотрела весь путь, начиная от того момента, когда почти вслепую стреляла сквозь вращающуюся дверь и до…

«Мерзавец! Он стоял за шторой и ждал… как же я могла не заметить?! – сейчас она настолько отчетливо видела этого человека, что, казалось, могла бы описать его всего, вплоть до серебряного значка со свастикой, привинченного над нагрудным карманом, – я же чувствовала, что там кто-то есть…чувствовала и ничего не сделала! Надо было стрелять сразу. Нет! – тут же одернула сама себя Этьена, – нет. Он мог оказаться просто наблюдателем, который не причинил бы нам никакого вреда. Обыкновенным человеком, который услышал шум и подошел к окну. Мог… я убила его…»

Странно, но эта мысль почти не вызвала в ней никаких ярких эмоций. Словно она просто ликвидировала орудие убийства. Не человека, а машину, бездушную смертельно опасную машину, созданную такими же бездушными существами.

«Я в первый раз в жизни убила человека… наверное, это должно быть страшно, – попыталась проанализировать свои ощущения Этьена, – наверное… но я ничего не чувствую… Почему? Я никогда никого не убивала, а сегодня я преспокойно выстрелила в человека…»

Чувствуя, что запутывается, она уткнулась в колени лбом и крепко зажмурилась.

«Неужели и во мне сидит это проклятое желание убивать? Уничтожать, разрушать всё вокруг себя?… Я убила человека. Убила! Возможно, даже двоих…»

Там, на улице, когда она целилась через вертящуюся дверь, она могла бы попытаться сохранить тому офицеру жизнь. Могла бы, но…

«У меня не было другого выхода… если бы я промахнулась, то… Прекрати оправдываться! – безжалостно оборвала себя Этьена, – никому из них я даже не подумала дать шанс выжить… знала, что их надо остановить и была наверняка. Как ядовитых мух… Но они же люди! – на душе стало настолько паскудно, что появилось желание зажмуриться ещё крепче, – люди… у каждого из них была своя жизнь, которую я сегодня… Второй! – она резко выпрямилась и тупо уставилась на кустарник, – второй! Его скоро найдут!

Как же я сразу не подумала! Он – тоже немец, поэтому, когда его найдут, начнется такое! И в первую очередь прочешут ближайшие дворы! А мы…»

Она замерла и диким взглядом обвела кусты.

«Мы слишком близко! В любой момент здесь могут появиться боши. А я, как последняя дура, сижу здесь и жду, когда нас накроют»!

Этьена выскочила из кустов и метнулась к калитке.

«Где этого Симона носит!»

Где-то еле слышно прошумела машина.

«Симон»!

…Зеленый «ситроен» выскочил к Сент-Мишелю, пересек левый рукав Сены, проскочил мимо фасада Дворца правосудия, за закрытыми воротами которого мелькнула фигура часового с автоматом, пронесся по бульвару.…

В той квартире звонил телефон. Большой неуклюжий автомат стоял в тесной гостиной на столе. Звук далеко разносился по пустой квартире.

«Ситроен» проскочил мимо Луксорского обелиска, обогнул фонтан, пересек Риволи и нырнул в паутину улиц квартала Опера.

Здесь, во дворике, время остановилось. Каждая следующая минута намертво прилипала к предыдущей, и вместе с ней плотно прижималась к асфальту двора.

Одна… вторая… третья…

Упав на асфальт, минуты разбухали. Вскоре Этьене стало казаться, что они заполнили собой всё пространство. Даже воздух уплотнился и потеплел. Забывшись, она чуть было не расстегнула плащ, но, уже взявшись за пуговицы, вдруг в панике прижала руки к горлу.

Телефон замолчал, затем зазвонил опять.

Звон острой болью врезался в мозг.

Этьена подавила охвативший её приступ дрожи, вынула из кармана пистолет и методично, не позволяя себе ни одного лишнего движения, проверила количество оставшихся патронов. Даже не поднимаясь в квартиру, она знала, что телефон в ней звонит, уже не переставая, а в ответ на его молчание где-то на другом конце города медленно зреет раздраженное недоумение.

