Белые погоны - Александра Лисина

несколько рэйнов мы успели облететь на аэротакси центр города, посмотреть вблизи на несколько бизнес-центров, посетить выставку современных вооружений, сходить в картинную галерею и даже поесть местный фастфуд в какой-то крошечной забегаловке. А я после того, как посетил исторический музей и пообщался с на редкость разговорчивым гидом, вообще чуть не забыл, зачем прибыл в Таэрин.

Еще в младшем классе, когда лаир Васко рассказывал нам историю тэрнии, я выяснил, что мое первоначальное представление о Норлаэне и о том, как вообще устроено государство, было ошибочным. Поначалу я полагал, что все ну или почти все в тэрнии решают знатные аристократичные рода… ну кланы, по-нашему. Познакомившись с Сетью и увидев там массу упоминаний о танах и их семьях, о том, какими огромными активами они управляют и какие возможности имеют, воочию увидев, насколько они отличаются от простых людей, я едва не решил, что именно от них зависит будущее тэрнии.

Однако по мере знакомства с этим миром я постепенно осознал: нет. На самом деле рода, конечно, были важны, но в стране, как и положено, основная власть была сосредоточена в руках тэрнэ. Более того, сегодняшняя экскурсия и подкованный в этих вопросах гид помогли мне понять и увидеть многое из того, что оставалось за кулисами раньше.

В частности, я выяснил, что таны, несмотря на то, что им дано немало власти, владеют далеко не всей территорией тэрнии, а имеют власть лишь над отдельными провинциями. Окраинами, можно сказать. Тогда как львиная доля территорий находилась под прямым управлением старейшего и сильнейшего в стране рода Ларинэ. Да и в провинциях, как оказалось, влияние танов было далеко не абсолютным.

Тэрнэ поступил мудро, дав родам возможность самостоятельно управлять вверенными им землями. И вдвойне мудро, когда оставил за собой контроль за всем, что там происходит. Страна не может быть сильной, если ее на части раздирают кланы с их вечными разборками. Страна не может быть единой, если каждый удельный князек начнет устанавливать свои правила. Рано или поздно, но это неминуемо приведет к краху. Поэтому таны и не имели абсолютной власти в провинциях. Они, скорее, являлись управляющими, доверенными лицами повелителя. И обладали весьма обширными полномочиями, тем не менее ни о какой вольнице речь даже близко не шла.

Да, им было дозволено иметь свою личную гвардию, но в строго определенных пределах. Да, они имели доступ к важным, порой даже чрезвычайно важным производствам, однако только тэрнэ в конечном итоге контролировал весь процесс. Таны могли вкладываться в это самое производство, развивать новые направления, закупать оборудование, производить переоснащение цехов, вводить в эксплуатацию новые помещения, нанимать персонал и решать текущие вопросы… Но самые важные темы требовалось согласовывать с государственным контролером. И на каждом предприятии, в каждой провинции регулярно проводились отнюдь не формальные проверки.

Одним словом, тэрнэ являлся вовсе не номинальным правителем, которым зажравшиеся, обнаглевшие от безнаказанности рода вертели, как им вздумается. Отнюдь. Под его рукой находилась самая многочисленная военная структура страны, проводились все важнейшие, в том числе секретные разработки. Именно род тэрнэ имел монополию на создание и развитие большинства высокотехнологичных производств. Разработку и массовое производство оружия, поиск и выработку найниитовых… то есть найтовых, конечно, шахт, добычу ценных ископаемых, налоговую систему, тэрнийское казначейство… да, он привлекал для этого специалистов из разных родов, но, по сути, контролировал все, что так или иначе могло пошатнуть основы его власти.

Конечно, рода, которые пользовались его абсолютным доверием, активно поддерживались. Им выделялись огромные субсидии, беспроцентные кредиты, им давались расширенные полномочия. Однако все это было не вечно. В случае утраты доверия род мог потерять абсолютно все. Тэрнэ имел полное право передать провинцию в ведение более надежного рода, мог отобрать ее в свою пользу, а мог, как в случае с Расхэ, попросту уничтожить.

Такова была его власть. И таковы были местные законы.

Само собой, не всем это нравилось, поэтому время от времени среди особо буйных голов начинали в очередной раз зреть мысли, чтобы изменить существующий порядок вещей. За последние несколько столетий в тэрнии произошло пять попыток государственного переворота и сразу несколько десятков бунтов, которые тем не менее были успешно подавлены.

Сильнейший тэрнийский род даже после многих веков правления отнюдь не собирался сдавать свои позиции. Тэрнэ руководил Норлаэном мудро, но при этом достаточно жестко. Однако это и правильно, иначе и быть не может, ведь в противном случае тэрния как таковая давно перестала бы существовать, а вместо единого государства на ее месте оказалась бы кучка раздробленных, ослабленных княжеств и вечно грызущихся между собой князьков, которых при желании можно было бы взять чуть ли не голыми руками…

Одним словом, из исторического музея я вышел под огромным впечатлением.

А после этого наставник решил, что мне необходимо взглянуть не только на блистающий фасад, но и на изнанку огромной столицы. Поэтому, когда уже не воздушное, а самое обычное автомобильное такси прокатило нас по так называемому Нижнему городу, я поразился тому контрасту, который царил здесь и наверху.

Обитатели Нижнего города жили гораздо скромнее, чем те, кому повезло оказаться на верхних этажах небоскребов и кто мог себе позволить пользоваться воздушным транспортом. Люди здесь выглядели беднее, среди зданий нередко встречались старые, обшарпанные и порой совсем заброшенные строения. Здесь, ближе к окраинам, прятались многочисленные фабрики и заводы. Здесь же, как и, наверное, в любом крупном городе, находились наиболее криминализированные районы, а также отщепенцы, маргиналы и прочие сомнительные элементы всех возрастов. Во многих домах в этих районах не было стекол, какие-то были попросту заколочены досками. На некоторых окраинных улицах царила разруха, а где-то, если верить наставнику, и полнейшее безобразие, особенно по ночам. Тогда как на стенах я увидел причудливое граффити, включая не только рисунки, но и далеко не самые приличные надписи. А в закоулках и тупичках, мимо которых нам довелось случайно проехать, виднелся мусор и вездесущие нищие, которых в Верхнем городе было даже близко не видать.

— У всего есть обратная сторона, — с невозмутимым видом сообщил лэн Даорн, когда мы вернулись в Верхний город. — И за каждым сверкающим фасадом всегда найдется старый и пыльный подвал. Я хочу, чтобы вы не доверяли безоговорочно красивым лицам и чистым мундирам, курсант, а также всегда помнили, что за заманчивым с виду предложением может крыться обычный криминал.

— Так вы поэтому взяли номер в обычной гостинице, да еще и подальше от центра столицы? — догадался я.

— К сожалению, конкуренция на соревнованиях класса «Джи» весьма