Чудачка, стоящая внимания - Джин Флей

Дом оказался огромным и роскошным, ну, самым типичным дворцом в несколько десятков комнат, с залами, бассейнами, террасами и даже башней с казематами, в которой, верно, водились привидения. Надо будет в дурную погоду послушать, как они звенят цепями.

Конечно, мрамор, мебель, роспись, гобелены, дубовый паркет, люстры были великолепны, слов нет. Они возбуждающе действовали на мои эстетические рецепторы, но я не могла отделаться от стойкого чувства, что вдруг увижу служителя в музейной робе и надпись «Руками не трогать!», поэтому на всякий случай вела себя чинно, как и подобает в музее.

Одна из комнат оказалась художественной мастерской. Я уважительно спросила Стива:

– Вы занимаетесь живописью?

– Я? Нет.

– Значит, кто-то из ваших близких подвержен этой страсти?

– Да, вы.

Соображаю я всегда нескоро, злые языки сказали бы туго, и прошла целая минута, прежде чем я отреагировала.

– То есть, это моя мастерская?

– Да и холсты тоже ваши, я думал, вам захочется кое-что закончить или просто увидеть.

Откинув полог, я сразу признала собственную манеру письма, организацию пространства, колорит и прочее. Что ни говори, это было мило. Я подскочила к Стиву и благодарно поцеловала его в щеку, но этого ему показалось мало, и он красноречиво посмотрел на мои губы. Я хотела не догадаться, но он же действительно сделал мне подарок. Я вернулась и робко ткнулась в его губы. Он прижал меня к себе и показал, как это надо делать на самом деле.

Помимо картин Стив привез и мои книги, это был второй приятный сюрприз. Он чуть было не стал последним в моей жизни, потому что после того, как я отблагодарила Стива известным образом, он вдруг решил, что осматривать все остальное мне будет удобнее у него на руках. Я пробовала его разубедить, но бесполезно, он сказал, что для того и женился на мне, чтобы носить на руках. Но я зря боялась, что Стив надорвется, несмотря на свою силу, так как донес он меня только до бассейна, где вдруг выбросил в воду. Может, он одумался и хотел избавиться от свидетельницы опрометчивого обещания? Я смирилась с приговором и безропотно камнем канула на дно. Иначе и быть не могло, я совсем не умела плавать, а барахтаться и кричать караул было стыдно. Когда я очнулась, то не сердилась, он и без того был бледен, как я в первом классе.

– Лиз, как вы себя чувствуете? – взволнованно спросил он.

– Прекрасно!

– Почему вы не крикнули?

– Зачем?

– Но я чуть не утопил вас.

– И правильно бы сделали, я не подарок и рада, что вы это наконец поняли.

– Это была дурацкая шутка, я не знал, что вы не умеете плавать.

– Значит, ваши детективы поработали не очень добросовестно и осталось что-то, чего вы не знаете обо мне. Кроме этого я еще не умею делать массу других полезных вещей и не люблю валяться на солнцепеке, обычно я загораю в тени. Так что, не сочтите за труд, перенесите меня в другое место.

Стив с величайшей осторожностью поднял хрустальный сосуд моего тела, наполненный под завязку водой, и отнес в спальню. Я велела ему оставить меня одну, заверив, что со мной все в порядке, просто я хочу самостоятельно прийти в себя. Как ни странно, он подчинился. Я встала, добрела до туалета и вылила остатки застрявшей воды, потом отдышалась, прополоскала горло, почистила зубы, скинула мокрую одежду, вытерлась и завернулась в халат.

Вскоре в сухой юбке и майке я зашла к Стиву. Он лежал, казнился и курил. Увидев меня, он как-то вдруг оказался передо мной, крепко обнимая меня. И я была вынуждена заметить:

– Э, Стив, на этот раз вы раздавите меня.

– Простите, Лиз, с вами нельзя обращаться как с другими. Вы хрупкая драгоценность, а я, идиот, чуть собственными руками не погубил вас. Вы не сердитесь на меня?

– Нет, и если вы не против, то хотела бы продолжить нашу экскурсию. Я подожду вас там, пока вы не переоденетесь.

– Я сейчас, – обрадовался он.

До конца дня мы успели осмотреть почти все. За это время нам не попалась ни одна живая душа. Я спросила его:

– Мы здесь одни?

– Да, я отпустил всех, чтобы они не путались под ногами сегодня. Они живут там в своих бунгало. Я потом познакомлю вас с ними.

ГЛАВА 13. ПОПАЛАСЬ!

Эту ночь Стив провел у меня, и я не была против, потому что он был моим мужем и имел на меня все права, как и я на него. И мне опять было удивительно хорошо, и я улыбалась во сне. О чем мне сообщил Стив, едва я открыла глаза. Кажется, он не спал, а смотрел на меня всю ночь напролет. Я покраснела. Он рассматривал меня как диковинку. И рассердилась: все же я не совсем музейный экспонат, хотя и нахожусь в музейной обстановке.

– К чему привели ваши изыскания? – сердито спросила я.

– Лиз, вы самое прекрасное существо на Земле, – убежденно сказал он. – А ведь я мог и не встретить вас и прожил бы вполне довольный, не зная, что живу зря и так и не узнал счастья. А вы счастливы, Лиз?

Я молчала, прислушиваясь к себе.

– Ну, хоть немного? – умоляюще спросил он.

– Не знаю, – ответила я и протянула руку. Мне вдруг захотелось дотронуться до его лица. Оно было красиво в своей незаурядности. Как я раньше этого не видела? И колюче от острого ищущего взгляда и щетины, которая выросла за эту ночь, и у него нежные губы, странные и притягательные. Определенно, они мне нравились этой ночью. И даже сейчас, вспомнив их прикосновение, я покраснела от удовольствия и, наверное, слишком пристально смотрела на них. Стив что-то почувствовал и очень естественно приблизил их вплотную ко мне и заодно всего себя. И от этого наше утро перестало отличаться от ночи, кроме, может быть, света, но он смущал меня только вначале. И все же я выпроводила Стива восвояси и не разрешила ему помочь мне, хотя он опять набивался в горничные.

Когда я была готова, он повел меня завтракать. За громадным столом нас было только двое, не считая настоящего английского джентльмена в перчатках, с седыми бакенбардами, с бесстрастным лицом и изысканными манерами. Это был наш дворецкий, мистер (чуть не сказала сэр) Хьюго Конвей, который прислуживал нам во время трапезы. Я робела, и мне было неудобно.

В зале, куда затем мы вошли, я растерялась еще больше, потому что там оказалась пропасть народу. Я машинально вскинула голову, как леди Джейн. У меня это был детский приемчик, таким образом я старалась не потеряться совсем.

При нашем появлении установилась глубокая тишина, которую нарушил Стив, торжественно возвестив:

– Я собрал вас здесь, чтобы представить вам мою жену миссис Элизабет Гордон. Отныне на Неприступном и во всех других моих владениях она – главное лицо. Ее распоряжения и желания должны выполняться, как мои, и даже лучше. Она теперь ваша хозяйка.