Прекрасный яд - Мишель Бриддок

Не успеваю я ответить на его слова, как две большие руки подхватывают меня, и я чувствую, что мое тело прижато к твердой, широкой груди.

У меня неловко перехватывает дыхание, и, судя по тому, как на секунду уголки его рта приподнимаются в почти ухмылке, я понимаю, что он тоже уловил мою реакцию.

— Знаешь, я могу ходить. — Мой протест, вероятно, звучит так же слабо, как и ощущается, поскольку моя рана продолжает пульсировать, и мысль о том, чтобы доковылять обратно до дома, наполняет меня ужасом.

Я слышу, как глубокий вдох наполняет его грудь, словно он раздражен тем, что я вообще говорю сейчас.

— Будет быстрее, если я просто отнесу тебя обратно.

Сдавшись, я обвиваю своими тонкими руками его шею и позволяю ему обнимать меня. Тепло, проникающее сквозь его одежду, успокаивает мурашки на моем теле от начинающейся прохлады.

Пьянящий аромат греха, смешанный с цитрусовыми и стиральным порошком, доносится до меня, когда я машинально откидываюсь назад в его объятиях.

— Поскольку я позволяю незнакомцу нести меня, меньшее, что ты мог бы сделать, это сказать мне, кто ты и почему находишься на территории Найтчерч.

— Это мой дом, — отвечает он. — Меня зовут Эзра Сильваро.

Сын! Я вспомнила, что Эстель упоминала о том, что нужно избегать другого крыла особняка, поскольку там жил ее сын. Этот парень был определенно не тем, кого я ожидала встретить. Разве в фильмах ужасов спрятанный сын не был обычно каким-нибудь отвратительным чудовищем? Я явно насмотрелась всякого дерьма и небылиц.

— Я Беннетт, Беннетт Кин. В основном просто Беннетт, но друзья иногда называют меня Би. — Теперь я колебалась.

— Королева Би2, — ответил Эзра, — Маленькое существо с отвратительным жалом… ну ясно!

Я нахмурилась от его потенциального оскорбления. Этот парень был полон веселья.

Не займет много времени, прежде чем мы доберемся до дома.

Несколько рабочих суетятся вокруг, когда мы входим в большие двери, но они даже не поднимают глаз, когда Эзра несет меня через кухню в небольшую гостиную с черным бархатным диваном в углу.

Он опускает меня на мягкий материал и направляется к высокому шкафу из темного дуба с несколькими шкафчиками.

После нескольких секунд поисков Эзра возвращается с небольшой коробкой, очень похожей на аптечку.

Достав маленькую иголку с ниткой, он поворачивается ко мне, его лицо по-прежнему сохраняет стоическое выражение.

— Тебе нужно наложить несколько швов, больница не нужна, но если я не зашью рану, ты можешь подхватить инфекцию. Сначала мне нужно промыть рану, к тому же у нас нет обезболивающего, поэтому я предлагаю тебе выпить это, — он лезет в карман джинсов, вытаскивая маленькую серебряную фляжку. Я снимаю крышку, нюхая жидкость внутри.

— Виски? Фантастика! — Мой сарказм был кристально чист, когда я получила раздраженный косой взгляд от Эзры.

— Ну так не пей это, мне похуй! Мучайся от того, что я буду делать. — Зарычал он.

Я усмехнулась, недоверчиво качая головой. Этот парень был полным ослом.

Меня совершенно не волновало, что я не обращусь к врачу или не поеду в больницу, хотя было чертовски странно, что он просто не позвонил в клинику, но нахождение в такой непосредственной близости от этого мужчины, кем бы он ни был, заставляло мой желудок делать сальто, а между ног разливался жар при одном его виде. Даже несмотря на то, что с момента нашего знакомства он был просто угрюмым ублюдком.

Вздохнув, я сделала большой глоток из фляжки. Прохладная жидкость обожгла мне горло и я поморщилась.

Большинство девушек, полагаю, взбесились бы, если бы какой-то парень готовился наложить швы на их кожу без обезболивающего, но по какой-то причине мне было настолько больно, что мне действительно стало все равно.

Большая рука Эзры обхватывает мою лодыжку, осторожно приподнимает мою ногу и кладет ее себе на колени. Его большой палец рисует успокаивающие круги вокруг моей лодыжки, заставляя бабочек в моем животе снова затрепетать.

Разорвав зубами маленькую антисептическую салфетку, я не могла оторвать глаз от его восхитительных губ. Я впилась зубами в нижнюю губу, глядя на него.

Холодное, острое жжение салфетки, прижатой к моей ране, нарушило транс, в который я каким-то образом впала, когда мои брови сдвинулись от боли. Я позволила своему дыханию выровняться в медленном, глубоком ритме, когда сделала еще один глоток виски.

После того, как Эзра вымыл меня, он принялся накладывать несколько небольших швов на мою ногу.

Он бросил на меня быстрый взгляд, а затем снова переключил свое внимание на работу.

— Сделай глубокий вдох. — Тихо сказал он.

Быстро вдохнув, я почувствовала, как игла с силой вонзилась в мою плоть.

— Уррррггхх! — Я сильно прикусила нижнюю губу, чтобы заглушить стон агонии. Черт, это виски не справлялось со своей гребаной работой. Моя нога начала дрожать от ожога, а в уголках глаз выступили слезы. Я почувствовала медный привкус собственной крови на языке из-за того, что слишком сильно прикусила губу.

— Выпей еще.

Я подняла фляжку, отхлебывая жидкость медового цвета. Жжение в горле почти соответствовало жжению кожи.

Я так крепко сжала серебряную фляжку в ладонях, что костяшки пальцев побелели, когда боль распространилась по икре.

Пока он работал, я сосредоточилась на пряди черных волос, которая спадала ему на правый глаз.

Холодные бисеринки пота стекали по моему лбу, и я изо всех сил старалась, чтобы меня не стошнило. Я была в секунде от того, чтобы умолять его остановиться, пока он не завязал шов по завершении работы.

Закончив, он осторожно положил мою лодыжку со своих колен на диван. Его взгляд ни разу не встретился с моим, ни на секунду.

Я медленно дышала, когда тошнота начала проходить, и сразу же почувствовала себя человеком, как только он опустил иглу. Я быстро вытерла тыльной стороной ладони выступившие на лбу капельки пота.

— Так где ты научился этому? — Я попыталась произнести эти слова игриво, но выражение лица Эзры оставалось непроницаемым, когда он начал убирать все оборудование, игнорируя мой вопрос.

— Тебе нужно отдохнуть, я сообщу маме, что тебе нужно несколько дней на восстановление, поэтому завтра ты не приступишь к работе. — Он встал, неся коробку и окровавленные салфетки, которыми только что обработал мою ногу, и направился к двери.

— Эм… хорошо, что ж, спасибо.

Он взглянул на меня один раз, затем кивнул и вышел через большую стеклянную дверь, закрыв ее за собой.

Я выдохнула, даже не зная, что сдерживала дыхание, и откинулась назад, чтобы лечь на диван. Что, черт возьми, только что произошло?

Мне нужно было сделать мысленную заметку быть