Варяги и Русь - Игорь Анатольевич Настенко

Herrschaft). Центрами новых господств стали старые, наиболее значительные славянские города, а сами области были представлены традиционной «зоной влияния» этих городов и крепостей, т. е. теми землями, с которых в давние, независимые времена собиралась дань сидевшими в городах князьями. Поэтому неудивительно, что границы новых господств христианских ободритских князей в целом совпали со старым племенным делением.

Так, границы господства Росток приблизительно соответствуют, как археологически, так и по письменным источникам, расселению племени хижан, с той лишь разницей, что их центром стал не пришедший в упадок город Кессин, а заново отстроенный недалеко от него город Росток. Господство Мекленбург включало в себя основную часть «земель ободритов в узком смысле»: области к востоку от реки Траве на северо-восток до современного города Рерик также совпадает с наибольшей концентрацией славянских находок. Исключение составляет лишь южная часть бывших земель «ободритов в узком смысле» в районе Шверинского озера. Эти земли оказались отделены от господства Мекленбурга, но лишь потому, что они были единственными, которые не удалось вернуть Прибиславу После крестового похода на славян 1147 г. они остались под контролем наместника Генриха Льва, и впоследствии здесь было создано не «господство», подобно другим ободритским областям, а немецкое графство Шверин. Этому же графству принадлежал и небольшой «островок» между ободритскими господствами Мекленбург и Верле, однако причины такого разделения земель «ободритов в узком смысле» лежали в последствиях крестового похода, а не собственно славянском делении на области и племена.

К западу от господства Мекленбург начиналось господство Верле, центром которого была одноимённая, известная с 1160 г., ободритская крепость на Варнове. На юго-востоке границы её доходили до города Мальхин, что в целом соответствовало границам племени ободритов середины XII века. В это господство вошла и область с большой концентрацией славянских находок в бассейне реки Небель. В начале XIII в. в этой густонаселённой славянами области внуком Прибислава ободритским князем Генрихом Борвиным II был основан город Гюстров, ставший затем резиденцией князей, управлявших господством Верле. Однако такое развитие региона указывает скорее на то, что область с плотной концентрацией славянских находок в бассейне реки Небель должна была подчиняться и платить дань ободритской крепости Верле и в языческие времена, т. е. должна была быть «ободритской землёй».

Область же верховьев Варнова в районе Штернбергского озера стала северной границей господства Пархим. Центром его был одноимённый город Пархим, где в славянские времена находилась крепость и значительное торгово-ремесленное поселение с многочисленными следами импорта и роскоши (как и в окружающих их открытых славянских поселениях). Подчинение земель в районе Штернбергского озера Пархиму указывает на то, что центр этой группы славян находился далеко от Варнова, так что невозможно себе представить ассоциацию Пархимской области с Варновом и бывшими землями племени варнавов. Сама река Варнов оказалась по большей части разделена между тремя областями: Ростоком, Шверином (отнятыми у Мекленбурга землями) и Верле, так что верховья его представляли собой границу господства Пархим и графства Шверин. Всё это прекрасно подтверждают сообщения современных событиям письменных источников о том, что река Варнов в XII в. находилась в пределах земли «ободритов в узком смысле» и там исторически не было отдельной славянской провинции, связанной исключительно с Варновом. Поэтому не было впоследствии и «варновских» титулов ободритских князей, тогда как титулы «князь ободритов», «князь полабов», «князь кессинов» и др. хорошо известны.

Анализ всех этих свидетельств наводит на мысль, что вары, варны, варины, варнавы или какая-то близкая форма была славянским самоназванием племени «ободритов» (как в узком, так и широком смысле). Хронисты, привыкшие к «учёному» названию, в то же время отмечали, что название это «уже» не соответствует действительности. Само представление Адама о том, что «ободриты» было самоназванием племени в более ранние времена, могло попросту являться его интерпретацией «ободритов» к примеру из цитируемого им текста Эйнхарда. Другими словами, прочитав Эйнхарда и Фульдские анналы, Адам, конечно, понял о ком идёт речь, и, возможно, удивившись незнакомой ему до этого форме названия, мог принять её за более древнее наименование ререгов и перенять в свою хронику. Вероятно зная, что тех славян, которые правят в Мекленбурге, ранние хроники называли ободритами, а в его время — ререгами, ему вместе с тем было известно и то, что по окраинам контролируемых мекленбургскими князьями земель славяне именуют себя иначе: ваиграми, полабами, линонами, варнабами. Возможно, ввиду плохого знания славянского языка, несколько локальных названий одного племени и «учёная» традиция старых хроник были приняты им за отдельные племена.

В действительности же до Адама в источниках не было упоминаний варнабов в западном Мекленбурге, хотя земли ободритов «в широком смысле» предстают как состоящие из нескольких областей с самых первых упоминаний. В 808 г. франкские анналы сообщают о подчинении датским королём Готтфридом двух ободритских областей. Кроме того, сообщается о двух зависимых от ободритов славянских племенах на Эльбе, поднявших мятеж и перешедших на сторону Готтфрида: смельдингах и линонах. О последних достоверно известно, что их столицей был город Ленцен на юге современного Мекленбурга. По всей видимости, это племя было изначально «вильцким», а не ободритским, т. к. Видукинд Корвейский описывает в X в. разрушение саксонцами столицы линонов Ленцена, как ответ на нападение редариев. То же можно заключить и из описанного Гельмольдом похода ободритского князя Генриха Любекского на брежан, в ходе которого он «случайно» узнал о проживавшем по соседству славянском племени линонов, не собиравшемся поднимать мятеж или выступать против него, однако разорил их земли и увёл много пленных.

Смельдинги должны были находиться к северу от Эльбы, в её нижнем течении, и к востоку от линонов, примерно в районе современного города Дёмиц, и, возможно, далее на запад. Упоминания о них прекращаются к концу IX в., а в XI в. примерно на этих же территориях между полуостровом Вагрия и Ленценом фиксируется племя полабов со столицей в Ратцебурге. Выше уже высказывались аргументы в пользу того, что изначально они отличались от ободритов, потому должны рассматриваться не в качестве собственно ободритского племени в VIIІ-ІХ вв., а лишь зависимым от них племенем. В связи с чем сообщение франкских анналов под 808 г. нельзя понимать как сообщение о делении ободритского королевства на четыре провинции: речь идёт о двойном разделении собственно ободритских земель и ещё о двух зависимых от них племенах иного происхождения. Появление в ободритских землях третьего «племени» или третьей провинции должно было произойти в более позднее время, после того как смельдинги были окончательно ассимилированы подчинившими их ободритами: не ранее X в. или даже ХІ-XII веков. В случае