Взрослая жизнь для начинающих - Виктория Рутледж

— Ребекка, это не просто проект! — Джим свирепо сверкал глазами. — Там работают четверо моих друзей! И туда заходят живые люди! Мой друг надрывается там изо всех сил и домой возвращается только поспать, чтобы этим заведением можно было гордиться. Мой товарищ, который живет в моей квартире, готов угробить себя на кухне, лишь бы только у нас были самые лучшие блюда во всем западном Лондоне. И все это время Мартину и дела не было, выйдет у нас что-нибудь или нет, потому что это просто проект.

— Но ты же не знаешь, — попыталась повернуть все как-нибудь по-другому Ребекка, хотя сама отлично знала, в чем состоял план Мартина.

— Готов поспорить, так оно и есть, — сказал Джим. — Могу поклясться, что я еще многого не знаю. Ну, вот и все. Это была последняя капля. — Он дернул за галстук и ослабил его так, что тот арканом повис на шее. — Ты должна помочь мне, Ребекка. Я должен узнать, что происходит на самом деле. И тогда я смогу придумать, что со всем этим делать.

Поскольку она уже призналась сама себе в том, что Джим ей все более симпатичен, особенно вот в этой новой версии, после прозрения, — может, наконец он и ее заметит, а не только несправедливые дела, которые творятся в этом мире, Ребекка не стала говорить, что в обязанности офис-менеджера никак не входит помощь кому бы то ни было. Вместо этого она улыбнулась, видя, как Джим садится к ней за стол с блокнотом формата А4 и с шариковой ручкой, и начала листать воображаемую картотеку, уже составленную ее неумолимым, логичным умом.

Глава 32

— Вот и он. — Ангус осторожно вынул лимонный пирог из пластикового контейнера и показал его присутствующим. — Остается, конечно, сделать карамелизацию.

Марк, Рик и мойщик посуды, работающий в рамках программы обучения безработной молодежи, стояли и любовались блестящей желтой поверхностью пирога со слегка волнистым, чуть подрумяненным краем. Ни одной трещинки не было видно. Кажется, это лучший из тех, что случалось печь Ангусу.

— Замечательный пирог, Ангус, ничего не скажешь, — отметил Рик.

— И лимонный флан у вас тоже неплох, — добавил Марк.

— Хо-хо-хо, — засмеялся Ангус с невозмутимым лицом, держась за бока. — Да вам просто нужно выступать дуэтом. Однако помните, что флан готовила моя девушка, а у нее черный пояс по едким замечаниям. И никогда не шутите о моем tarte аи citron, если не хотите потерять работу со следующей недели.

— Есть, сэр! — рявкнул Рик.

— И, хоть мне самому и не стоит это говорить, — продолжал Ангус, отлично изображая мать Айоны, — мне кажется, что у самого Габриэла лимонный пирог не вышел бы лучше. — Это и было самое главное.

Марк, не желая рисковать своей должностью, издал звуки, выражающие явное согласие.

Ангус бросил на лимонный пирог последний нежный взгляд и поставил его в холодильник. Ему пришлось подвинуть все то, что приготовил Габриэл, но это его не огорчило.

— Так что, Габриэла нет? — спросил он. Поскольку Тамары тоже не было, это казалось вполне закономерным, но Рик и Марк, когда им внезапно задавали такие вопросы, вполне могли случайно проговориться, а не сказать то, что их просил Габриэл.

Ангус бросил на Марка тот взгляд, который всегда лишал стажеров присутствия духа, однако Марк смотрел на него все с той же хитринкой, — да Ангус к этому уже привык.

— Он пришел пораньше, чтобы разобраться с новой партией овощей, а примерно час назад снова ушел. Передал, чтобы не беспокоились, он вернется еще до того, как нужно будет обслуживать посетителей.

Ангус сердито фыркнул. Господи, да он распустился дальше некуда.

— Ведь он сегодня на кухне за главного на время ланча, разве нет?

Рик кивнул.

— Мне это кажется, — спросил Ангус, — или у нас тут каждый день — пятница без галстуков?

Рик и Марк непонимающе посмотрели на него.

Ангус вздохнул. «Пятница без галстуков» — это нечто из другого мира. Оба этих парня не были в офисе, наверно, с тех пор, как оформлялись на работу.

— Ну ладно. А где Нед? — Он знал, что этим утром Нед не должен был приходить, но он часто появлялся даже в такое время, если погода не позволяла пойти за грибами. Ему чего-то не хватало, если он не возился с продуктами. Ангус подозревал, что отсутствие грибов не раз избавляло Габриэла от необходимости готовить бекон.

— Так что? — спросил он, не услышав ответа. — Где Нед?

Марк что-то ковырял лопаточкой, а Рик бросился к огромной кастрюле с картошкой, на которой как раз застучала крышка.

— Хм… Нед не…

— Ну ладно, пойдем дальше. — Ангус потер одной ладонью другую. Не стоит на них срывать свое недовольство, особенно перед самым ланчем. — Кто-нибудь из этих двоих потрудился подготовить меню, чтобы Айона его переписала?

— Э, да, Габриэл оставил меню… — сказал Марк, откладывая ненадолго лопаточку. — Но он его, кажется, сделал не до конца. Как я понял, из-за этого он и ушел, — что-то он там говорил насчет того, что нужно раздобыть побольше базилика.

— Хотя я и предлагал сходить вместо него, — добавил Рик, упредив вопрос Ангуса.

— Замечательно, — сказал Ангус. — Ну, давай его тогда сюда.

Марк отколол с деревянной доски помятый листок А4 и отдал его Ангусу. Меню Габриэл написал на обратной стороне бланка рыбного магазина, и, как и сказал Марк, оно было не закончено. То есть в нем присутствовало пять сладких блюд и ни одного горячего.

Ангус покрутил языком во рту, стараясь не дать себе ни на кого наорать. Он с трудом сглотнул и постарался улыбнуться Марку (тот вздрогнул от этого неожиданного оскала), после чего нарочито спокойно прошел из кухни в бар.

Айона умеет его успокоить. Ей это всегда удается. От ее милой улыбки ему сразу станет легче. Айона так нежно помассирует ему шею своими длинными пальчиками, что все напряжение тут же улетучится…

— Дорогая, — сказал он, стараясь, чтобы голос его был слышен у другого конца стойки, где он ее в последний раз видел, — она резала лимоны, — ты не могла бы мне сделать кофе?

Когда он вышел из-за угла, то увидел, что Айона стоит лицом к полкам с бутылками, сжимая невидимый руль, и кусает нижнюю губу, двигаясь задним ходом в сторону двух пивных бочонков. Правда, сама того не зная, руль она поворачивала не в ту сторону, куда надо было бы, чтобы двигаться так, как она изображала. Услышав голос Ангуса, она резко повернула голову, и на лице ее появилось виноватое выражение. С самого утра она была какая-то нервная.

— Когда у тебя найдется свободная минутка… — запинаясь, договорил Ангус.

Господи, вот он и дошел до такой жизни, что уже ждет не дождется, когда из «Оверворлд» вернется Джим, — в этой неразберихе он произвел бы впечатление единственного нормального человека.