Взрослая жизнь для начинающих - Виктория Рутледж

— Думаю, да, — ответила она. Но Ребекка так не думала. Она знала это совершенно точно. Она всегда знала, где все сейчас, и куда собираются, и где находились до этого. Ребекка была не столько офис-менеджером, сколько «Большим братом». Она давным-давно решила для себя, что все здесь держится на хитрых уловках и наблюдательности.

— А, хорошо, — сказал Джим без особого энтузиазма. — У меня с ним назначена встреча, через десять минут. Кажется, он хочет мне подбросить еще денег для развития паба.

Мартин постоянно выделял ему средства, честно говоря, это начинало уже как-то настораживать. Вначале это воспринималось как некоторое оскорбление, — он что, считает, что они совсем не умеют справиться со своим бюджетом, — а потом эти чеки на огромные суммы стали просто пугать, — Мартин снова и снова встречался с ним, непринужденно выписывал чек и советовал купить красивые большие канделябры или добавить в погреб еще коньяков.

Само собой, ничего такого они покупать и не подумали. Ангус выделил часть от полученных сумм на то, чтобы взять на работу еще одного студента, который заменял иногда его или Айону, и приобрел приличное вино, которое поместил в верхних строках карты вин, — они поставили неплохую наценку, но оно пользовалось отличным спросом у разного рода журналистов, все чаще заходивших в паб со своими платиновыми картами «Америкен экспресс». Остальную сумму они вложили в те акции, которые порекомендовал Ангусу его бывший начальник. К изумлению Джима, это оказалось выгодно. Да и паб начал по-настоящему приносить прибыль.

Он и Ангус часто сидели допоздна над бухгалтерскими книгами и обсуждали этот неожиданный поворот событий. Ангусу казалось, что если Мартин хочет дать им больше, чем нужно, денег, то это только хорошо. На данный момент дела шли немного лучше, чем они рассчитывали, а активное сальдо бюджета — это всегда хорошо. Однако Джим был обеспокоен. Его тревожило чувство, что есть о чем беспокоиться, но не мог понять, о чем именно. Как обычно.

Ребекка бросила на него понимающий взгляд.

— Даст еще денег, да?

Джим глянул на нее. А насколько же она в курсе?

— Э, да. Наверно, на то, чтобы мы устраивали вечера с шампанским и морепродуктами.

Ребекке это явно показалось забавным, — она улыбнулась, и Джим почувствовал, что в груди у него что-то зашевелилось.

— Да, на сегодняшний день это пока лучшее, что вы придумали, — сказала она. В горле у нее клокотали пузырьки смеха. — Вау. Хотела бы я посмотреть, с каким видом Кайл будет сообщать это в налоговом управлении.

Джим засмеялся вместе с ней, настолько заразителен был ее смех, но тут же резко остановил себя. Он-то, само собой, смеялся над проектом вечера с морепродуктами потому, что клиентура «Грозди» привыкла считать, что рак — пусть морской — это что-то, от чего приходится лечиться. И тут до него дошло.

— А какое отношение к этому имеет налоговое управление? — спросил он.

Неожиданно лицо Ребекки утратило свое привычное выражение — выражение человека в высшей степени осведомленного, и она смутилась.

— Мм… — Она умоляюще подняла на него глазки, но Джим постарался не обращать внимания на трепет, который тут же ощутил где-то в животе. — Хм, да брось, Джим, ты прекрасно знаешь, о чем я. Когда они увидят бухгалтерскую отчетность Кайла за этот год…

— В отчетах Кайла этого быть не может. Это мой проект. Я сам занимаюсь всей бухгалтерией. Мы получаем реальную прибыль. О нет, — простонал Джим, как будто увидев, как его самые страшные предчувствия выбираются из потемков сознания и во всей красе проносятся перед ним, помахивая транспарантами. — Не хочешь ли ты сказать, что здесь кроется какой-то мошеннический замысел?

Ребекка кивнула.

— Разве ты не…?

— Да не может быть! Как такое возможно? «Виноградная гроздь» нормально работает и пользуется успехом! У нас каждый вечер полно посетителей, и какая-то студия собирается даже организовать съемки пробной телепередачи об одном из наших поваров! — Джим и подумать не мог, что и об этом когда-нибудь сам станет с гордостью рассказывать.

— Знаю, — ответила Ребекка. — Саймон в это поверить не может. Он уже много лет пытается заманить телевизионщиков к нам, чтобы снять документальную передачу. Именно поэтому они столько денег вбухали в ремонт кабинетов всего начальства.

— Да я просто понять не могу, — возмущался Джим. — Мартин так поддерживал меня, когда я предложил этот проект. Он так мне помогал. То есть, ты же сама видела, какие средства он нам выделил!

— Да-да, — согласилась она, а потом вспомнила, что читать финансовые документы компании совсем не входит в ее обязанности, и отрицательно покачала головой с сочувствующим выражением лица. — То есть, не видела. Я имела в виду; что ты говорил…

— Нет, ты явно что-то напутала, — убежденным тоном заявил он. — Наверно, ты что-то не расслышала.

Знай Джим Ребекку всю ее жизнь, и тогда он не смог бы придумать более эффективного способа вытянуть из нее информацию.

Она невольно поджала губы.

— Джим, Мартин постоянно дает тебе деньги, потому что хочет, чтобы ты их растратил, и тогда он сможет списать в убыток огромные суммы, которые он получил за реконструкцию того комплекса в Спайталфилдз.

— Что-что он сделает? — спросил Джим. Впечатление было, будто вся его кровь прилила к лицу.

— Он хочет, чтобы ты потерял кучу денег на этом пабе. В этом-то все и дело. Налоговые хитрости.

Ребекка колебалась. Джим ей нравился, несмотря на его ужасающую наивность, а может, и благодаря ей, и она хотела ему помочь в меру своих сил, но ведь она читала Шекспира. Насчет вестника, которого убивают, и все такое. Если она надеется с ним поужинать, то не стоит повторять резкие, но объективные замечания в одном из электронных писем Кайла, который писал, что Джим лучше всех в фирме может быстро потерять любые деньги, поскольку по чекам из кофейни видно, что его уже полгода постоянно обсчитывают.

А Джим дышал неровно и, казалось, с большим трудом.

— Джим, с тобой все в порядке? — спросила Ребекка. Зазвонил телефон, и она переключила звонок на секретаршу отдела, Агнету. Ребекка могла наблюдать за тем, чем загружены все телефонные линии компании, и знала, что Агнета уже полчаса читает в Интернете собственный гороскоп, так что пора ей уже что-то сделать и для фирмы.

— Джим? — она тронула его за руку.

— Я… в порядке, — сказал он, ослабляя узел на галстуке. Долбаный дурацкий галстук. Он и купил-то его только ради важной встречи в офисе на этой неделе. Первый раз за последние пять дней он надел костюм и все никак не мог привыкнуть, что ему жмет под мышками.