Все дороги ведут к тебе - Мариана Запата

И от меня требовалось использовать свои силы во благо.

Лицо Роудса приняло задумчивое, слегка недоумевающее выражение. На лбу обозначились морщины. Губы были плотно сжаты, хотя это едва ли было связано со мной.

Я по-прежнему глядела на него, когда он спросил:

– Что тебе нужно, ангел?

– Ничего, это подождет. Извини!

Я надеялась, что мой тон действительно был извиняющимся, а не прикалывающимся. Он снова перепутал мое имя, но да ладно.

– Это твой папа? – нежным голоском осведомилась я, чтобы он наконец сообразил, что к чему.

– Да. Это Рэндалл. Папа, это Аврора… Наш друг, – мягко проговорил Роудс.

Его друг?

Блин, это даже круче, чем быть его девушкой. Я бы даже сказала, что это бо́льшая честь, чем быть чьей-то женой. У меня нет слов!

Я растянула губы в широчайшей улыбке – прямо от уха до уха – и решила, что мое появление на сцене не было ошибкой.

Я буду стараться сгладить трения, насколько это возможно. До тех пор, пока Роудс не пригвоздит меня взглядом, недвусмысленно предлагая валить отсюда. Это его выражение лица я знала хорошо.

– Приятно познакомиться, Рэндалл!

Я остановилась перед гостем, который стоял у ступенек веранды, и тут же пустилась во все тяжкие, потому что убийственная доброта – это мой конек. Я обхватила его за плечи и обняла.

Где-то на заднем плане хрюкнул Эймос. Хотя, возможно, мне показалось.

Рэндалл Роудс оцепенел в моих объятиях – я стиснула крепче его, а затем отступила на шаг и протянула руку.

Пожилой мужчина метнул в сторону сына взгляд, полный удивления, а может быть, даже недовольства тем, что к нему прикасается кто-то посторонний, однако руку протянул и взял мою. Его пожатие было не слишком крепким, но и не слишком мягким, но я научилась давать слабину, только когда это было в моих интересах, поэтому стиснула его руку изо всех сил.

– Приятно познакомиться! – радостно чирикнула я.

Он смотрел на меня во все глаза, явно не зная, что и думать, а потом снова покосился на Роудса.

– Ты не говорил, что встречаешься…

– А мы не вместе, – поправила его я, на секунду представив реальность, в которой Роудс не убивает меня за то, что я выдаю себя за его девушку.

Потому что мне это запросто!

Но он меня точно убил бы, так что лучше придерживаться правды.

– Но я бы не возражала. Вы меня понимаете, мистер Рэндалл? – игриво осведомилась я.

Мой визави моргнул – от меня не укрылся его долгий оценивающий взгляд. Не похотливый, а исполненный любопытства. Не убийственный. Возможно, чуть недоумевающий.

Я перехватила взгляд Эймоса: парнишка таращил глаза и, судя по выражению лица, тащился по полной программе.

– Прошу прощения, – сказал Рэндалл Роудс, все еще пребывая в замешательстве, – сын мне ничего не рассказывает.

Пристрелка состоялась.

Я снова расцвела улыбкой:

– Вы оба так заняты! Наверное, редко перезваниваетесь. Обычная история…

Переложить вину на сына у него не получится.

На красивом лице стареющего мужчины проступило отсутствующее выражение. Или настороженное.

Да, чувак! Я раскусила твою игру!

– Я отнесу вещи в дом, а потом мы поедем поужинать, – сказал Роудс, поворачиваясь ко мне боком.

Они собираются на ужин, а меня не пригласили. Намек понятен.

– Что ж, приятно было познакомиться, мистер Рэндалл! Я, пожалуй…

Рука Роудса легла мне на плечо, его мизинец слегка коснулся моей ключицы.

– Поедем с нами?

