Чудачка, стоящая внимания - Джин Флей

Некоторое время я в задумчивости бродила по дому, силясь представить, к чему приведет это происшествие. Рассудив, что к особенно хорошему вряд ли, но и для паники нет серьезных оснований, я решила сменить замок и поставить внутреннюю задвижку.

ГЛАВА 6. НЕЖДАННЫЙ ПОСТОЯЛЕЦ

Рэя Мэрфи я не видела ровно месяц, вплоть до сегодняшнего дня. Новый замок и задвижку я, конечно, не поставила, о чем сразу вспомнила и пожалела, когда, войдя в комнату, обнаружила его сидящим в том же самом кресле. Одно утешение: в этот раз я была при очках и одета по всей форме – наглухо. Может быть, поэтому я чувствовала себя гораздо увереннее и совсем не испугалась. Вполне светским тоном я начала:

– Добрый день.

– Привет, – ответил Рэй.

– Чему обязана?

– Я не мог больше не видеть вас.

Что дальше? Я уже не решилась спросить, памятуя первую нашу встречу, и ограничилась классическим:

– Не хотите ли чаю?

– Нет, я бы предпочел что-нибудь покрепче.

– Увы, но у меня есть содовая.

– Валяйте, мне все равно.

После того, как я принесла ее, а он ее выдул, возникла пауза, которую первым нарушил Рэй.

– Снимите очки.

Я заколебалась, но все-таки – гость, и сняла, после чего находчиво сказала:

– Сегодня прекрасная погода.

– Я вас люблю, – подхватил Рэй, мрачно глядя на меня.

Я захлопала ресницами и усомнилась:

– Не может быть.

– Я пытался забыть вас целый месяц, но не смог.

– Вы не знаете меня, значит, это не любовь, это вожделение, вам надо завести подружку и всю эту любовь как рукой снимет, – тоном женщины с пропастью прожитых лет снисходительно сказала я.

– У меня их было до черта, и старался я вовсю, они остались довольны, в общем, я тоже, но все равно вы сидели здесь, – он ткнул в левую сторону груди. – И мне было больно, я терпел, пока хватило сил.

Как ни странно, но я поверила.

– Вы хотите, чтобы я с вами спала?

Иногда эта страсть ставить все точки на «и» прямо-таки изводила меня.

– Конечно, но не только, я хочу, чтобы вы всегда были рядом.

– Я не люблю вас. Или вам это все равно?

– Нет, но вы бы могли полюбить меня.

– Я не могу полюбить так вдруг, по заказу незнакомого человека.

– А если вы узнаете меня? – с надеждой спросил он.

Я пожала плечами.

– Я красив, Лиз, вы не знаете, сколько женщин сходит с ума из-за меня.

– От скромности вы не умрете, потом вы забыли, что я старше вас.

– Это не имеет значения. Лиз, я останусь здесь.

Это было сказано таким тоном, что я забеспокоилась.

– Как это здесь?

– Так вы лучше узнаете меня.

– Но…

– Не бойтесь, если вы не захотите, я пока не трону вас.

– Я конечно благодарна, но я как-то привыкла жить одна.

– Лиз, не упирайтесь, я не буду мешать вам, здесь полно места для двоих.

– Нет, вы уйдете.

У него странно посерело лицо и в глазах появилось выражение такого безграничного отчаяния, что у меня нехорошо засосало под ложечкой, и я вдруг услышала собственный предательский голос:

– Ладно, оставайтесь.

Детский восторг выбросил его из кресла, перевернул в воздухе как акробата и травмировал ликующим воплем мои барабанные перепонки.

В два часа ночи меня разбудил телефонный звонок. Спросонья я не сразу сообразила, что это за Фрэнк такой.

– Он сбежал, – сообщил голос в трубке.

– Кто? – зевая, спросила я.

– Рэй.

– Я знаю, – промямлила я с закрытыми глазами

– Боюсь, что он поехал к тебе.

– Ага, он уже здесь, спит, – согласилась я.

Пауза.

– С тобой?

– Нет, в другой комнате.

Вздох.

– Он ничего тебе не сделал?

– Нет.

– Странно, Лиз, ты не бойся, я приеду завтра и увезу его.

– Я не боюсь, он сказал, что не тронет меня, а увезти его, похоже, не удастся, он совсем перебрался ко мне.

– Ничего не понимаю. Ну ладно. До встречи, детка.

Я положила трубку, села и, потирая виски, спросила себя:

– Лиз, ты не свихнулась?

Сколько-нибудь твердого и внятного ответа я так и не услышала, хотя очень старалась разобрать. На всякий случай я зашла в соседнюю комнату. Рэй действительно был там и спал, сбросив одеяло на пол. Я нагнулась, укрыла его и вернулась к себе.

Будильник заставил вскочить меня как ошпаренную, я специально ставила его на самый крайний срок, грешным делом любила поспать. Набросив халат, я заскочила в ванную. Когда я вошла на кухню, натягивая свитер, то увидела красивого парня с сияющими глазами, который ставил на стол что-то шипящее на сковородке. Я застыла, тупо соображая, почему он здесь, наконец в голове у меня прояснилось и я села за стол. Завтрак прошел в полном молчании, я привыкала, время от времени озадаченно поглядывая на него.

Благоразумие ко мне вернулось, правда, не надолго, когда Рэй хотел сесть в мою машину, я сказала:

– Нет, Рэй, мы не можем ехать в одной машине.

Он кивнул. Забрался в свою и почетным эскортом сопроводил меня до школы.

Благоразумие, кажется, вернулось и к Рэю, во всяком случае, в учительскую он за мной не вошел, а остался в коридоре, прислонившись к стене, которую перестал подпирать, когда я направилась на урок, мы чуть было так вместе и не вошли, но я ухитрилась сообразить, что курс, изучаемый в этом классе, Рэй прошел по меньшей мере два года назад. Я притормозила и поделилась с ним своим открытием, он согласился и остался за дверью.

Домой мы вернулись вместе. Из своей комнаты я вышла только к обеду, так как не выйти было нельзя, уж очень заманчивый запах пробивался в щели плотно закрытой двери, тем более в нее смиренно постучали и самым учтивым образом позвали к столу. Я отбросила свои сомнения и самобичевания, которыми усердно травила себе душу и, положившись на авось, явилась. У него был несомненный кулинарный талант (в отличие от меня), который подкупал, и я сказала, что еду на выставку. Рэй, естественно, попросился в мою компанию, а я, естественно, согласилась.

Когда мы вернулись домой, я обнаружила в злополучном кресле старшего Мэрфи. Пока я думала, как это они ухитряются попадать в одно и то же кресло, ведь есть же и другие в доме, он вскочил, подошел ко мне и, улыбаясь, сказал:

– Здравствуй, Лиз.

– Здравствуй, Фрэнк, – ответила я.

– Как ты согласилась на это? – Он уже не улыбался.

– Он сказал, что любит меня.

– А ты?

– Нет.

– Так какого черта ты согласилась?

– Он был огорчен и надеется, что я его полюблю, если узнаю.

– Ты уверена, что он не сделает тебе ничего такого?

Я пожала плечами.

– Он мой брат и замечательный парень, но я знаю, как ему трудно будет удержаться, и поэтому я увезу его, – твердо сказал Фрэнк.