Варяги и Русь - Игорь Анатольевич Настенко

подчинении франками сорбов или союзе с ними до той поры также ничего не сообщается. О наиболее раннем периоде отношений славянских и германских племён в Германии неизвестно практически ничего. Все восточные славянские соседи Франкской империи (сорбы, велеты, ободриты) предстают в первых упоминаниях как давно подчиняющиеся франкам, но поднявшими мятеж, или давними союзниками, о начале отношений с которыми ничего не говорится.

На первую половину VIII в., когда велеты должны были «получить власть от майордома» и когда можно предполагать союз франков с ободритами во время франкско-саксонских войн, франкские хроники описывают лишь подчинение франками Саксонии, области, находившейся как раз между франками, ободритами и велетами. Причём ряд фактов — заселение земель к югу от нижнего течения Эльбы предками полабских древан уже в VII–VIII вв. и существование славянской крепости в Холленштедте в 804 г. чуть ли не в центре Саксонии — подтверждают начало славянского присутствия в Саксонии до первого упоминания ободритов. До 630 г., когда произошло отпадение «долгое время подчинявшихся франкам» сорбов, описываются войны франков в Тюрингии, которая потом таким же странным образом оказывается населена славянами, хотя как славянская земля никогда и не упоминалась. Для нас важно, что в это же время констатируется война франков с варнами. Её Фредагар упоминает под 595 г., сообщая о том, как в ходе подавления мятежа варнов (Varni) армией Хильдеберта остались в живых лишь немногие из этого народа[475]. Локализация этих варнов возможна только очень обобщённо где-то на неподконтрольных Франкской империи землях. Учитывая, что в конце VI — начале VII в. должно было иметь место подчинение франками некоторых славянских племён, и эти события не отразились в хрониках, под войной франков и варнов 595 г. вполне могла подразумеваться война и подчинение франками южнобалтийских славян, впоследствии известных как ободриты. Однако более вероятным кажется, что речь могла идти об описанной Прокопием Кесарийским колонии варнов в устье Рейна, соседствовавшей с франками, но нарушившая, разорвав династический брак, союз с франками в начале VI в., что и могло стать причиной для войны, в ходе которой небольшая колония могла быть почти полностью уничтожена.

Согласно Фредегару, эти варны не были полностью истреблены франками в конце VI века. Существование племени «варинов» (werini) подтверждает и небезызвестный документ, как предполагается, созданный в начале IX в.: «Законы англов и веринов, что значит тюрингов» («Lex Angliorum et Werinorum, hoc est Thuringorum»). Очевидно, что появление юридического правового документа с таким названием должно подразумевать наличие самих англов и варинов в IX в. на зависимых от франков землях. В немецкой историографии в этих варинах и англах традиционно пытаются увидеть два германских племени, населявших некие «области Тюрингии». В качестве аргумента приводится топоним «Веринофельде», находившейся в IX в. где-то к западу от реки Заале[476]. Анналы Муассака сообщают о походе сына Карла Великого на богемцев в 805 г. Путь войска из Саксонии в Богемию проходил через области Werinofelda (в другом варианте, Hwerenofelda) и Demelcion. Последняя должна быть известной позднее областью далеминцев, одного из сербских племён. Месторасположение её можно определить на основании более поздних источников.

Титмар Мерзебургский отмечает, что славянским названием далеминцев было гломачи, а название это, как и всей области, в свою очередь происходило от названия родника Ломмач: «Ломмач — это источник, расположенный не далее, чем в 2-х милях от Эльбы, который, образуя собой стоячее озеро… И вся та область, протянувшаяся от Эльбы вплоть до реки Хемниц, берёт своё название от этого источника»[477]. После описанного Титмаром произошедшего в начале — первой трети X в. завоевания области далеминцев Генрихом Птицеловом, для охраны рубежей была основана крепость Майссен. Таким образом, историческая область далеминцев должна была располагаться в среднем течении Эльбы, к северо-западу от Дрездена, там, где сейчас находятся Майссен и Ломмач. Исходя из этого, область Werinofelde также должна была быть где-то в этих местах, в среднем течении Эльбы, в населённых сербскими племенами славянских землях между Саксонией, Тюрингией и Богемией. Эйнхард и франкские анналы в том же IX в. указывали о прохождении восточной границы Тюрингии с сербами по р. Заале, а Саксонии со славянами — по р. Эльбе.

С раннего средневековья и до XIII в. в восточной половине Тюрингии жили славяне. Центральная её часть, междуречье Унштрута и Заале, была черес-полосно населена славянами и немцами уже в VIII-ІХ вв., а восточная, между реками Герой и Заале, полностью славянами[478]. К востоку от рек Заале и Эльбы начинались уже неподконтрольные Франкской империи независимые славянские земли. И анналы Муассака говорят о славянском правителе Земеле, противостоявшем саксам в их походе в Богемию через области Werinofelda и Demelcion. Поэтому, учитывая, что во время первого упоминания топонима Hwerinafelde эти земли уже должны были быть полностью славянскими, использование его в качестве аргумента о находившейся здесь прародине «германских» варинов или о месте их проживании в VI в. не выдерживает критики. Топоним действительно обнаруживает германское словообразование, но его поздняя фиксация в период уже достоверного проживания там славян указывает лишь на то, что одну из населённых славянами областей германские соседи называли «полем веринов». При этом сам топоним Werinofelde может оказаться связанным вовсе не с «народом варинов», а с именем одного из полководцев, Веринария, принимавшего участие в названном походе, т. е. «полем Верина». Так, анналы Муассака сообщают: «…et alium exercitum cum Audulfo et Werinario, id est cum Baguarios; terium vero transmisit cum Saxonibus super Werinofelda et Demelcion»[479].

Указание же Эйнхардом и другими источниками на реку Заале как на границу между славянами и тюрингами в IX в.[480] и позже свидетельствует, в свою очередь, о том, что «тюрингами» обобщённо называли всех жителей Тюрингии, независимо от того славянами они были или немцами (так междуречье Заале и Унструта было населено славянами по крайней мере до XII в.). Это же обстоятельство снимает и аргумент с «обязательным» германоязычием жителей разных областей Тюрингии, именуемых в целом тюрингами в IX веке. Из сообщения Эйнхарда вполне недвусмысленно следует, что к его времени «тюрингами» называли всех жителей провинции Тюрингия, в том числе и славян, уже тогда населявших не менее половины ее территории. Вместе с тем археологически присутствие «ободритов» в IX в. прослеживается очень далеко на юг, доходя, по меньшей мере, до города Холленштедт в центральной части исторической Саксонии.

Впрочем, и сама интерпретация названия «Lex Angliorum et Werinorum, hoc est Thuringorum» как указания на тождественность племён англов, варинов и тюрингов представляет собой не более чем попытку связать