Варяги и Русь - Игорь Анатольевич Настенко

В то время как этноним «ободриты» был известен из всех знавших их соседей лишь немцам, название племени варинов находит отражение не только в топонимике, но и в средневековых хрониках и преданиях соседних народов. Племя с таким именем упоминается где-то в Северной Германии римскими авторами уже в I–II вв. н. э. и локализуется исследователями сочинений Тацита и Птолемея к юго-востоку от англов, на территориях, занятых в средние века ободритами. В VI в. земли племени варинов описываются Прокопием Кесарийским между данами и «землями славян». Какие именно славянские племена имелись при этом в виду, неизвестно. Однако описанное им продвижение герулов с Дуная на северо-запад сначала через земли славян, далее через земли варинов и сразу же после них — земли данов, позволяет локализовать земли варинов только к юго-востоку от Дании, т. е. в Вагрии или землях «ободритов в узком смысле». На каком языке говорили варины в первой половине I тысячелетия н. э., неизвестно. Нередко считается, что они были германоязычным племенем, но каких-либо подтверждений этому нет ни в письменных источниках, ни в топонимике (дославянская топонимика здесь широко известна, но выводится из других языков).

Степень преемственности славянского населения с более древними народами Северо-Восточной Германии в научных кругах остаётся спорной. Часть археологов настаивает на широкой преемственности обоих народов[469], в то время как другие придерживаются мнения, что варины и прочие перечисленные Тацитом племена покинули эти территории ещё до предполагаемого прихода сюда славян[470]. Неоспоримым остаются славянское заселение интересующих нас ободритских земель не позднее VI в. н. э. и факт перенятия славянами целого слоя дославянской топо- и гидронимики. Таким образом, независимо от данных археологии вполне вероятным было бы происхождение не имеющего славянской этимологии этнонима «вары» у славянского племени из дославянской топо- или гидронимики Южной Балтики не позднее VI века. Лингвист В. Лаур указывал на возможность происхождения названия реки Варнов от *War(i)ahwö («река [племени] варинов») — названия племени варинов на древнегерманском языке, так же как и из древнеиндоевропейского корня ṷ̭or-, *ṷer-, *ṷr-, имевшего значение «вода, дождь, река»[471].

Более подробно данный вопрос освещал Ханс Краэ, приводивший для этого корня древнеиндийские (var, vari — «вода»), авестийские (Var — «дождь»), тохарские (Vairi — «озеро») параллели, а также многие другие примеры гидронимов Германии и Европы, произошедших от этого корня: Vara (приток реки Ом, Германия), Varnau (*Varana/Varina, приток реки Бёме, Германия), Warniza (приток Дуная), Variza и Warica (Франция), Varіка (Австрия), всего около 40 гидронимов, в основном сконцентрированных в Центральной Европе, от Средиземного моря до Северного и Скандинавии и от Франции до Прибалтики[472]. Возможно, схожее древнеиндоевропейское обозначение применялось когда-то для всей приморской области Юго-Западной Балтики, что и послужило основой для этнонимов как упоминавшихся Тацитом, так и впоследствии уже достоверно славянских племён, эти земли населявших. Конкретно для реки Варнов в Мекленбурге, известной данам как Гудакра, в то же время кажется возможной и уже собственно славянская этимология от этнонима «Wari» или «warini».

Между тем обращает на себя внимание и ряд упоминаний племени варинов на территории Германии или прямо на территории ободритского королевства в период, когда, по данным археологии, здесь уже достоверно фиксируется славянская материальная культура. В поисках причин появления другой формы их этнонима, «ободриты», стоит обратиться к наиболее ранним упоминаниям ободритов и варинов во франкских хрониках. Как уже отмечалось, впервые «ободриты» появляются во франкских анналах в конце VIII в. в качестве союзников франков. В 789 г. франки совершили поход на велетов, о чём биограф Карла Великого Эйнхард даёт более подробные сведения: «После того как те волнения были улажены, была начата [другая] война со славянами, которых у нас принято называть вильцами, а на самом деле (то есть на своем наречии) они зовутся велатабами. В той войне среди прочих союзников королю служили саксы, которые последовали за знаменами короля согласно приказу, однако покорность их была притворной и далекой от преданности. Причина войны была в том, что ободритов, которые некогда были союзниками франков, вильцы беспокоили частыми набегами и их невозможно было сдержать приказами [короля]»[473].

Таким образом, несмотря на первое упоминание ободритов в 789 г., можно сказать, что контакты франков с ними должны были начаться раньше, т. к. в конце VIII в. франки уже оказывали им помощь как союзникам. Известий о более раннем заключении союза или подчинении ободритов франками мы не найдём во франкских анналах, однако такие упоминания имеются у Эйнхарда: «Он [Карл] так усмирил все варварские и дикие народы, что населяют Германию между реками Рейном, Висулой, а также океаном и Данубием (народы те почти схожи по языку, но сильно отличаются обычаями и внешностью), что сделал их данниками. Среди последних самые замечательные [народы]: велатабы, сорабы, ободриты, богемцы; с ними Карл сражался в войне, а остальных, число которых гораздо больше, он принял в подчинение [без боя]…».

Эйнхард преувеличил восточные границы завоёванных Карлом славянских земель, исходя из римской традиции выделения границ «Великой Германии» до реки Вислы. Знал ли Эйнхард действительно о войне Карла с ободритами или же это было его собственным предположением (основанным на отсутствии упоминаний франкско-ободритских отношений в хрониках), остаётся под вопросом. По какой-то причине отношения франков с обитавшими к северу и востоку от Эльбы славянами — ободритами и велетами — не запечатлелись на страницах хроник, хотя они должны были иметь место ещё до Карла. Так, осаждённый в своей крепости во время упомянутого похода 789 г. велетский князь Драговит сообщил Карлу Великому о том, что право на власть в этих землях он получил от майордома Карла Мартелла (до 741 г.). Во время же правления Карла Мартелла франкские источники странным образом о походе на вильцев не сообщают. Согласно продолжателю Фредегара, какие-то «короли вендов и фризов»[474] помогли Пипину в подавлении саксонского восстания в 747–748 годах. Ввиду упоминания этих вендов в одном списке с фризами и где-то рядом с Саксонией, в них можно предположить правителей ободритов или велетов или и тех и других.

Такая ситуация с неупоминанием начала дипломатических отношений с соседними славянами или вхождения их во Франкскую империю была отнюдь не уникальна для франкского летописания. То же самое можно встретить и в хронике Фредегара, сообщающей под 630 г. об отпадении сорбов от франков, долгое время подчинявшихся последним, и переходе их на сторону Само. Притом, что ни о каких войнах франков с сорбами и о