«Прекрати панику! – заставляя себя не думать, и всё-таки мысленно представляя себе того, другого, нетерпеливо бросающего трубку, мысленно приказала себе Этьена, – немедленно прекрати панику! Симон уже едет… минут через десять он будет здесь… он успеет… он обязательно успеет», – девушка сунула пистолет обратно в карман, сгорбилась и медленно зашагала по дорожке.

Один… два… три… четыре… кусты… поворот.

Один… два… три… четыре… калитка… поворот…

И опять один…

«Если не догадаются поручить проверку квартиры кому-то из местных, то пока курьер доедет, пройдет какое-то время… пока будут искать запасной ключ… или ломать дверь… – методично, как будто речь шла о каком-то абсолютно постороннем предмете, начала просчитывать Этьена, – даже если убитого и найдут, то, пока вызовут солдат, пока решат прочесать двор… пройдет время… а Симон уже в пути… возможно, уже на этом берегу… он успеет первым… – чувствуя, что подкатывает очередная волна паники, она до боли сжала скулы и продолжила своё равномерное хождение, – он должен успеть… Симон не подведет… за рулем он бог! Если надо, у него машина по крышам поедет…»

Она настолько вжилась в своё ожидание, что в первую минуту даже не услышала глухого негромкого урчания.

«Симон»?!

Этьена метнулась к калитке и прижалась лицом к просвету над дверью.

«Симон»!

Зеленый затасканный автомобильчик притерся почти к самой стене. Симон, невысокий, худой парень лет двадцати, вылез из машины и проворно нырнул во дворик.

– Ну?

– Сюда, – Этьена метнулась обратно и приподняла ветки кустов. Симон присел на корточки, заглянул внутрь и изумленно присвистнул.

– Ни хрена себе!.. Здоровый дядя. Что с ним?

– Вот, – Этьена проползла внутрь и слегка приоткрыла на раненом плащ.

– Ни хрена себе… – с трудом оторвав взгляд от плаща, Симон медленно перевел его на Этьену, – как его так?

– Не важно, – девушка запахнула и застегнула плащ, – надо убираться отсюда.

– Куда ты хочешь его везти?

– Ко мне. Гаспар уже знает.

– Ясно… – освоившись с ситуацией, Симон мысленно уже прикидывал возможности своего «ситроена», – посадим его на заднее сиденье.

– Хорошо.

Симон тоже заполз в кусты, закинул руку раненого себе на плечо и, не имея возможности подняться, полез обратно, короткими рывками подтягивая мужчину к выходу.

– Осторожней! – испуганно охнула Этьена.

Симон молча выполз на дорожку, крякнул и стал вставать, таща раненого за собой.

– Тяжелый, черт, – теряя равновесие, он качнулся и зыркнул на Этьену взглядом, – помоги!

Вдвоем они подтащили раненого к двери, Этьена распахнула калитку, затем заднюю дверь машины, ещё раз огляделась и кивнула.

Симон протащил раненого сквозь дверь, подтянул к автомобилю и попытался пропихнуть внутрь. Доре не столько сел, сколько стек на сиденье, на несколько мгновений задержался в шатком вертикальном положении и потек дальше, заваливаясь головой к противоположной двери.

– Садись быстрее!

Вдвоем они кое-как пропихнули внутрь его ноги и, как могли, усадили раненого на сиденье. Симон захлопнул дверцу, оббежал машину и плюхнулся на сиденье водителя.

– Сматываемся!

Машина резко рванулась вперед.

Этьену швырнуло назад. Доре съехал на бок и всей тяжестью навалился на неё сверху.

– Чтоб тебя!.. – притиснутая к двери, девушка отчаянно завозилась, пытаясь усадить раненого обратно, – когда ты водить научишься! Не кирпичи же везешь!

– Извини… – на полном ходу огибая приткнутый у тумбы велосипед, сквозь зубы пробормотал Симон, – как он?

– Ещё спрашиваешь!.. На дорогу смотри!

Симон резко выкрутил руль, уводя машину от столкновения с мусорным баком, выкаченным на улицу перед подъездом.

– Откуда он на тебя свалился?

– С крыши.

– А серьезно?

Этьена, наконец, смогла выпрямиться и, пытаясь удержать мужчину в вертикальном положении, обеими руками вцепилась ему в плащ.