Я вскинула голову и встретилась с ним глазами. Его лицо было серьезным, а голос звучал вполне «по-флотски», но это я не могла сказать наверняка, потому что мизинец меня отвлекал.

– Но вам, конечно, лучше посидеть втроем, по-семейному…

Я осеклась, не вполне уверенная в том, чего ему хочется: чтобы я поехала или отказалась.

– Поедем с нами, Ора! – подал голос Эймос.

Но меня беспокоил не он.

Большая рука Роудса осторожно сжала мое плечо, а его взгляд явно смягчился, потому что тон определенно стал мягче:

– Поедем с нами.

– Это просьба или приказ? – прошептала я. – Потому что просьбы не высказывают командным голосом.

Губы его дрогнули, он понизил голос:

– И то, и другое?

Я усмехнулась. Ладно, будь по-твоему! Книга подождет, а поужинать я не успела.

– Конечно, если никто не возражает.

– Никто, – пробурчал Эймос.

– Все за! – сказал мистер Рэндалл, все еще глядя на меня задумчиво.

– Тогда я подожду здесь, пока вы относите вещи.

– Я быстро. Только руки ополосну, – сказал Рэндалл.

Роудс еще раз сжал мне плечо, подошел к отцовскому «гелику», достал из багажника чемодан, и оба направились к дому. Эймос остался со мной. Как только дверь закрылась, я сказала:

– Извини, Эйм! Просто я услышала, как грубо он разговаривает, а вы, ребята, пытались быть вежливыми… Поняла, что твой папа вот-вот взорвется, и решила помочь.

Парнишка шагнул вперед и обнял меня, а затем, секунду помедлив, неловко похлопал по спине:

– Спасибо, Ора!

Он меня обнял. Елки-палки, он меня обнял! Это просто праздник души.

Я крепко стиснула его в ответ и тайком смахнула слезу, чтобы не испортить момент.

– За что? Твой папа меня убьет.

Он засмеялся, опустил руки и сделал шаг назад. Щеки у него покраснели, а губы тронула милая застенчивая улыбка.

– Не убьет.

– С вероятностью пятьдесят процентов, – заявила я. – И закопает там, где меня никто не найдет. У него наверняка есть куча мест на примете, так что осуществить это не составит труда. А почему твой дед такой злюка?

Эймос улыбнулся:

– Папа говорит, это потому, что его родители были очень строги к нему. Потом он женился на бабушке, а она была злая и шизанутая, но он это понял только потом, когда было слишком поздно. И он всю жизнь пытался заработать как можно больше, потому что в детстве у него ничего не было.

Это многое объясняло. Ну конечно… Мне хотелось спросить насчет шизанутой бабушки, но момент был неподходящий.

– Все в порядке, – уверял Эймос. – Вы делаете папе одолжение.

– Каким образом?

– Потому что он не любит разговаривать, а вы любите – и так спасете его от деда.

Я скорчила физиономию:

– А это точно ничего, что я поеду на ужин? Не хотелось бы…

Парнишка со стоном закатил глаза.

Я рассмеялась и тоже закатила глаза:

– Поверю тебе на слово! Но если он решит меня закопать, дай слово, что устроишь мне приличные похороны. Ладно, я схожу за сумочкой.

– Давайте я принесу, – тотчас предложил он. – Я мигом. Спасибо, Ора!

И он помчался. Бегом. Со всех ног.

Ну, хочется надеяться, все будет норм.

Не преодолей я напряги того достопамятного дня, когда мы с Эймосом и Роудсом ходили в семикилометровый поход к водопаду, то неловкость, царившая за ужином в той же компании с мистером Рэндаллом в придачу, стала бы для меня шоком.

Но все мои отношения с Кэденом – и вынужденное общение с ехидной – оказались подготовкой к этому. В каком-то смысле взаимодействие с этой женщиной стало тренингом, закалившим меня для контактов не только с мистером Рэндаллом, но и с любым обладателем вздорного характера.

И ничего удивительного, что Эймос