Взрослая жизнь для начинающих - Виктория Рутледж

— То есть, я же не говорю, что Мартин тобой недоволен, — торопливо продолжила она. — А то ведь он не стал бы продолжать давать тебе средства? И ведь о вашем заведении написали такую восторженную статью в «Стандард», правда? Я жду не дождусь, когда ты меня к вам пригласишь! И у вас там такой красавчик повар, — как его звать?

— Нед Лоутер, — мрачно ответил Джим. Он снял крышку с еще одного эспрессо и заглотил его с примерно тем же выражением лица, хотя, может быть, менее ужасным, чем в первый раз. Такое впечатление, что во второй раз кофе проходит как-то лучше.

— Нет, я имела в виду другого. — Ребекка наморщила лобик. — Какое-то библейское имя, а? Иисус или что-то в таком роде?

— Ну, в таком духе он о себе и думает. Слушай, Ребекка, это все очень важно, ты уверена, что ничего не перепутала? — Джим облокотился на стол. — Не может Мартин хотеть, чтобы я устроил «Оверворлд» такие убытки. Мне же пришлось представить планы, провести презентации, столько всего! Он с самого начала проверял наши бухгалтерские отчеты! Мы даже с ним обсуждали, стоит ли продать квартиры на втором этаже, — осенью, когда цены снова поднимутся. Он не дал бы мне этим заниматься, если бы считал, что проект принесет одни убытки. Видит Бог, столько раз мои предложения зарубали по этой самой причине. То есть… — Он в ярости вскинул вверх руки, а потом хлопнул ими об стол. — Смысл заниматься этим делом только в том, чтобы получать прибыли. Господи, но у нас же такие мастера сидят в бухгалтерии! Они же только о прибылях и думают!

— Но они еще думают о том, чтобы эта прибыль не досталась налоговому управлению. — Ребекка как-то кривовато и удрученно улыбнулась ему. Какой же он младенец, если присмотреться. — Я думала, ты знаешь, Джим. — Ну, это опять же была красивая сказка: она уже давно знала о сложившейся ситуации, и Джим, человек не от мира сего, тем ее и очаровывал, что явно ни о чем не подозревал. Но только сейчас она решила все же с ним об этом поговорить.

— Господи. — Джим закрыл лицо руками. — Вот гады, мерзавцы. Проклятье… козлы. Нет. Нет. Нет. Ох, сколько же сейчас времени?

— Полпервого.

— Ну я и попал. — На его лице читалось смятение, и Ребекка впервые в жизни почувствовала, что относится к взрослому мужчине почти по-матерински. — Мне пора идти, и сейчас мы с Мартином будем говорить об очередном чеке. Думаю, он хочет, чтобы я запрыгал от восторга и тут же спустил все деньги на то, чтобы поместить в мужских туалетах хрустальные блюда с бесплатным кокаином.

— А что, это сейчас предлагается в гастро-пабах?

— Да нет, блин, конечно не предлагается. — Джим рассеянно протер очки галстуком. Теперь ему уже было наплевать, опоздает он к Мартину или нет. Как же он мог так задержаться? А ведь, вполне возможно, опоздание будет только на пользу, — его еще увереннее будут считать неумелым дурачком. Замечательно. Если Мартин этого хочет, это он и получит. Джим весь горел от унижения и гнева. Раз уж сам он не хитрит с людьми, как последний говнюк, то как же ему не попасться на удочку тем, кто только этим и занимается?

— Ребекка, — усталым голосом сказал он, — откуда ты все это знаешь? Я не говорю, что ты что-то напутала, но откуда ты все это узнала?

Ребекка посмотрела на Джима, — он глядел на нее теми глазами, какими смотрит старенький пони, когда его ведут в стойло последний раз перед тем, как отвезти к живодеру. Некоторые люди просто слишком добры и наивны. Почему ему было не стать фондовым брокером или флористом, у него бы это так хорошо получилось? Ему надо работать там, где нет всех этих острых углов.

— Ну, — медленно выговорила она. Было бы не совсем разумно сразу выдать все секреты своей системы наблюдения. Она расчетливо понимала, что имея дело с такими людьми, как Джим, нельзя показаться чересчур осведомленной. — Ну… понимаешь, в мои обязанности в качестве офис-менеджера входит надзор за перепиской сотрудников по электронной почте…

По лицу Джима пробежало какое-то особенное выражение, как будто у него прихватило живот.

— А еще мне пришлось вести протоколы нескольких совещаний на прошлой неделе, когда болела Светлана, — ты тогда работал там, на объекте… — Этого, наверное, хватит? Она быстро бросила на него взгляд из-под длинных ресниц. Кажется, он все еще переживает из-за электронной почты. Ребекка снисходительно улыбнулась. Да нет ей никакого дела до тех грязных картинок, которые шлет Джиму его приятель, веб-дизайнер.

— И это… — с надеждой спросил он.

Она кивнула, и Джим будто вздохнул с облегчением, успокоившись насчет того, о чем уж он там подумал.

Не стоит ему рассказывать, что, благодаря суперсовременной вентиляционной системе, все разговоры из мужского туалета поразительно четко звучали в женском, так что она слышала и ту резкую, но справедливую оценку, которую Саймон дал однажды галстукам Джима.

Или о том, что по мнению Кайла вся прелесть плана, придуманного Мартином, состояла в постоянном отсутствии Джима и, соответственно, в невозможности для него лезть в сколько-нибудь серьезные дела.

И явно не стоит рассказывать, что планировал Мартин делать со зданием паба после того, как Джим «подтвердит», что в качестве паба использовать это помещение нерентабельно.

— Что меня действительно бесит, — сказал Джим, в ярости обращаясь больше к себе, чем к ней, — я ведь искренне верил, что ко мне наконец стали относиться серьезно. Я был честно убежден, что у меня что-то стало получаться. А они даже не стали делиться со мной самыми важными соображениями по моему же собственному проекту! Господи, как же меня от этого тошнит. Да, они, наверно, думают, что я просто глупый мальчишка, которого можно гонять туда-сюда…

Джим решил про себя с мрачной обреченностью, что говорить тут больше не о чем. Как он может хоть сколько-нибудь сохранить уважение к себе, если с ним постоянно обращаются как со стажером, с новеньким, с дурачком, которого по пятницам никогда не приглашают в паб?

«То есть по пятницам не приглашают в престижный французский ресторан», — поправил себя Джим.

Амфетаминовой волной прокатились в его жилах стыд и ярость. Он никогда еще так не злился и никогда не чувствовал такой решимости всем об этом сообщить. Казалось, что из него так и лезет какой-то совсем другой человек, который только и жаждет вырваться и отомстить.

Может быть, именно в таком расположении духа постоянно пребывает Ангус?..

— Но послушай, Джим, — попыталась успокоить его Ребекка. — В конце концов, это просто проект. Ты сможешь заняться другими, потому что теперь они поняли…